Рассветы наших дней
Шрифт:
– Посмотрите, кто это здесь! – спрыгнув с бочки, крикнул Яш. – Что вы здесь забыли?
– Тихо! – оборвал Робисон. – Эти двое на нашей стороне. Они пришли поговорить с нами по поводу Неприкасаемой Коллегии.
– А может, мы не хотим с ними говорить, – презрительно сказал Яш и запустил в их сторону чёрную, сделанную будто из дыма, стрелу. Тивер резко прыгнул вперёд и сжал руку в кулак. Стрела развеялась. Одновременно с ним Моллин призвал молнию, которая попала в бочку, прежде служившую Яшу стулом. Та разлетелась на мелкие щепки. Все гости Весёлого Робисона затихли и уставились на чужеземцев.
– Упокойтесь! – рявкнул Робисон. – Пока вы здесь, вы должны вести себя дружелюбно. А как выйдете за дверь, можете выкалывать друг другу глаза или подрывать друг друга сколько угодно.
– Спасибо, Робисон, – сказал Тивер и повернулся к сидящим в зале. – Я пришёл сегодня, чтобы выразить идеи, о которых многие из вас наверняка думали. Пришла пора сделать то, что вся Плоскость давно мечтает сделать – свергнуть засидевшихся членов Неприкасаемой Коллегии.
– Говорить легко!
– Самый умный!
– Нашёлся тут великий маг!
– Я понимаю, что я не первый, кто собирается это сделать, – спокойно выслушав недовольные крики, сказал Тивер, – но всё же у меня есть то, чего не было у предыдущих повстанцев.
– И что же это? – крикнул Котлин.
– Знания, – невозмутимо ответил Тивер. Зал разразился хохотом, кто-то стал присвистывать, а кто-то стучать по столу.
– Ха-ха, напугал, твои грозные знания поразят их в самое сердце, – хрипел Яш.
– Вы не дали мне договорить, – всё так же невозмутимо продолжал Тивер. – Я знаю, что их сила не появилась из воздуха. Они зависят от определённой вещи. Когда я выясню наверняка, что это за вещь, я заберу её и нанесу сокрушительный удар!
– Откуда ты знаешь? – перестав ухмыляться, спросил Котлин.
– Скажем так, пока я сидел в Голодной Клетке, у меня был друг, который любил следить за Коллегией.
– Кто-то из стражей? – крикнули из толпы.
– Да, – тихо ответил Тивер.
– И где он теперь? – спросил Котлин.
– Его убили, – пристально посмотрев тёмному охотнику в глаза, ответил Тивер.
– Почему тебя засунули в Голодную Клетку? – наливая в маленькую фляжку тонкс, спросил Робисон.
– По той же причине, что и всех остальных. Насколько я знаю, раньше в Голодную Клетку бросали тех, кто совершал преступления против жителей Плоскости. Теперь же там в основном держат тех, кто не угоден Коллегии. Я стал одним из них. – Тивер пристально посмотрел на всех своими серыми, покрытыми волнообразными узорами глазами и, убедившись, что все его внимательно слушают, продолжил: – Когда Ледяная война только закончилась, мои родители стали одними из немногих, кто пытался помочь пострадавшим в ней семьям. Они предоставляли жильё в нашем большом доме в Лощине спящих. И многие принимали помощь, несмотря на то что им приходилось переходить на Нижнюю сторону. Когда члены Коллегии узнали об этом, они хотели отправить мою семью и всех, кто перешёл на Нижнюю сторону, в Голодную Клетку. Мои отец и мать не смогли смотреть, как невинных существ на всю жизнь собираются упечь в тюрьму, поэтому они отдали свои жизни, спасая всех от следящих. После этого Коллегия и отобрала наш дом, а за мной установили слежку. Но, благодаря нашей расовой способности, мне удалось отправить их по ложному следу, и я вернулся на Верхнюю сторону. Я хотел отомстить, но понимал, что это нужно делать осторожно. Я начал распространять ложные сведения о действиях Коллегии и почти разжег новое восстание. Но в один момент меня заметили следящие и сразу же забросили в Клетку. – Пока Тивер говорил, никто не издал ни звука, все слушали его с искренним интересом, на лицах некоторых мелькнуло сочувствующее выражение.
– Клянусь, спящий, что-то в тебе есть, – прохрипел Яш.
– Теперь я хочу спросить вас, – воинственным тоном сказал Тивер, – вы готовы пойти со мной? Думаю, что никто из нас не забыл о тех потерях, которые мы понесли во время правления этой четвёрки. И им пора заплатить за всю боль, что они причинили нашему миру. Вы готовы отомстить Коллегии за вред, что она принесла конкретно нам, жителям Нижней стороны? За то, что нашу родину клеймили Тёмной стороной и запретили нам свободно передвигаться по Плоскости?
В зале раздался одобрительный рёв, лишь несколько тёмных проигнорировали слова Тивера.
– И какой у тебя план? – спросил охотник, сидящий в дальнем углу зала. За всё время, пока Тивер говорил, с его лица не сходило надменное выражение. Было очевидно, что его нисколько не убедили слова спящего. Тивер бросил на него оценивающий взгляд и ухмыльнулся.
– Мой план – не просиживать свои дни, заливаясь тонксом. Мой план – собрать тех, у кого хватит смелости дать отпор Коллегии. Выследить их, узнать, что дало им такую силу, забрать это и уничтожить их раз и навсегда, – он начал говорить спокойно, но под конец буквально кричал.
– А кто займёт их место? – спросил Робисон. – Или Коллегии больше не будет вовсе?
– Мы найдём им достойную замену. Найдём тех, кто будет уважать жителей обеих сторон Плоскости. Но мы не дадим им полную власть, а будем следить за ними, чтобы они не повторили эту историю. Сами же мы наконец обретём покой.
Снова ободряющий крик. Несколько тёмных присвистнули и выпили по глотку тонкса.
– А если всё пойдёт не так? Если тебя убьют, как твоих родителей? – снова спросил охотник, сидящий в углу. На секунду глаза Тивера яростно вспыхнули, но он подавил свой гнев.
– После всего, что произошло, для меня лучше умереть за свободу, чем жить, всё время прячась от следящих. Если я умру, те, кто пойдёт за мной, поднимут моё знамя и понесут его за меня.
– Как тебя зовут? – спросил Котлин.
– Тивер.
– За Тивера! За свободу!
– Валери! Просыпайся скорее! – возбуждённо сказала Тиерси, тряся Валери за плечи.
– Что такое?
– Я, кажется, поняла, как пользоваться Связующим! – довольно сообщила стражница. Валери резко вскочила с кровати и посмотрела на неё. – Помнишь, в первый день, когда мы встретились, я начала с тобой говорить, но ты не понимала меня, и пустилась бежать? – Они дружно засмеялись, вспомнив день их встречи. Валери появилась в Плоскости абсолютно без одежды только с подвеской на шее. Она открыла глаза и увидела перед собой Тиерси, которая в это время была на задании по слежке. Заметив Валери, Тиерси трансформировалась в свой обычный облик и попыталась сказать Валери, что она не нанесёт ей вреда. Но Валери лишь испуганно посмотрела на неё, а затем вскочила на ноги и пустилась бежать, визжа и зовя на помощь. – И тогда я направила на тебя проникающую магию, и ты смогла понимать меня. Сначала я подумала, что действие магии затянулось…
– Но теперь ты думаешь, что я переняла от тебя этот дар? – перебила её Валери.
– Именно! Мне кажется, что так это и работает! Когда магию используют против тебя, Связующее запоминает этот дар! – победно воскликнула Тиерси.
Валери вскочила с кровати и подбежала к окну. Солнце только появилось, разукрасив небо нежно-розовыми красками. Она выпила зелье и, приняв облик стражницы, повернулась к Тиерси.
– Давай попробуем!
– Только нужно найти какое-то укромное место! – задумчиво протянула стражница. – А, кажется, я знаю!
Они вышли на покрытую росой ветвь Великого дерева и увидели уже поджидавшую их Авери, которая лениво поклонилась хозяйке.
– Ты только проснулась, – гладя её, ласково сказала Тиерси. Она взобрались на ветряную, а Валери спросила:
– Почему ты летаешь на Авери, если сама можешь становиться практически любым существом?
– Трансформация очень проста в использовании, но это очень утомительная магия. Она требует много энергии, и после долгого пребывания в другом обличье мы сильно устаём, – пояснила Тиерси. – В лес Тишины, Авери.
Они полетели навстречу восходящему солнцу. Валери закрыла глаза и вдыхала влажный утренний воздух. Вылетев за пределы Неферитеса, они направились на восток, к лесу Тишины. В нём растут высокие деревья, покрытые бирюзовым мхом, из которого прорастают голубые ягоды. Крона этих деревьев настолько густая, что свет едва проникает через листву. В этом лесу почти не водятся живые существа, кроме крылатых уовов, которые любят тень и прохладу.
Во всём лесу стояла мёртвая тишина, лишь изредка нарушаемая шёпотом ветра, шуршащим в листве. Валери осторожно шла между высокими кустами диких растений с узорчатыми листьями, напоминающих папоротник. Края листьев слабо светились, отражая золотые струйки солнечных лучей, протекающих сквозь густую крону. Иногда под ногами раздавался хруст веток, но стоявшая в лесу вечная тишина тут же поглощала этот звук. Они прошли вглубь леса и остановились.