Чтение онлайн

— Но…

— Хоть однажды в этом доме меня могут послушать с первого раза? — рявкнул он.

Мать, не осмелившись спорить дальше, послушно ушла, оставив их наедине. Джай, поморщившись, потер ногу над коленом и уселся обратно в кресло. Сандро только теперь почувствовал, как неприятно у него дрожат колени.

— А теперь садись и слушай, — кивнул Джай в сторону небольшой скамейки, на которой любила сидеть мать. — Я расскажу, как все было на самом деле, и после этого сам будешь решать, чей ты сын и что тебе с этим делать.

Вернувшись в дом, Габи застала мать нервно мечущейся по гостиной.

— Что случилось, мам?

— Ах! — мать закусила губу и расстроенно протянула к ней руки. — Габриэла, милая, иди скорее сюда и обними меня, пока я не натворила глупостей.

— Тебя огорчила ссора мальчишек? — Габи сочувственно обняла мать. — Не переживай, они все такие. Бенито говорит, что они с Альфредо тоже постоянно дерутся. Мужчины! Ссоры у них в крови.

— Ты права, моя милая, — мать позволила Габи увести себя к широкому дивану. — Сколько войн удалось бы избежать, если бы решать позволили женщинам!

— Ты о войне с Халиссинией? — уцепившись за возможность отвлечь мать от грустных мыслей, спросила Габи.

— И о ней тоже, — вздохнула та. — Сколько жизней погублено, сколько судеб сломано, сколько друзей стали врагами…

Габи не стоило большого труда догадаться, о чем сокрушается мать.

— Ну почему врагами. Когда в прошлом году мы ездили к тетушке Лей, папочка был очень даже рад встрече со своим старым другом Хаб-Арифом, а ведь тот чистокровный халиссиец.

— Папочка?.. — насторожилась мать, вглядываясь блестящими от слез глазами в лицо дочери.

— Ой, брось, мам, — отмахнулась Габи. — Я давно уже все знаю. А сегодня и у Сандро открылись глаза.

— О Творец! — мать едва не рвала на себе волосы. — Так вот что у них там за разговор!

— Но…

— Габи, тебе следует молчать об этом! Ведь если все это выйдет за пределы поместья…

— Мам, ну что ты, — Габи прильнула к матери, стараясь ее успокоить. — Я же не дура. Да и Сандро не такой уж дурак, каким кажется на первый взгляд.

— Габи!

— Молчу, молчу.

Они просидели так, в обнимку, бесконечно долго. Мать то и дело всхлипывала, а Габи, как могла, пыталась ее успокоить. В конце концов их уединение нарушила хлопнувшая входная дверь. Мать всполошилась, вскочила с кресла, сделала шаг в сторону появившегося на пороге Сандро, но тут же замерла, словно натолкнувшись на невидимую стену.

Габи с интересом наблюдала за тем, как брат, весь пунцовый от шеи до кончиков ушей, виновато поглядывал на мать. На его левой скуле начинал наливаться внушительный синяк.

— Джай… кхм… спрашивал, когда ты наконец принесешь ему то письмо, — пробормотал он, не зная, куда девать глаза.

— А ты как, сынок?

— Нормально, — буркнул он, втягивая голову в плечи. — Пойду к себе. Мне ведь там до ужина сидеть, изучать законодательный уклад Саллиды. Если сегодня не выучу и не сдам урок, завтра снова придется сидеть до ужина.

— Я провожу тебя, — засуетилась мать, виновато взглянув на Габи.

— Ну мам! — заартачился Сандро. — Я ведь уже не маленький!

— Но ты ведь не знаешь, где та книга. Я покажу тебе, где именно читать. И расскажу о том, чего там не написано. И вообще…

Сандро обреченно вздохнул, сдаваясь. Габи проводила их взглядом, хихикнула и толкнула входную дверь. Миновав лужайку и задний двор, вышла в тенистый сад и вскоре разыскала Джая на его излюбленном месте под платаном.

— Вель? Почему так долго? — отец открыл глаза, но, увидев Габи, расплылся в улыбке и приглашающе хлопнул себя по бедру.

— Боюсь, тебе придется подождать маму еще немного, — сказала Габи, по привычке усаживаясь на отцовское колено, как в детстве, и обняла его за шею. — Сильно повздорили?

— Да нет. Я ожидал худшего. Но Алекс, кажется, наконец-то взрослеет. Ну а ты как, крошка? Поведаешь старику свои девичьи секреты? Чем собиралась сегодня заниматься?

— Скоро за мной заедет Бенито. Донна Лаура снова устраивает девичьи посиделки, — Габи вздохнула и уткнулась лбом в висок отца. — Пап, я должна тебе кое-что сказать.

— Что? — широкие плечи под ладонями Габи внезапно закаменели.

— Мы с Бенито теперь помолвлены.

— Что?! — взревел отец, отстраняясь и глядя на Габи в упор. — Да как этому сопляку такое в голову пришло?! Ты ведь еще совсем ребенок!

— Не такой уж и ребенок, — поморщилась Габи. — Мама была почти в том же возрасте, когда приехала в Саллиду, чтобы выйти замуж за Диего Адальяро.

— Тогда времена были другие! — упрямо набычился отец. — И потом, ничего хорошего из этого не вышло. А тебе еще расти и расти! Этот твой Бенито теперь пусть и носа не кажет в нашем доме, если хочет цел остаться! Каков пострел! Жениться ему приспичило!

— Пап, ну что ты, в самом деле, — надула губки Габи — это всегда действовало на отца безотказно. — Что плохого в помолвке? Свадьбу мы планируем не раньше, чем через полгода…

— Не раньше, чем через три года, или через мой труп!

— …я его хорошо знаю… и вообще, бабушка Изабель говорит, что Бенито для меня — лучшая партия. Мой брат будет сенатором, Бенито тоже однажды станет сенатором, а я, получается, сделаюсь женой сенатора. Чем это плохо?

— Твоя бабушка слишком много говорит, — проворчал отец, впрочем, уже не так сердито.

Но от Габи не ускользнуло то, как он потер грудь в области сердца.

— Что с тобой? Тебе нехорошо? — теперь уже всерьез разволновалась она.

— Да нет, все в порядке, — заверил отец. — Видно, и впрямь я потерял счет времени — превращаюсь в старую развалину. То там заболит, то тут заноет.

— Я принесу тебе успокоительные капли, — Габи соскользнула с отцовского колена и, приподняв юбки, поспешила в сторону дома.

На окраине сада она столкнулась с матерью, которая тут же окинула ее встревоженным взглядом.

— Что случилось, милая?

— Отец слегка разнервничался, — наспех пояснила Габи. — Бегу за каплями.

— Не надо капель, — усмехнулась мать и взмахнула письмом. — Там за тобой уже приехал Бенито. А за отца не волнуйся, — она снова загадочно улыбнулась. — Уж поверь, я сумею его успокоить.

Габи поверила: присутствие матери всегда действовало на отца благотворно. Улыбнувшись в ответ, она на прощанье махнула рукой и поспешила встречать жениха.

День, слегка не заладившийся с утра, теперь обещал быть прекрасным.