Чтение онлайн

– Да, но внутри мы те же.
– покачала головой Анна.
– И так же одиноки под небом и в темноте.

– Но если быть честным к себе, ничего не меняется и в объятиях, и под крышей, в уюте и тепле. Нельзя изменить реальность, закрыв за собой дверь, выбрав засов понадёжнее и закутавшись в теплое одеяло.
– ответил Птах.
– Разве легче становится не от желания забыться в инстинктах? Что тогда думать про одиночество?

Мужчина усмехнулся, подчеркивая сомнение в последних фразах девушки. Встретился глазами со спутницей, выдохнул и перевел взгляд вдаль. Всматривался в тишине, нарушаемой шелестом листвы под вой порывов ветра, пока не зацепился за что-то глазами. Затем слегка прищурился, нахмурив лицо.

– Мне казалось, что сезон лесных пожаров миновал этот край.
– начал он, набираясь уверенности с каждым словом.
– Ты же видишь дым чуть правее заходящего солнца? Это не внесено сетью...

Девушка проследила направление. И нахмурилась, уйдя в собственные мысли. Птах размышлял, что именно она сейчас выясняет, какую информацию запросила с орбитальных станций. Спустя пару минут Анна молча повернулась и заспешила к лестнице. Мужчина побежал за ней, слабо надеясь быстро получить ответы.

– Никогда бы не подумала, что ты боишься летать.
– с осторожной иронией в голосе, Аня старалась отвлечь спутника.
– Нет, у меня есть страх застрять в узком лазе, пауки не вызывают восторга и одиночества сильно не хочется. В страхах честно признавалась и раньше. Но ты же ничем себя не выдавал, ни при взлётах, ни при посадках. Хочу пояснить: прежде ты не проявлял желание вырвать подлокотники кресла, находясь в воздухе. И тут такая неожиданность.

– Турбулентность и тряска. Неожиданно.
– сказал в ответ мужчина, через силу выдавливая из себя ухмылку и слова.
– Боязнь не скрыть в неожиданных ситуациях. А сейчас меня трясёт, сильно трясёт в металлической трубе на высоте одиннадцати тысяч метров, пока мозг отказывается считать происходящее приемлемым. Я совсем не против каждого метра по отдельности, но вместе и с воздушными ямами - это провал.

– Понимаю, много навалилось.
– сказала в ответ Аня, кивнув.
– Я тоже переживаю, несмотря на упрямую статистику в пользу полётов. Ведь обычные дороги с обычными ямами намного опасней. А здесь мы вместе, выше облаков, где всегда чистое небо и так мало людей над головой. Даже дышится легче. А ещё эти ночные города, скопления искр под крылом самолёта. Песня, одним словом, только в путь и наслаждаться.

– Хорошая попытка.
– тем же напряжённым голосом произнёс мужчина, выдавливая слово за словом.
– Иррационального простого человеческого страха во мне предостаточно. Даже современные системы со всеми мерами безопасности могут ошибаться. С плачевными результатами. Вспышка, резкая боль и только доли секунды - мы даже не поймём, что случилось. В хвосте есть шанс на секунду, что не сильно лучше.

– И как ты обычно справляешься с ярой паранойей?
– спросила Аня.
– Все эти нервные мысли не проступают на поверхность в обычные дни. Расскажи секрет использования тихого омута.

– Никакой нечисти, только множество внутренних опор.
– уже спокойнее ответил он.
– Моя семья, ты, моя работа, тихие вечера, послужной список - всего понемногу. Только это не различные инструменты, вроде тридцати двух зубов. Если одна часть расшаталась, то остальные принимают на себя нагрузку. Ты это даже не замечала в подавляющем большинстве случаев. Такая защита работает всегда...

– Почти всегда.
– перебила его Анна, почувствовав усиление трясти и дрожи в голосе.
– Сегодня занавес сорвало страхом, случаются тотальные неудачи... а с чем скрытым я ещё не встречалась в совместной жизни?

– Думаю, я не менял серьёзно основные конструкции.
– вытирая пот со лба, ответил он.
– Не требовал перемен, не старался кардинально изменить направление, раз жизнь и так идёт своим чередом. И без изменений достаточно проблем. Остались детские страхи и комплексы, не более.

Шум в салоне держался, но никто не спешил покидать кресла. Только в хвосте и у штор стояла пара человек, настолько же подверженных общей нервозности. Постоянные маски улыбок бортпроводниц не помогали снимать напряжение. Ни у кого день не обещал закончиться легко и быстро, что объясняло повисшее напряжение лучше любой статистики. Девушка подумала, что спёртый воздух, вода в одноразовой посуде и замкнутое помещение давят на человека, заставляя забыть о доступности полётов. Транспорт в экономичных условиях превращался в пытку, трата денег на наслаждение полётом попахивала безумством. Безвыходность положения не оставляла особых вариантов.

– Тряска почти утихла, - сказала Аня, поглаживая по руке спутника - попробуй подремать. Даже если не удастся заснуть, время пробежит быстрее.

– Хорошо.
– выдохнул он.
– Не дождусь прогулки по твёрдой земле. Без спёртых пространств, без багажа и без конкретной цели. Какие ещё у тебя планы? Составишь мне компанию?

– Постараюсь смотреть в окно на проплывающие облака и наслаждаться видом.
– ответила девушка.
– Хочу остаться наедине со временем.

– Это тоже неплохая компания.
– кивнула мужчина, закрывая глаза.
– Но мне такие затеи всегда казались рискованным. День за днём, одно и то же, лезут одинаковые мысли и заботы. Дай только шанс размышлениям и созерцанию, как ненужные мысли и сомнения тут же попрут напролом. Попахивает неудачной идеей эта бравада, как по мне.

– Возможно.
– сказала Анна, отворачиваясь к иллюминатору и доставая наушники, не собираясь включать музыку, уже погружённая в гул двигателей, потоки облаков и собственных мыслей.
– Но мне хочется помечтать.

11

После самолета и автобуса ноги ещё расходились, не вернув себе подвижность, словно сплетённые из жёстких прутьев. После ожидания багажа и тряски в дороге путешественников встретили просторные улицы, залитые светом витрин, фонарей и фар. Потоки горожан сновали, окруженные шумом и медленным движением машин. Непривычно тёплая погода, отсутствие снега и совсем другие люди сложили перемену мест.

Девушка думала, что еще утром проснулась в другом мире. Мире, в котором люди говорили на ее языке, где снег и холод вовсю кружили вокруг, а грязь липла к ногам. Магия переместила её сюда, за несколько порталов: такси, самолёт и автобус. Ноги ступали по дороге, неровности которой оживлял подпрыгивающий чемодан цвета груши, чьи колёсики едва поспали за хозяйкой. Вечер и утро разделили непредставимые расстояния и различия, вкладывая в путешествие магию непонятных сознанию перемен.

Правда, волшебство с секундами немного отодвинули переживания последних недель. Её проблемы и заботы, радости и впечатления не отличались оригинальностью. Анна чувствовала и знала, что мотивы и модели поведения людей вокруг с лёгкостью сравнимы с героями обветшалых рукописей, порой так ненавидимых школьниками. Она складывалось ожидания от путешествий изтэ прочитанного и просмотренного.

Вроде бы магические отличия книг и реальности бросались в глаза. Но что-то достроилось за века из кирпичиков культуры и науки: города стали похожи друг на друга. Схожие машины, одинаково разные лица, освещённые тем же светом витрин, фонарей и фар, знакомые названия и имена витрин - уже известные детали неуловимо приглашали проникнуться происходящим. Но даже на небольшой глубине находились разительные открытия отличий: темп разговоров, черты лиц и мотивы музыки наделяли каждый город собственной душой. Осознание неповторимости места приносило и грусть и радость одновременно, ведь хорошее знакомство должно занимать годы, а не время дороги от аэропорта до отеля.