Чтение онлайн

Когда раздается стук в дверь, я игнорирую его. Единственный человек, который мог стучать — это он, но я не хочу с ним разговаривать. Он последний человек, с которым я хотела бы общаться.

— Теодора...

Ладно, это женский голос.

Я встаю с дивана и открываю дверь. Девушка в очках от Атласа стоит на пороге, опустив глаза и, читает что-то в своем мобильном. Когда она поднимает взгляд, на ее лице сначала облегчение, а затем злость.

— Ты планировала игнорировать меня?

— Да, — отвечаю я с фальшивой улыбкой.

— Хорошо, что ж, спасибо за честность, полагаю. Но я пришла сюда не для того, чтобы меня дразнили, — она протягивает мне конверт и улыбается, прежде чем повернуться, чтобы уйти.

— Что это?

— Инструкции указаны на карточке, — она уходит, а я разрываю конверт.

Открыв его, вижу, что там лежит приглашение, и в нем написано, что это обязательное условие.

Ебать!

У меня модное платье, и он просит меня надеть каблуки. Через несколько часов за мной заедет машина.

Я никогда раньше не получала приглашений. Закрывая входную дверь, размышляю, как бы мне попытаться отвертеться, но понимаю, что не получится.

Мне нужно вернуть сестру.

И как только я получу ее, Атласа Хайда больше не будет в моей жизни.

***

Атлас не приехал за мной. Приехал какой-то мужчина, и он попросит мой сотовый, прежде чем я сяду в машину. Я сжимаю его, не зная, стоит ли отдавать ему его или нет. Я чертовски уверена, что не хочу этого делать.

— Мобильные телефоны запрещены, мисс. Это не обсуждается.

Бунтарская часть меня хочет крикнуть «нет» и послать к черту. Вместо этого я вкладываю ему в руку сотовый, который он кладет в машину, потом возвращается и открывает для меня дверцу.

— Присаживайтесь, мисс.

Я делаю, как говорят, и никого не нахожу в машине. Кажется, что мы едем несколько часов, пока не останавливаемся на взлетно-посадочной полосе. Когда водитель открывает мне дверь, я вижу еще нескольких девушек, одетых так же, как я.

— Пожалуйста, идите и подождите с девочками, — он делает им знак, а я делаю, как он говорит, направляясь к ним. Они все болтают, а когда я подхожу, замолкают.

Две девушки, одна из них блондинка, подходят ко мне.

— Привет, я Руби, — она одаривает меня застенчивой улыбкой и машет рукой.

Я понятия не имею, стоит ли мне представляться настоящем именем или как. Поэтому решаю проявить осторожность и назваться только коротким именем.

— Тея, — говорю я ей.

— Итак, ты новенькая. Я никогда раньше не видела тебя ни на одном из мероприятий.

— На одном из чего? — спрашиваю я.

Дверь самолета открывается, и несколько девушек начинают подниматься по трапу.

— Ты знаешь... мероприятия мистера Хайда. О них ходят легенды, и чаевые стоят каждого твоего грязного дела. Поверь, — она подмигивает, и мы поднимаемся по лестнице, я следую за ней.

— Чем ты занимаешься? — спрашиваю я в замешательстве.

Она смеется и отмахивается от меня.

— Ты забавная… Ты мне нравишься.

Я киваю, не в силах сказать или сделать что-либо еще, пока мы не заходим в самолет, а когда мы заходим, несколько парней уже сидят на своих местах. Это частный самолет, и один из самых больших, которые я когда-либо видела. Каждое кресло стоит отдельно и они качественные и глубокие, а несколько мужчин, которые здесь сидят, смотрят на нас голодными глазами.

— Руби, — говорю я, наклоняясь к ней.

Она улыбается и поворачивается ко мне лицом.

— Да?

— Куда мы направляемся? — спросила я.

— Ты не знаешь? — спрашивает она, сдвинув брови. — Как будто... действительно не знаешь?

— Нет. Куда мы летим?

— Леди и джентльмены... — прежде чем она успевает ответить, я поворачиваюсь на голос, это девушка в очках. Она смотрит на меня дольше, чем на остальных, пока ее взгляд скользит по всем на борту, а затем она продолжает свою речь. — Пожалуйста, присаживайтесь. Вы доберетесь до места назначения через час.

Несколько девушек начинают подходить, чтобы сесть рядом с парнями, которые, надо сказать, все в возрасте. Когда я сажусь ближе всего к двери, мои ноги начинают подпрыгивать от волнения, и я кусаю губу, ожидая. Никто не разговаривает со мной, а Руби, сидит на коленях у одного из стариков и краснеет от того, что он говорит.

Единственный человек, у которого, кажется, есть сотовый — это девушка в очках, работающая на Атласа, но даже тогда ей, кажется, наплевать на то, что делают все остальные вокруг нее.

Когда самолет, наконец, снижается, она проходит мимо меня, глядя вниз, и слегка качает головой, прежде чем уйти. Несколько человек следуют за ней, но я жду до самой последней минуты — теперь я единственная, кто остался в самолете.

Я не хочу выходить.

Я хочу уехать далеко-далеко и никогда не возвращаться.

Когда Люси будет в безопасности, и сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь ей, я сделаю именно это. Если она снова попадет в ту же беду, я не буду спасать ее снова.

Они не смогут найти меня.

Может быть, я сбегу на Таити и провалюсь сквозь землю.

Буду жить беззаботной жизнью где-нибудь на пляже.

Когда я больше не могу откладывать неизбежное, я понимаю, что должна встать и выйти, но что-то меня останавливает.

Мои ноги не двигаются, и разум кричит мне, чтобы я это сделала, но я не могу. Я буквально не могу пошевелить ни единым мускулом. Не знаю, что ждет меня за пределами этого самолета, и, честно говоря, не хочу знать. Я хочу вернуться в свой дом и никогда не выходить, оставаться в безопасности там, где я была, а не здесь, не зная, что произойдет дальше.

Я хочу домой.

— Я вижу, твои инстинкты наконец-то сработали, — мои глаза ищут этот голос. Он стоит передо мной, одетый в рваные джинсы и белую футболку. Я мысленно задаюсь вопросом, та ли это одежда, в которой он был той ночью у меня дома. Все его татуировки видны, и я должна посмотреть ему в глаза, прежде чем потеряюсь в его теле.

Меня встречают бездушные янтарные глаза.

— Пора платить, Теодора, — он поворачивается и уходит, но я слышу, как его ботинки останавливаются. — Если ты сейчас же не встанешь и не выйдешь, я отрублю палец твоей сестре, — затем он уходит, и каким-то образом я делаю то же самое. Быстро. Мои ноги сами поспевают за ним, и, когда я хватаюсь за ручки, которые помогают мне спуститься по лестнице, мне удается оглядеться. Солнце начинает садиться, меня встречают белые песчаные пляжи и кристально-голубой океан, окружающий нас, и я задаюсь вопросом, есть ли выход.