Чтение онлайн

Не отвечая, Люси уединилась в другом конце комнаты с бумагой и ручкой в руках. Франк проигнорировал ее плохое настроение и обратился к своим двум лейтенантам:

— У меня есть гипотеза. Предположим, что компьютер принадлежит одному из этих парней, нашему третьему человеку.

Он приезжает в регион всякий раз, когда это необходимо, с ноутбуком под мышкой, например, когда они держат на мушке кого-то для «Разлома» и готовы перейти к делу. Затем он снимает B&B или номер в отеле в нашем районе на столько времени, сколько нужно...

Паскаль и Николя не высказали своего мнения. Его слова не выглядели убедительными. На заднем плане Люси нервно разговаривала по телефону. Громким голосом она объясняла, что нет, она не будет ждать до понедельника. Что в запросе следственного судьи указана срочность. Николя вздохнул, посмотрел на нее, а затем вернулся к своему начальнику.

— Итак, бродяга...

Франк кивнул, как бы убеждаясь, что его теория верна.

— Виллем, Лемуан, Леблоа, Паган и даже Словаски из Мадагаскара. Не отпускайте их. Найдите что-нибудь, что угодно, но, черт...

— Анжикур! Проверьте, где находится Анжикур! Почтовый индекс 60940.

Это не в департаменте Уаза?

Люси только что повесила трубку и бросилась к компьютеру. Шарко несколько секунд не мог сориентироваться, затем пристально посмотрел на карту, не веря своим глазам. Название города, которое назвала его жена, появилось в нижней части круга. Он повернулся к ней с блестящими глазами.

— Совпадает.

Когда Паскаль и Николя вернулись на свои места, Шарко стоял возле Люси с фотографией группы, которую он снял с доски.

— Ее зовут Кларис Лансаль, — объяснила она. — Адрес, который мне дал налоговик, выглядит подозрительно, это адрес санатория. Кларисса Лонсаль, санаторий Нестор Пиротт, 60940 Анжикур.
– Посмотрите в Интернете. Это просто невообразимо.

На экране появился огромный кирпичный дом. Он выглядел заброшенным, центральный двор был заросшим буйной растительностью.

Почерневшие фасады, шаткие галереи, окна в основном разбиты. По меньшей мере, в главном здании было около ста комнат, расположенных на трех этажах.
– Открыт в 1900 году, — прокомментировал Паскаль. — Этот комплекс занимает более тридцати гектаров, здесь лечили больных туберкулезом.

Он включает в себя два гигантских больничных корпуса в форме буквы U, административные здания, корпус главного врача, водонапорную башню, конюшни, часовню и многое другое. Соседний университет Везалия — просто мелочь по сравнению с этим. Место было закрыто в 1999 году и начало разрушаться из-за мародерства и сквоттеров. Граффити, урбекс... Многие пристройки были разрушены пожарами.

Пока он говорил, Франк смотрел на фотографии, которые показывала Люси. Это было святилище ужасающей опустошенности. Там даже был детский парк: ржавые карусели, опрокинутые горки, разорванные качели...

Ему на ум пришла одна картина: Припять, город-призрак в Украине, расположенный рядом с Чернобылем. Та же заброшенность, та же мрачная атмосфера.
– В 2014 году AP-HP передала весь объект в том состоянии, в котором он находился, фонду Landsalle, - — продолжил юрист.

Насколько я понимаю, у нее был проект по созданию центра для людей с черепно-мозговыми травмами и инвалидов. Только на обеспечение безопасности объекта были вложены колоссальные суммы, но, судя по внешнему виду зданий, с тех пор ничего особенного не произошло.

Тридцать гектаров... Франк с трудом мог представить, что кто-то может жить в этом запущенном и огромном месте, похожем на ужасающий фаланстер.

— Найди информацию о ней. Кларисса Лонсаль.

Люси выполнила просьбу и получила несколько страниц результатов. Она щелкнула по ссылке, ведущей на профиль этой женщины в LinkedIn. На профильном портрете была женщина с закрытым лицом, аккуратной черной прической и почти алыми губами. В ее взгляде вибрировала сила, внушающая уважение. Взглянув еще раз на фотографию из проспекта, Франк заметил, что она стояла справа от Марка Виктора.

— Настоящая зануда, — констатировала Люси. Послушайте: она возглавила фонд Landsalle в 2005 году, после смерти своего отца, Филиппа Лансаля. Профессор когнитивных нейронаук в Парижском университете Декарта, с 2005 по 2016 год она также работала в Инсерме над, цитирую: - над созданием аппарата, способного восстанавливать и поддерживать кровообращение в мозге мыши в случае остановки сердца или дыхания.
– Она была удостоена целого ряда наград: Гран-при Ламоника в области неврологии, премия Национальной академии медицины...

— А поскольку ей, похоже, было скучно, она еще и книги писала, — добавил Паскаль.
– Смерть мозга» в 2010 году, - Коды сознания» в 2012 году, - Тело, сознание и мозг» в 2014 году.

Люси повернулась к мужу с довольным видом.

— Ну? Все еще сомневаешься?

Франк не ответил и указал подбородком на экран.

— Никакой информации после 2016 года?

— Заперлась в своем санатории, похоже... Зачем она заперлась в этой штуковине?

Глава группы выпрямился, вопросительно посмотрев на нее.

Кларисса Лонсаль на сто процентов соответствовала профилю разыскиваемого ими человека, она идеально дополняла дьявольское трио. Ее книги, навыки, образование... И все же он был уверен: это не она была в катакомбах и в хижине. — Посмотри другие ссылки.

Поищи что-нибудь более личное... Она замужем? Есть дети?

— Хорошо, командир.

Нет аккаунтов в Facebook, Instagram или Twitter. Люси прокрутила колесико мыши, открыла несколько вкладок и начала просматривать множество сайтов. Журналисты сосредоточились на деятельности фонда и блестящей карьере Клариссы Лонсаль. Интервью о ее публикациях, научные беседы, доступ к передовым исследованиям, в которых она участвовала. Некоторые видео показывали ее в аудиториях перед сотнями людей или экранами, на которых были проецированы срезы мозга. Лос-Анджелес, Шанхай, Сеул... Наконец, в статье блогера, которая датировалась 2014 годом, они увидели ее под руку с мужчиной. Короткие черные волосы, квадратная челюсть, лоб с тремя глубокими морщинами.
– Лансаль и Карлофф: итоги цикла конференций по сохранению жизнеспособности изолированного мозга мыши с помощью механической экстракорпоральной циркуляции.
–

Шарко долго смотрел на пару, которая, судя по тому, как они смотрели друг на друга, казалась чем-то большим, чем просто коллеги. 2014 год... Это было семь лет назад. Он записал «Карлофф» на доске и обвел имя.

— Проведите проверку на этого парня, пожалуйста.

— Хорошо, шеф.

— У меня есть еще одна интересная находка, — сказал Николя, поднимая руку.

Франк любил, когда новости следовали одна за другой. Это было как пробка, которую вытаскивают из трубы и которая внезапно высвобождает всю воду, удерживаемую до этого.