Чтение онлайн

Не будем себя обманывать: нормальное, то есть традиционное, воспитание сегодня дети могут получить только в семье. И на патетический вопрос:

«Если не я, то кто же?» — родители должны ответить со спокойной трезвостью: «Никто».

И постараться сделать все, что в их силах.

Шел 1989 год, самый разгар перестройки, и тогда (всего–то четыре года назад!) взгляды этой женщины казались чуть ли не крамольными. Мать двух сыновей — одному было семь, а другому четыре, — очень вдумчиво относилась к вопросам сексуального воспитания детей. Читала им «Детскую сексуальную энциклопедию» (каждому свой том, в соответствии с возрастом), подробно поясняла картинки. Обстоятельно отвечала на любые вопросы и даже эти вопросы предвосхищала. Но самым, пожалуй, смелым было то, что, руководствуясь чьей–то авторитетной инструкцией, и мама и папа ходили по квартире нагишом в присутствии детей. «Пускай видят! Пускай привыкают! Чтобы не было нездорового интереса к этой сфере».

Сейчас подобная картина уже не поражает воображение. «Детская сексуальная энциклопедия», перевод с французского, во многих домах вошла в «круг семейного чтения»*. Необходимость раннего сексуального просвещения, призванного побороться с «нездоровым интересом», похоже, ни у кого не вызывает сомнения. Разве что традиция ходить нагишом пока не привилась. Видно, климат не располагает.

* (Круг за это время существенно расширился, причем не только за счет переводной литературы. Появились и отечественные «просветители».)

Когда речь заходит о каких–либо новшествах, в том числе и в вопросах воспитания, весьма полезно поинтересоваться, что называется, отдаленными последствиями. Ну что ж, в данном случае такая возможность есть.

Сексуальная революция в «цивилизованном мире» свершилась около тридцати лет назад. Срок вполне достаточный, чтобы сделать какие–то выводы.

Пятнадцать лет назад одна из нас, будучи в командировке в Минске, познакомилась с двумя психологами из ГДР, которые рассказали советской коллеге о последних завоеваниях прогрессивной педагогики: немецкая семья–отец, мать и дети — теперь ходят по квартире голыми, потому что это полезно для правильного развития детской сексуальности. (Переводчик, пользуясь тем, что немцы не понимали по–русски, весело добавил: «Они знаете какие дисциплинированные? Если наука велела — все как один будут ходить в чем мать родила!») А утром каждая девочка, начиная с пятого класса, получает от мамы перед уходом в школу противозачаточную таблетку. Вместе с утренней кружкой молока.

И вот в этом году к нам приехала очень милая дама, психотерапевт из Мюнхена. Она сообщила, что в Мюнхене есть специалист, которая, как и мы, занимается драматическими методами в психотерапии. Мы, конечно, заинтересовались и стали расспрашивать.

— Нет–нет, это не совсем то, что у вас. У вас дети и родители участвуют в театральном действе, а Барбара сама показывает в присутствии детей и взрослых пьесы собственного сочинения. О, конечно, это не просто пьесы, они должны определенным образом воздействовать на психику зрителей… Вот совсем недавно Барбара с огромным успехом демонстрировала сюжет о сексуальных связях родителей с детьми. О, для Германии это сегодня одна из актуальнейших проблем!

* В 1994 году на Всемирном конгрессе по социальной психиатрии нам довелось увидеть этот кукольный спектакль, сыгранный Барбарой и двумя ее помощниками. Он назывался «Секрет». Зрелище не для слабонервных. А его демонстрируют немецким школьникам начиная с девяти лет!

Мы не станем сейчас обсуждать, насколько актуальна такая проблема у нас. Кто–то скажет «Да!», кто–то будет это яростно отрицать. Во всяком случае, наше передовое телевидение уже посвятило кровосмешению целую передачу, где инцест рассматривался с психологической, социальной и юридической точек зрения.

Мы лучше зададим другой вопрос. Скажите, если можно (и даже необходимо, как уверяет нас сегодняшняя наука) муссировать с ребенком вопросы секса, рассматривать картинки, которые еще недавно были бы квалифицированы как порнографические, если можно вместе сидеть у телевизора, когда на экране демонстрируют половой акт, то почему, собственно говоря, нельзя логически продолжить эту цепь и от теории перейти к практике? Где пролегает граница между благодетельным просвещением и уголовно–наказуемым развратом?

— Но ведь инцест был строжайше запрещен всегда, во все времена! — возразят нам.

Да, но этот строжайший запрет был сопряжен с множеством других, не менее строгих. Матери и в голову не приходило обсуждать с сыном, «как это происходит». У многих мусульманских народов отцы не раздеваются не только перед дочерью, но и перед наследником. В некоторых культурах сына довольно рано отделяли от матери, и с этого момента его воспитанием занимались другие люди.

Короче говоря, «антикровосмесительный» закон был логическим продолжением и венцом целого комплекса других табу на эту тему. Он не висел в воздухе, а был как бы крышей массивного здания. Конечно, нарушали его и тогда. Преступники вообще были во все времена. Но тогда задать вопрос: «А зачем он нужен, этот закон?» — мог только сумасшедший. Сейчас же, когда практически все остальные запреты отменены, подобный вопрос, к сожалению, свидетельствует скорее о здравомыслии.

Наши наблюдения показали, что в подавляющем большинстве случаев, когда родители увлекаются новациями в области сексуального воспитания детей, это приводит уже в детстве к самым разнообразным нервно–психическим нарушениям. Вернемся к той женщине, поклоннице прогресса, с которой мы начали свой рассказ. К нам она обратилась не от хорошей жизни. Старший, семилетний, сын страдал энурезом, а попросту говоря, был писуном, младший занимался онанизмом, причем делал это на людях, при посторонних, и все попытки отвлечь его от этого занятия, переключить на что–то другое заканчивались истерическими срывами.

Психологи, правда, уверяли мать, что в этом нет ничего страшного. А один специалист, знаток зарубежной литературы, даже привел ей в качестве положительного примера американский роман, в котором мать восстанавливает утраченный было контакт с сыновьями–подростками, поведав им о том, как она в их возрасте занималась мастурбацией.

Наша отечественная мама, хоть и была готова на все для блага своих детей, но ее все же смущал один момент: она собиралась отдать младшенького в детский сад — пора было выходить на работу. Вдруг старомодные воспитательницы неправильно поймут «нормальные» проявления ее Коли?

Тщетно мы призывали мамашу тоже стать хоть немножко старомоднее. В ответ она ссылалась на весь могучий арсенал «четвертой власти» — от «Науки и жизни» до «Пионерской правды». Наконец, уже ни на что не надеясь, мы взмолились:

— Ну пожалуйста, ну хоть ради эксперимента спрячьте «Сексуальную энциклопедию» на дальнюю полку, разрешите старшему мальчику самому мыться в ванне, раз он вас стесняется, не ходите по квартире раздетой, да и детям не стоит бороться голышом.

Неожиданно мама среагировала на слово «эксперимент» (вероятно, благодаря ассоциации со словом «прогресс»). И согласилась!

А через некоторое время потрясение сообщила нам, что у ее детей почему–то, «сами собой», «на ровном месте» исчезли невротические симптомы.

Вообще странная, на первый взгляд, картина. Дети, такие, казалось бы, пластичные, такие восприимчивые и переимчивые, в вопросах пола проявляют удивительный, непонятный консерватизм. Любят, когда папа живет в семье, и не любят, когда взрослые целуются прилюдно. Очень четко делят поведение людей на «приличное» и «неприличное». Стесняются, если родители позволяют себе при них фривольные шутки. И совершенно не жаждут раздеваться в присутствии сверстников.