Чтение онлайн

— Зачем мне ждать бой, если я могу втащить тебе прямо сейчас? Заметь, что сейчас я нахожусь на идеальном расстоянии для удара. И если меня разозлить, я сломаю тебе лицевую кость. Это в лучшем случае. А о худшем тебе лучше не знать.

Мне кажется, что сейчас я произнёс это для того, чтобы напомнить самому себе, что нельзя проигрывать собственному гневу. Если поддамся злости, меня разорвёт, и вряд ли я смогу самостоятельно остановиться. Лучше помнить о своих целях и планах, которые вряд ли получится реализовать, находясь за решёткой.

— Не забывай, что я тоже спортсмен. И ответить могу.

—Что ты можешь ответить, чемпион? — спрашиваю с издевкой, пустив негромкий смешок — То, что все твои бои - фикция? Смешно!

— Чего ты несёшь? — непонимающе морщится, от чего вид его становится жутко жалким.

— Интересно, ты хоть сам знаешь, что половина твоих соперников были проплачены твоим отцом? За деньги ведь можно все, правда, брат? И купить лидерство, и откупиться от уголовной статьи! Только вот твой папаша не знал и даже предположить не мог, что с тобой на ринг выйду я, иначе бы в последний день ко мне не пришли с подобным предложением. Он не хуже тебя знает, что я никогда не возьму его деньги, скорее сверну в трубочку и затолкаю обратно в жалкую трусливую задницу!

— Что за дерьмо? — нервно усмехается, потирая большими пальцем переносицу. — Крышу в конец сорвало?

— Может, тебе тогда лучше самому у отца спросить? Он тебе и расскажет, как ты стал чемпионом в этом городе. — Улыбаюсь, заметив его побледневший вид, и пытаюсь на этапе зарождения истребить его догадки о моем слабом месте, не позволив им развиться дальше. — А ты, я смотрю, далеко от него не уехал. Бабами победу выкупить пытаешься. Со мной ещё никто не расплачивался в такой валюте.

Но держать лицо невозмутимым не получается. Ноздри раздувает, как паруса, и мышцы непослушно дергаются, когда он уверено бьет по нервам одной фразой:

— Заметь, Лука, не бабами, а девочкой, которую ещё никто не нагибал.

Сжимаю крепче кулаки, сглотнув мерзкую слюну, и глушу в себе желание втащить ему прямо здесь, но приходится держаться из последних сил, чтобы не выдать себя и свои чувства.

Эта гнида не отстанет от девчонки, если узнает, что она для меня что-то значит. Этот бой всего лишь первый этап, чтобы прощупать мое состояние. Даже если я соглашусь на него, я нажму кнопку «старт» для дальнейших манипуляций и позволю собой управлять. Добровольно дам в руки врагу пульт, которым он умело будет пользоваться.

— Скоро тебе кроме этого и предложить нечего будет! — улыбаюсь своим мыслям и не замечаю, как произношу это вслух.

— Что ты имеешь в виду?

— Только то, что скоро ты стремительно пойдешь на дно, и этот бой тебя будет волновать меньше всего. Смирись. Поражения не избежать, как бы сильно ты этого не хотел. Жизнь - это гораздо глубже и шире, чем границы октагона. Из этой сложной игры ещё никому не удалось выйти живым.

— Я предупредил. Времени у тебя мало, если передумаешь, знаешь, где меня найти. Организационные вопросы я возьму на себя. — Бросает напоследок, решительно развернувшись. И я кидаю вдогонку:

— Если я и выйду с тобой на ринг, то только для того, чтобы ещё раз уронить.

Этот разговор заставляет меня ещё раз прокрутить в голове каждую минуту того вечера, когда мои губы находились в миллиметре от губ Колокольчика, и меня чуть не разорвало от желания к ним прикоснуться.

Нет! Я никогда не посажу эту девчонку в свою лужу! Никогда не испачкаю в этой грязи! И никому этого не позволю!

Твою мать! Чертова жизнь, где всё против меня!

Даже собственное сердце.

Дина.Погода после долгих дождей наконец-то сменилась, предоставив нам возможность погреть под жарким солнцем косточки и насытить кожу необходимым витамином. Желающих получить красивый загар и поплескаться в тёплой реке оказалось на пляже больше, чем людей в торговом центре в выходной день. Поэтому мы с подругой выбираем место подальше от воды, но зато здесь точно никто не помешает нам обсудить последние события.

А выговориться мне необходимо. Кому, как не Мироновой, рассказать про знакомую Серова в ресторане. Про то, как я чуть не поцеловала Зеленоглазого, и про то, как на следующий день Сергей завалился к нам в дом, чтобы открыть мне ещё одну темную сторону этого парня, к которому меня необъяснимо тянет вопреки всем его поступкам.

— Если хочешь знать, мне твой Серов совсем не нравится. — серьезно произносит Лада, щедро втирая в бронзовую кожу масло для загара. — И все, что он сказал про того парня, можно смело делить надвое! Может, он просто ревнует тебя?

— Возможно, — даже не пробую возражать. — Но я не думаю, что Сергей и правда испытывает ко мне чувства. Тут что-то другое!

Я снимаю солнечные очки и, оторвав голову от пледа, привстаю на локти.

— А с этого места поподробнее! — требует подруга, смерив меня внимательным взглядом и отложив в сторону тюбик с маслом, приготовившись слушать.

— Как бы это сказать. Ему на меня наплевать, понимаешь? Да, он постоянно мне пишет, ищет встречи, но когда мы рядом, он почти не интересуется мной. Рассказывает о себе, смотрит как-то сквозь, говорит о высоких чувствах, и мне все больше кажется, что ему просто необходимо находиться со мной рядом и неважно, какой я человек. Словно... — делаю короткую пазу, чтобы подобрать слова и, выдохнув, продолжаю, — словно это у меня отец известный бизнесмен, и ему нужны эти отношения исключительно ради собственной выгоды.

— Ну, тут как раз все понятно! — с серьёзным видом восклицает подруга, будто и правда о чем-то догадывается. — Он хочет с тобой переспать!

— Он это и не скрывает, — усмехаюсь, подтверждая догадку, — только не понимаю, почему именно я. И почему для него это так важно?

— Этих мужиков вообще сложно понять, — соглашается подруга. — Вот даже взять того парня. Как его?

— Лука!

— Именно! Серов утверждает, что он редкостный гад, который пользуется девушками. А тебя почему-то оттолкнул. Даже не поцеловал. Хотя, ты говоришь, что сама была не против. Где же тут логика? — спрашивает Лада, не на шутку задумавшись. — Нет, если бы все, что сказал твой Сереженька, было правдой, то домой бы ты не вернулась прежним Колокольчиком. Невинность по пути бы точно потеряла. Слушай, а он тебе вообще хоть нравится?

— Кто?

— Парень твой, — кривится подруга.

— Раньше нравился. Даже очень. Весь такой из себя. Красивый, недоступный, — вспоминаю с улыбкой свои прежние чувства к соседу и с разочарованием продолжаю. — А сейчас, когда он рядом, мне это все кажется неправильным. Даже целуется он так себе. Никаких мурашек и прочих знаков. А мне хочется, чтобы до щекотания в животе, чтобы прострелило так, чтоб я задохнулась в этом поцелует от чувств. Чтобы от одного касания меня бросало в дрожь, как от ... — запнувшись об собственные мысли, вздрагиваю. Понимаю, что где-то сейчас свернула не туда.