Разожми ладонь
Шрифт:
— Если ты займёшь место Колокольчика, то до койки ты даже не доберёшься. Возможно, тогда и на твой телефон будут пачками приходить сообщения с сердечными признаниями.
— Серов мне уже не интересе, — тут же меняет интонацию Аня и вдруг печально вздыхает. — Я, девочки, кажется, влюбилась.
Мы с Ладой от такого признания даже с шага сбиваемся. Переглядываемся с подругой и она, переведя взгляд на Аню, театрально прикладывает ладонь к губам, изумившись:
— Как же так? Никогда не влюблялась и вот... Опять!
— На этот раз все серьезно.
— Как-то невесело ты о прекрасном чувстве излагаешь, — не успокаивается Миронова, иронично усмехнувшись.
Кажется, в этот раз мне ближе позиция Ани, поэтому улыбка тут же сползает с моего лица, вызывая сочувствие. Не всегда это «прекрасное чувство» прекрасно.
— Я на той неделе купила себе абонемент в фитнес клуб и по счастливой случайности встретила там такого красавчика. Закачаешься. — мечтательно прикусывает губы Тарасова — Оказывается, он там тренер по боксу.
— Сейчас каждый физрук может стать тренером по боксу, — с сомнением хмыкает Лада. — Ну, а дальше? Он предложил тебе отработать удары? — шутливо изображает боксера подруга, перед тем, как мы сворачиваем в новый магазин косметики.
— Он даже на меня не посмотрел, — выдыхает Аня, берет с полки тестер с цветочным парфюмом и наносит аромат себе на запястье. — Моя одноклассница работает там администратором, — морщится, ткнувшись носом в руку, и продолжает. — В общем, без шансов. Она сама пыталась к нему подкатить, а он ясно дал понять, что у него уже кто-то есть.
— Может, твоя одноклассница не в его вкусе, и он просто нашёл способ ее вежливо отшить?
— Не похоже, — с сомнением хмыкает. — Я заметила, что он вообще ни на кого не смотрит, а в последние дни совсем пропал. Лиза сказала, что он отказался от аренды зала и съехал. Вот бы ещё разок его увидеть, желательно вместе с той счастливицей, которой он принадлежит.
Я уже не слушаю разговор подруг, отвлеченная атмосферой магазина. Сегодня здесь полно народу, воздушных шаров и много выгодных акций. Кажется, мы попали на открытие, и сейчас мне интересно узнать, что происходит возле отдела декоративной косметики, где толпятся все покупатели. Подойдя ближе, становится понятно, что идёт бесплатный мастер класс известных в городе визажистов. Сегодня они работают только с той косметикой и материалами, которые представлены в этом магазине. Засмотревшись, я не замечаю, как оказываюсь первой в этой толпе без Лады и Ани, а когда меня окликает одна из визажистов, я вовсе теряюсь:
— Девушка, как вы смотрите на то, чтобы стать сегодня моей моделью для дневного макияжа?
— Я? — неуверенно спрашиваю, приложив ладонь к груди.
— Вы, — широко улыбается девушка, подойдя ближе. — Мне бы хотелось поработать с вашим лицом. От вас требуется немного времени и фото по завершению, а от меня вы получите легкий дневной макияж, который только подчеркнёт вашу красоту.
— Н-не знаю, — растерянно бормочу.
— Это бесплатно и займёт не так много времени.
— Она согласна, — отвечает за меня Миронова, возникшая внезапно, и подталкивает меня вперёд. — Иди, Колокольчик, наводи красоту. Говорят, она поднимает настроение и спасает мир.
Настроение хороший эстетичный макияж действительно поднимает. И, несмотря на мой скудный результат шопинга, на парковку я спускаюсь при полном параде, в полной боевой готовности для какого-нибудь романтического свидания. Вот только один небольшой нюанс — никакого свидания не намечается и мне придется ехать домой, чтобы смыть всю эту красоту. Почему-то именно в этот момент мне с грустью вспоминаются мои непрочитанные сообщения и, усадив свою тушку на пассажирское сидение «Кешы», я, растеряв всю выдержку, утыкаюсь в телефон.
Но не успеваю я открыть иконку инстаграм, как Ладка, чертыхнувшись, резко жмёт на педаль тормоза. Поднимаю глаза и вижу, как нам нагло перегородила дорогу белая иномарка, подрезав и прижав к краю парковки. Пару секунду мы просто молчим, поражённые странной ситуацией, а когда дверь автомобиля открывается, и из нее выходит водитель, мое сердце срывается в пропасть.
Он тут же находит меня на пассажирском сидении и впивается в мое лицо прямым зелёным взглядом, пригвоздив к кожаному креслу. Я тоже безотрывно на него смотрю, поэтому замечаю, как обозначаются острые скулы, а губы сжимаются в тонкую белую линию. Лука решительно двигается в мою сторону и с каждым новым шагом внутри меня все сжимается и отдаётся тяжелыми ударами в горле и в груди. И только слова Ани мигом выбрасывают меня из этого ступора:
— Девочки, это он!
Смутно соображая, я медленно поворачиваю голову в сторону Лады, которая улыбается и смотрит на меня загадочным взглядом, накручивая на палец тонкую прядь волос.
На секунду начинаю сомневаться в его направлении. Может, не к моей двери. Вздрагиваю, когда начинает опускаться боковое стекло. Не мое. Ани.
— Эй, красавчик, надеюсь, ты за мной? — кокетливо отзывается Тарасова с заднего сиденья.
А я застываю, ощутив острую боль, когда ее обращение, словно острое лезвие, скользит по моим оголенным нервам.
— Извини, но мне нужна только она, — сухо отвечает Паша, дёрнув на себя пассажирскую дверь и протянув мне руку. — Цветочек, я за тобой. И учти, если ты сейчас не пересядешь, то мне придётся перекрыть здесь все движение.
Глава 19.
От этих слов я замираю от изумления, не веря тому, что сейчас услышала. Он продолжает смотреть на меня так же серьезно и уверенно, ничуть не сомневаясь в том, что только что сказал. А я совершенно не двигаюсь и не дышу, убежденная тем, что теряю связь с настоящей реальностью.
Внутри все холодеет и, кажется, даже пульс останавливается, но едва я поднимаю руку и несмело касаюсь протянутой ладони, как тут же ощущаю мощный разряд, который пронзает меня до кончиков пальцев, заставив кровь вновь хлынуть горячей волной к застывшему сердцу.
— Паша... Ты? Но... — единственное, что мне с большим трудом удаётся вытолкнуть из пересохшего горла, и тут же мою ладонь сильнее сжимают горячие пальцы.
— Извини, Колокольчик, но я и так слишком долго ждал этой встречи, — притягивает меня к себе и перед тем, как он толкает за мной дверь, до меня успевает долететь веселая усмешка подруги:
— На этот раз, Тарасова, я тебе реально сочувствую.
Мне уже не слышно, что отвечает Аня, но сквозь заднее пассажирское стекло замечаю, как недовольно поджимается ее подбородок, морщится нос, а черный взгляд обещает меня уничтожить.
Плевать. Сейчас я не намерена ей уступать. Только не его. Это и пытаюсь молча донести до Тарасовой, но в тот же миг вздрагиваю и отворачиваюсь, когда на мою талию ложится крепкая мужская рука, увлекая за собой.
— Почему ты здесь? — спрашиваю, набрав в грудь свежего воздуха. — И что тебе нужно?