Чтение онлайн

— Гретцки! — крикнул Лука и помчался за ним.

— Это мой тапок! — закричал Коуп и тоже рванул следом.

Брут с радостным лаем бросился за ними, решив, что это новая игра.

Арден встала, покачала головой:

— Их не стоит догонять. Так они только сильнее думают, что это игра.

— Скажи это моему тапку, — бросил Коуп, пытаясь догнать Гретцки, но тот ловко увернулся и помчался в мою сторону.

— Кто-нибудь найдите второй тапок, — предупредила я. — Он наверняка уже в дырках.

— Я найду, — сказала Арден и направилась в дальний коридор, пока мальчишки с собаками носились по дому.

Я опустилась в мягкое кресло. Для первого дня вне постели этого и правда было слишком много.

— Нашла второй, — крикнула Арден. — Но, Коуп, думаю, ты уже не захочешь его надевать.

Коуп вернулся в гостиную, за ним следом Лука, Гретцки и Брут, как раз в тот момент, когда Арден появилась с тапком, держа его за край, как ядовитую змею. Внутри красовалась огромная собачья куча.

Коуп уставился на это с открытым ртом:

— Нет, ну не может же вся эта куча выйти из этого маленького милого существа.

Гретцки радостно тявкнул и выпустил второй тапок из пасти.

Коуп посмотрел на щенка:

— Скажи мне, что это не из тебя вылезло. Это был Брут, да?

Арден фыркнула:

— Если бы это был Брут, я бы этот тапок вообще не подняла.

Коуп сморщил нос:

— Ради всего святого, вынеси это на улицу. И щенка тоже.

— Все в порядке, Гретцки, — сказал Лука, поглаживая щенка.

Коуп бросил на них притворно сердитый взгляд:

— Скажи это моему несчастному тапку.

В этот момент телефон пискнул у меня в кармане. Я машинально потянулась за ним, надеясь, что Тея не захлебывается на работе без меня. Но когда я открыла сообщения, кровь стремительно отхлынула от лица.

Скриншот с какого-то спортивного блога: фотография, где мы с Коупом выходим из церкви после похорон Тедди. Я опустила голову, а лицо скрывали темные очки. Никто не должен был узнать меня. Но кто-то узнал.

Неизвестный номер: Думаешь, я не узнаю твое сладенькое тельце, Голубоглазка?

Телефон снова запищал. И снова.

Неизвестный номер: Или, может, ты думала, что я не замечу это долбаное ожерелье у тебя на шее?

Мои пальцы сами собой поднялись к горлу. Тонкая серебряная звезда с камнями. Я носила ее со времен колледжа. Единственное украшение, которое осталось у меня, потому что Роман знал — серебро и камни фальшивые.

Неизвестный номер: Лучше бы ты заложила его вместо того дурацкого медальона. С него я получил всего пятьдесят баксов. А ты мне должна куда больше.

Неизвестный номер: Я дал тебе все. Одежду, машины, дом твоей мечты. А ты с этим пацаном только брали и брали. Пора расплачиваться. Теперь я знаю, где ты. Знаю, что твой хоккеист с деньгами. Я всегда знал, что ты сможешь продать себя, чтобы достать то, что мне нужно.

Неизвестный номер Плати, Голубоглазка. Или я приду за тобой и за этим ребенком.

40

Коуп

Я видел, как из лица Саттон стремительно уходит кровь, пока она смотрела на экран телефона. Один сигнал за другим. Но она просто продолжала смотреть.

— Арден, выведи Луку и Гретцки на улицу, — сказал я резко.

Взгляд Арден метнулся от Саттон ко мне и обратно.

— Коуп...

— Пожалуйста, — мой голос стал тише, и я постарался вложить в него мольбу.

Челюсть Арден напряглась, упрямство начало проступать в ее взгляде, но потом она коротко кивнула.

— Пошли, Лука. Поможешь мне избавиться от этой туфли.

— Мам, ты в порядке? — спросил Лука.

Я уже давно понял, что он — эмпат до мозга костей. В лагере он всегда следил, чтобы никто из ребят не чувствовал себя лишним. Подбадривал, поддерживал. Но больше всего он чувствовал свою маму. Это многое говорило об их связи.

Саттон несколько раз моргнула, а потом выдавила из себя улыбку:

— Все хорошо, чемпион. Просто какие-то сложные подсчеты для пекарни.

Он нахмурился, но кивнул.

— Ну пошли, — подтолкнула его Арден. — Пока весь дом не начал вонять, как попа Гретцки.

Лука захихикал и побежал за ней. Как только они с собаками вышли на улицу, я взял телефон из рук Саттон.

— Коуп, я...

— Что за хрень? — каждое новое сообщение было мерзее предыдущего.

— Роман, — прошептала она.

Я поднял взгляд от экрана к ней. Увидев, как в ее глазах собираются слезы, я готов был убить кого угодно.

— Ты уверена?

Она сглотнула, стараясь сдержать эмоции.

— Только он называет меня Голубоглазкой.

Я стиснул зубы, но осторожно притянул Саттон к себе, обнял ее. Пальцами провел по нежной коже под одним из ее чарующих глаз.

— Воительница, твои глаза гораздо больше, чем просто голубые. Это море в тропиках. Они меняют оттенки вместе с твоими чувствами. Становятся бурей, когда ты злишься, или вспыхивают светом, когда я рядом с тобой. А когда ты смотришь на Луку, становятся мягкими, цвета морской волны.

Саттон всхлипнула и прижалась ко мне.

— Коуп...

— Ты совсем не такая, как он тебя описывает. Ты гораздо больше.

Она уткнулась лицом в мою грудь, словно пытаясь спрятаться от всего мира.

— Я его даже не узнаю теперь. Раньше он был смешным. Заботливым. Ему было важно, чтобы нам было хорошо. А теперь он даже имени Луки не произносит.

В груди больно кольнуло — боль за все, через что ей пришлось пройти. Я прижал ее крепче, опустил подбородок на ее голову.

— Иногда такая отрава меняет человека. Перекраивает его разум.

— А может, я вообще его никогда не знала, — тихо сказала Саттон.

Я хотел все исправить. Стереть из ее жизни каждую боль, которую причинил ей этот ублюдок, каждое его решение, из-за которого пострадали те, кого он должен был любить больше всего. Но я не мог изменить прошлое. Единственное, что я мог — сделать все, чтобы сейчас Саттон и Лука были в безопасности.

— Нам нужно позвонить Трейсу.

Саттон отпрянула, и в ее глазах появилась смесь стыда и боли.

— Обязательно?