Разрушенная гавань
Шрифт:
Я кивнул.
— Прости. Но он должен знать. Мы обязаны сделать все, чтобы защитить тебя и Луку.
Она прикусила нижнюю губу.
— Делай. Просто покончи с этим.
В ее голосе звучала такая усталость, что во мне снова вскипела ярость. Я найду Романа Бойера. И когда найду, у него не останется ни единого шанса снова добраться до Саттон.
Если о нашей семье можно было сказать что-то одно, так это то, что в кризисных ситуациях мы держались вместе. Навязчивые? Да. Немного не в себе? Вполне возможно. Но мы всегда приходили на помощь. Как и сейчас.
Когда я сказал Трейсу, что не хочу, чтобы Лука испугался, он ответил, что все устроит. Как выяснилось, «устроит» означало, что у меня дома одновременно собралась чуть ли не вся семья Колсонов.
Из кухни доносились голоса мамы и Роудс — они устраивали там настоящий кулинарный марафон. Трейс привез с собой Кили, и сейчас она вместе с Лукой соревновалась в поисках колец на дне бассейна. Кай, судя по всему, отвечал за броски, не вставая с шезлонга, весь в черном и в мотоциклетных ботинках, в темных очках.
Фэллон сидела рядом, на соседнем шезлонге, и привычно поддевала его, критикуя технику бросков. Шеп и Тея играли с Гретцки на лужайке, а Лолли, кажется, показывала Арден какую-то новую картину.
Сквозь открытые двери доносились обрывки разговоров, но даже несмотря на то что Трейс и Энсон сидели напротив нас, Саттон не сводила глаз с Луки. Каждый раз, когда он нырял, она затаивала дыхание, а когда его голова вновь показывалась над водой, облегченно выдыхала. Каждый его шаг вдоль бассейна она провожала взглядом.
— Саттон, — мягко сказал Трейс.
Она вздрогнула.
— Прости, что ты сказал?
Я придвинулся к ней поближе на диване и переплел пальцы с ее пальцами, просто давая понять, что я рядом и никуда не уйду.
— Когда в последний раз ты слышала что-то от Романа? До этого случая, — спросил Трейс. Он специально выбрал нужный тон: за годы службы он знал, как говорить так, чтобы его грубый голос не напугал человека.
Пальцы Саттон вцепились в мою руку с такой силой, что побелели костяшки. Она с трудом сглотнула:
— Он иногда пишет. Раньше я меняла номера, но он все равно находил новые, и я сдалась. Если блокирую его, он пишет с другого номера.
Я с Энсоном обменялся взглядом. Ничего хорошего в этом не было. Человек в состоянии наркотической зависимости не должен был иметь столько ресурсов, чтобы отслеживать номер женщины, которая переехала на другой конец страны.
— Но прошло уже какое-то время. Кажется, последний раз... — Саттон замолчала, потом повернулась ко мне: — В тот день, когда была семейная встреча, около месяца назад. Когда ты вышел ко мне на пастбище.
Теперь уже я крепче сжал ее руку.
— Тогда ты выглядела грустной. И немного напуганной.
Черт бы побрал. Если бы я тогда понял, что происходит, сразу бы забрал ее с Лукой к себе.
— То есть во время нападения он тебе не писал? — уточнил Трейс.
— Нет, я... — глаза Саттон расширились. — Ты думаешь, это мог быть он? Думаешь, он сейчас в Спэрроу-Фоллс?
— Пока нет оснований полагать, что он здесь, — быстро сказал Трейс, вновь смягчая голос. — Но полиция Балтимора не смогла найти его ни по одному из последних адресов. Даже его обычные дилеры давно его не видели.
Колено Саттон начало нервно подрагивать.
— Я не понимаю, как это возможно. После всего, что он сделал со мной, семья от него отвернулась. Они и раньше не были особо теплыми, но я их не виню за то, что они поставили точку. А друзей он всех разогнал. Занимал у всех деньги, пока с ним просто не перестали общаться.
Раздался звонок телефона, и Энсон потянулся в карман. Он выключил звук, но встал.
— Мне нужно ответить.
Взгляд Трейса стал внимательнее:
— Что-то серьезное?
— Пока не знаю, — Энсон ушел вглубь дома.
Было почти чудо видеть, как эти двое работают вместе. Трейс поначалу не переваривал этого мрачного бывшего профайлера, когда тот стал встречаться с нашей сестрой Роудс. Но Энсон доказал, чего стоит, борясь за нее и делая все, чтобы защитить.
— Ты не думаешь, что Роман мог занять деньги у кого-то, кто теперь может потребовать вернуть их любыми способами? — спросил Трейс.
Саттон забеспокоилась еще сильнее, и я положил ладонь ей на колено, чтобы успокоить.
— Ты в безопасности, слышишь? Лука тоже. Я с вами. Завтра приедет команда Холта Хартли устанавливать новую охранную систему здесь и в пекарне.
Она напряглась.
— Пекарня. Я совсем забыла, там ведь новый владелец. Ему это может не понравиться...
Я сжал ее колено чуть крепче.
— Я предупредил управляющую компанию. Они сказали, все в порядке.
Трейс бросил на меня внимательный взгляд. Он знал, что это я купил здание. Знал и то, что Саттон придушит меня, когда узнает об этом. Но сейчас не время было обсуждать такие детали. У нас были дела поважнее.
— Ладно, — выдохнула она и повернулась к Трейсу. — Честно, я не знаю. Он от меня все скрывал. Я узнала о проблемах только когда его начали отстранять от команды. И даже тогда он все выставлял, как единственный случай. Я не сразу поняла, что у него зависимость. Только когда он стал пропадать на несколько дней и вести себя странно, я поняла, что пора уходить. Я была такой наивной. Глупой.
— Эй, — мягко перебил я ее. — Не смей так говорить о моей девушке.
Саттон посмотрела на меня своими бирюзовыми глазами.
— Я должна была заметить.
— Иногда те, кто рядом с нами, лучше всех умеют скрывать правду, — тихо сказал Трейс.
От этих слов у меня внутри все сжалось. Он знал, о чем говорил. В его жизни тоже было достаточно тайн и лжи. Доверие давалось Трейсу нелегко. Но он всегда был рядом с теми, кто ему дорог, и со своим городом.
— Я бы так хотела все изменить. Уйти гораздо раньше, — прошептала Саттон.
Я крепче сжал ее пальцы.
— Ты делала все, что могла, с тем, что знала тогда. Ты не могла предугадать, как все обернется.