Чтение онлайн

– - Кто же сломал замок и выпустил арестантов?

– - Думается нам, что наш же мужик Федотка, его это дело... потому он говорил, чтобы мы выпустили арестантов.

– - Подавай сюда Федотку, -- грозно крикнул Заноза, а когда мужичонку привели к нему, грозно крикнул: -- Ты сломал замок и выпустил арестантов?

– - Никак нет! Зачем я стану ломать да выпускать?

– - Говори правду! Не то плетей и пыток отведаешь!

– - За что? Я невиновен.

– - Гей, в кандалы его, -- приказал Заноза солдатам, и злополучный Федотка очутился с тяжелыми кандалами на руках и на ногах.
– - Вали его в сани, в тайной канцелярии дознаемся правды.

Эти слова повергли Федота в ужас, и он дрожащим голосом спросил приказного:

– - Ну, а если я скажу, то пытать меня не будут?

– - Скажешь правду, пытки избежишь.

– - Я... я скажу... повинюсь. Я выпустил арестантов!

– - Молодчик, нечего сказать, а плетей тебе все же не миновать.

– - Вот-те раз! А если я скажу тебе, господин приказный, где накрыть арестантов, так ты меня не тронешь?

– - Ну, черт с тобой, не трону и отпущу.

– - Побожись! Божбе поверю, а словам нет.

– - Ах ты разбойник! Ты еще приказы мне вздумал читать? Да я прикажу всю твою гунявую бороденку по волоску выдергать. Сказывай, не то сейчас у меня плетей отведаешь.

Федотка струсил и тихо проговорил:

– - У моего кума они, у Максима, на мельнице.

– - Показывай дорогу, пес! Гайда на мельницу!
– - крикнул приказный и, схватив Федотку, впихнул его в сани.

Через несколько времени мельник Максим, проводив Волынского легший спать, был разбужен страшным стуком в ворота. Он решил не отпирать их, но они, по приказу Занозы, были взломаны, а вслед затем, стуча ружьями, солдаты и Заноза вошли в избу мельника.

Пошли обычные спросы и допросы. Максим упорствовал и не говорил, что у него был Волынский и увез его постояльцев. Тогда приказный велел солдатам пытать его. Мельник не вынес пытки и рассказал правду.

– - Садись, Ванька, и записывай по пунктам, что станет показывать мельник, -- приказал Заноза своему помощнику.

Тот молча сел к столу, разложил на нем бумагу, поставил медную чернильницу, висевшую у него на шнурке, достал гусиное перо и приготовился записывать показания.

– - Сказывай, был ли у тебя кабинет-министр Артемий Волынский?
– - сурово спросил Заноза у мельника.

– - Был, -- слабым от пытки голосом ответил Максим.

– - Что он у тебя делал?

– - Ничего, только взял с собою неведомых мне людей, которые попросились у меня на ночлег...

– - Значит, те люди тебе не ведомы? А сколько их было?

– - Пятеро просили у меня ночлега: три мужика и две бабы.

– - С Волынским ехало только два мужика и баба, а где же остальные?

– - Те пошли пешком.

– - Ладно, мы их захватим на дороге. Допрос кончен, собирай, Ванька, бумагу, -- проговорил Заноза, обращаясь к своему помощнику, после чего приказал крепко скрутить мельника и тащить в сани, где уже находился Федотка.

Вся ватага двинулась в Петербург, но Захара и Дуни не нашли.

Сдав мельника Максима и Федота по приезде в Петербург в острог, Заноза чуть не со слезами рассказал своему начальнику Шварцу о жестокосердом поступке с ним кабинет-министра Волынского и об увозе последним с мельницы важных преступников.

– - Что же это за преступники?
– - спросил Шварц.

– - Неведомо какие, а только важные. Так говорят мужики той деревни, где они остановились на ночлег. Из них двое мною привезены и посажены в острог.

– - Хорошо, как-нибудь я сделаю допрос этим мужикам, только не скоро, у меня крайне много важных дел...

– - Я просил бы вас, господин Шварц, сделать о том донесение его светлости, -- проговорил Заноза, -- потому что в этом деле замешан кабинет-министр Волынский.

– - Да, да, Волынский. Это важно для его светлости. Я сейчас же поеду с докладом. Ты тоже поедешь со мною, -- после некоторого раздумья, проговорил Шварц.

Оба они поспешили к Бирону.

Шварц тотчас же был принят Бироном, а потом был также потребован и Заноза. Изгибаясь в три погибели, переступил тот порог кабинета герцога.

– - Ты видел, как Волынский вез в своих санях преступников?
– - спросил у него Бирон.

– - Так точно, ваша светлость.

– - Сколько же их с ним было?

– - Всех пятеро, а в санях у Волынского только трое. Остальные, говорят, пешком пошли, ваша светлость. Как ни старался я их встретить или догнать, но не смог.

– - Волынский тебя бил?

– - Больно бил, ваша светлость; кнутом хлестал. Хорошо, что на мне тулуп был, а то захлестал бы до смерти.

– - Ну хорошо, ступай, я сегодня же доложу императрице, что ее кабинет-министр делает свой дом пристанищем для важных преступников.

Заноза, опять изгибаясь в три погибели, ушел.

– - Долее продолжаться так не может, Волынский становится дерзок. Он прямо и смело идет против меня, но я положу скоро этому конец!
– - громко проговорил Бирон.

– - Волынский идет скорыми шагами к своей погибели, ваша светлость, не сознавая сам того, -- ответил Шварц.

– - Да, да, он погибнет! Он должен погибнуть, и это случится скоро. Шварц, непременно узнайте, кто такие преступники, которых смеет укрывать у себя Волынский!

– - Слушаю, ваша светлость.

Между тем Артемий Петрович Волынский, всегда беспечный и легкомысленный, не сознавая той опасности, которой он подвергался, и не обращая внимания на грозную тучу, нависшую над ним, привез в свой роскошный дом бежавшего из крепости Храпунова, его жену и старика-майора, отвел им отдельное помещение, обласкал их и обещал свое покровительство и помощь.

Но это его великодушие удваивало только те вымышленные проступки, которые находили у Волынского его враги.

– - Смею спросить, ваше превосходительство, что вы думаете с нами делать?
– - спросил у Волынского Левушка.

– - Как что делать? Вы будете у меня жить, пока я не испрошу у государыни тебе прощения.

– - Может быть, государыня и простит меня, но Бирон...

– - А до герцога из конюшни нам нет дала!

– - Ну, как ни говори, ваше превосходительство, а жить племяшу в твоем доме опасно, отсюда как раз угодишь в тайную канцелярию, -- вступился в разговор секунд-майор.
– - Чай, Бирону давно известно, что мы в твоем доме проживаем, у него везде есть уши и глаза, -- добавил он.