Чтение онлайн

Я снова наблюдаю за этими чертовыми точками. Они появляются и исчезают. Минуты тянутся, нервы натянуты, как струна. А потом… ничего.

Она меня игнорирует? Черт.

Я: Я поставил твою подругу в команду, которая займется Bellevue. Она будет в хороших руках. Научится многому. Я гарантирую, что с ней ничего не случится, пока она работает на меня.

И тут сердце замирает на мгновение, когда точки появляются вновь. Она набирает ответ.

Неземная: Назови свою цену.

Я откидываюсь в кресле, ощущая странное, почти детское возбуждение, хотя она, похоже, совершенно неправильно меня поняла. Я писал ей, не для того, чтобы требовать что-то взамен за одолжение. Особенно после того, что она сделала для меня, когда отказалась от сделки в шато Кьяра.

Но я не настолько глуп, чтобы упустить такой шанс. С ней я возьму все, что только смогу.

Глава 10

Селеста

Я с тревогой смотрю на массивные ворота особняка Виндзоров, нависшие впереди. Где-то в глубине души я уверена, что все это — хитроумный розыгрыш, который Зейн придумал, чтобы меня унизить. Это ведь не в первый раз. Чем ближе подъезжает моя машина, тем сильнее растет уверенность, что меня просто не пустят.

Я уже представляю, как он будет смеяться надо мной, как будет издеваться. Черт, даже заголовок в «The Herald» вижу перед глазами: «Селеста Харрисон безуспешно пытается проникнуть в поместье Виндзоров».

О чем я вообще думала, соглашаясь на этот ужин в его доме в качестве благодарности за то, что он нанял Лили? В тот момент, когда он это предложил, мне стоило понять, что здесь что-то не так. Едва мои нервы начинают сдавать, и я уже собираюсь развернуться и уехать, как ворота вдруг распахиваются, и кто-то выходит мне навстречу.

У меня чуть сердце не выскакивает из груди, когда Зейн открывает пассажирскую дверь и бесцеремонно устраивается в моей машине.

— Селеста, — говорит он, застегивая ремень. В его голосе нет той язвительности, к которой я привыкла. Напротив, он звучит на удивление мягко.

— Я… что ты делаешь?

Зейн откидывается на спинку сиденья, слегка наклоняет голову и улыбается. Сердце у меня предательски ускоряет ритм, и я невольно провожу взглядом по его телу. Сегодня он в джинсах и черной футболке, и, как ни странно, выглядит даже лучше, чем в своих дорогих костюмах. Как на нем сидит этот чертов хлопок… Я тут же отвожу глаза, чувствуя, как щеки начинают гореть.

— Поместье Виндзоров огромное, — спокойно говорит он. — Я волновался, что ты не найдешь мой дом.

Я прикусываю губу, ощущая, как напряжение пробегает по коже.

— Если тебе просто нужен был ужин, мы могли бы поесть где угодно. Почему именно здесь?

Я никак не могу избавиться от чувства, что меня заманивают в ловушку. Несмотря на наше прошлое, Зейн никогда не заставлял меня чувствовать себя в опасности, но рациональная часть моего сознания все равно подсказывает: будь осторожна. Я никому не сказала, куда еду, потому что просто не знала, как это объяснить. Было ли это ошибкой?

— Поверни направо в конце дороги, — отвечает он, игнорируя мой вопрос. Голос у него тихий, другой. Я украдкой смотрю на него и замечаю во взгляде что-то похожее на разочарование. Он ловит мой взгляд и тут же отворачивается, устремляя глаза в окно.

Мои зрачки расширяются, когда я вижу знакомое стеклянное строение. Теплица… если ее вообще можно так назвать. Это скорее стеклянный дворец, с залами, утопающими в сложных ботанических садах. А перед ней — белоснежный особняк, которого раньше здесь не было, но который удивительно гармонично вписывается в пейзаж.

— Паркуйся здесь, — говорит Зейн, указывая на ряд суперкаров у входа. — Я оставил тебе место прямо у двери, чтобы не пришлось далеко идти.

Я глушу двигатель, чувствуя, как дрожат руки. Едва успеваю взять сумочку, как он уже обходит машину и открывает мне дверь, его лицо остается непроницаемым.

Я тихо вздыхаю, когда каблуки слегка проваливаются в гравий, но тут же ощущаю, как Зейн мягко, но уверенно обхватывает меня за плечо. Он тихо смеется, и, подняв на него глаза, я с облегчением замечаю, что он снова выглядит расслабленным.

Что бы это ни было в машине — почему он выглядел таким потерянным — я не знаю. Но почему-то кажется, что это из-за меня. И теперь, когда он обладает куда большей властью, чем раньше, я не могу не задуматься: если я его разозлю, он ведь может отыграться на Лили.

— Ты все такая же неуклюжая, Селеста, — тихо говорит он, вырывая меня из мыслей.

— Это не моя вина, что у тебя паршивая подъездная дорожка, — огрызаюсь я. — Я точно не первая, кто жалуется.

Я жду, что он отпустит меня, но вместо этого его хватка только крепче сжимается на моем плече, пока он ведет меня к двери.

— Первая, — спокойно отвечает он.

Мне требуется секунда, чтобы осознать, о чем он говорит. И настроение тут же падает.

— Просто остальные женщины, наверное, были слишком вежливы, чтобы сказать тебе это в лицо, — пробормотала я, покачав головой. — Уверена, что этот гравий уже угробил не одну дорогую пару туфель.

Про себя я скорблю по потерям всех тех незнакомых мне женщин, вынужденных пожертвовать своими любимыми шпильками… ради Зейна.

Он громко смеется и, не раздумывая, наклоняется, подхватывает меня на руки, словно я ничего не вешу.

— Неземная, если хотела, чтобы я тебя нес, могла просто сказать.

У меня от изумления приоткрывается рот, пока он без особых усилий пересекает оставшееся расстояние до входной двери, держа меня в своих руках.

— Я… я… да не это я имела в виду!

С каждым его шагом мое тело чуть заметно покачивается, прижимаясь к нему. Тонкая ткань его футболки не скрывает рельефа пресса и силы в руках. Он несет меня так легко, что я невольно вспоминаю тот день, когда он так же поднимал меня на руки. Тогда он тоже нес меня — сквозь свои роскошные сады.

Подо мной напрягаются его мышцы, когда он, не выпуская меня, проводит большим пальцем по сканеру на двери. Но даже когда мы оказываемся внутри, он не ставит меня на пол. Вместо этого несет прямо на кухню и усаживает на столешницу. Затем опускается передо мной на колени, аккуратно берет меня за лодыжку и поворачивает ступню, осматривая каблук.

— Немного повредился, — замечает он, а затем поднимает на меня взгляд. — Я куплю тебе новые туфли, ладно? Прости за этот чертов гравий.

Я моргаю, пытаясь осознать сказанное, пока он выпрямляется и подходит к раковине, чтобы вымыть руки.