Разрушенные клятвы
Шрифт:
Моя улыбка исчезает, как только дверь конференц-зала закрывается за мной, и я делаю дрожащий вдох. Возможно, это напоминание, которое мне было нужно. Мы больше не в школе, где игровое поле было немного ровнее. Пытаться приобрести проекты, в которых заинтересован Зейн, означает обрекать себя на неудачу. Мне следовало переключиться, как только я узнала, что он хочет сделать предложение, вместо того чтобы тратить столько драгоценного времени.
Дверь открывается за мной, и я смотрю через плечо, чтобы увидеть, как Зейн выходит следом, его взгляд на удивление обеспокоенный.
— Селеста.
Его тон заставляет что-то темное и нуждающееся откликнуться во мне, и я ускоряю шаг, спеша к лифту, надеясь сбежать от него и зная, что потерплю неудачу.
Глава 6
Зейн
Я спешу за Селестой, когда она выходит из конференц-зала, и меня гложет беспокойство. Она выглядела подавленной, и то, как она смотрела на меня, напомнило мне обо всех тех случаях, когда я непреднамеренно причинял ей боль в своем стремлении привлечь ее внимание в старшей школе.
Я могу почти угадать, что она думает — что я снова нацелился на нее, выбрав этот конкретный проект. Если бы я сказал ей, что был так же удивлен, узнав о ее участии, она бы мне поверила? Я не уверен, но будь я проклят, если позволю этому вбить клин между нами.
— Селеста! — зову ее.
Но она не останавливается, даже не оборачивается. Наоборот. Ускоряет шаг и юркает в закрывающиеся двери лифта прежде, чем я успеваю ее догнать.
— Черт.
Я бросаю взгляд на дверь, ведущую к лестнице. Решение принимается мгновенно. Прежде чем я осознаю, что вообще делаю, я уже перескакиваю через две ступеньки, спускаясь вниз. Я ждал этого момента долгие годы и не собираюсь терять еще ни секунды. Не позволю собственной глупости вновь встать между нами.
Я врываюсь на первый этаж всего за несколько секунд до того, как прибывает лифт. Двери раздвигаются и Селеста замирает на полушаге, глаза расширены от шока. Она так чертовски хороша в этом черном платье. Вьющиеся волосы обрамляют лицо, маня к себе. Хочется в них зарыться, схватить и не отпускать.
Но затем выражение ее лица каменеет. Она делает вид, что меня не замечает, и разворачивается к выходу.
Я ухмыляюсь и молча иду рядом.
— Что ты творишь? — раздраженно спрашивает она.
— Иду к машине, — невинно пожимаю плечами. — Я припарковался рядом с тобой.
Она смотрит на меня, в ее взгляде чистое раздражение, и я усмехаюсь, мое сердце теплеет. Я предпочитаю это той апатии, которую она демонстрировала, когда выходила из конференц-зала.
— Твоя презентация была великолепной, — говорю честно. — Твое внимание к деталям непревзойденно.
Что-то меняется в ее выражении лица, и видеть это поражение, написанное на ее красивом лице, просто разрывает меня на части. Она отводит взгляд и ускоряет шаг, явно стремясь уйти от меня.
— Эй, — шепчу я, моя рука обхватывает ее запястье, когда я останавливаю ее в нескольких шагах от ее машины — Что случилось?
Она поднимает лицо, но не смотрит мне в глаза. Вместо этого она смотрит через мое плечо, с тихим вздохом на губах
— Ничего не случилось, — отрицает она, как будто я не замечу, как она держит плечи, как она, казалось, потеряла веру в свое предложение на полпути, как ее обычно горящие глаза стали пустыми.
Я притягиваю ее ближе, позволяя ее запястью упереться в мою грудь.
— Ты переживаешь из-за сделки? — тихо спрашиваю. — Этот отель будет твоим, Селеста. Твой план по продвижению сильнее.
Она щурится и рывком высвобождает руку.
— Посмотрим в понедельник, — произносит она тоном, в котором гораздо больше поражения, чем ей, вероятно, хотелось бы.
Я смотрю, как она пытается изобразить вежливую улыбку.
И чувствую себя так, словно расстояние между нами стало больше, чем когда-либо.
Я должен бы радоваться, что она держится профессионально, но это только злит меня. Я хочу ту девушку, что была в моих руках на выпускном, ту, что на секунду показалась мне на благотворительном вечере месяц назад.
— Дело не только в сделке, так? — спрашиваю я мягким голосом. Я делаю шаг к ней, но она отступает, и на ее лице появляется удивление. — Тебя что-то еще беспокоит. Я вижу это по тому, как ты поднимаешь левую бровь, и по тому, как твои зрачки слегка расширяются. Это каким-то образом делает твои прекрасные глаза на оттенок темнее. Ты выглядишь так только тогда, когда глубоко расстроена, и такая простая вещь, как это предложение, не могла быть причиной. Что случилось?
Она смотрит на меня широко раскрытыми глазами, застигнутая врасплох.
— Я не понимаю, — говорит, и голос ее чуть дрожит. — Почему тебе не все равно?
Я тяжело вздыхаю и приглаживаю волосы, чтобы не потянуться к ней.
— Мне всегда было не все равно.
— Смешной способ ты выбрал это показывать, — усмехается она, но в ее голосе звучит боль.
Я невольно отшатываюсь. Стыд обрушивается на меня волной.
— Прости, Селеста. Правда. То, что я был молодым и тупым, не оправдание. Я часто заходил слишком далеко в нашем соперничестве, но это не значит, что я никогда не ценил твой интеллект. Никто никогда не мог бросить мне вызов так, как это делаешь ты, и возможность снова соревноваться с тобой — это то, чего я ждал с тех пор, как ты ушла. Я просто думал, что ты чувствуешь то же самое. После той ночи я думал...
Ее губы чуть приоткрываются, и по щекам разливается нежный румянец. Черт возьми, она просто невыносимо прекрасна.
— Мне казалось, договорились забыть об этом, — шепчет она, тревожно оглядываясь, словно боится, что нас могут увидеть вместе.
Я ухмыляюсь.
— Не припоминаю, чтобы я соглашался с этим твоим условием, моя сладкая Селеста. Как, скажи мне, я мог бы забыть свой первый раз…
Я обхватываю шею руками и отвожу взгляд, чувствуя, как жар приливает к лицу. Я не хотел, чтобы это вырвалось, но, как всегда, она заставляет меня чувствовать себя чертовски неуравновешенным, вышедшим из-под контроля.
— Ты… ты тоже был девственником? — она запинается, глядя на меня в чистом шоке.
— Разве это не было очевидно? — усмехаюсь я. — Ты была моей первой, и после тебя все остальные потеряли смысл.
Она резко втягивает воздух.
— Но слухи в школе… я же… я видела тебя…
Я скептически хмыкаю.
— Да? Что ты видела, Селеста? Ты видела, как некоторые девушки пытались привлечь мое внимание, но ты когда-нибудь видела, как я держу кого-то за руку? Ты когда-нибудь видела, как я целую кого-то, кроме тебя?