Разрушительная ложь
Шрифт:
Взгляд Кристиана потемнел.
– То, что он заслужил.
По спине пробежал холодок от спокойной смертоносности его ответа. Я вдруг задумалась, на более интуитивном уровне, почему на нем черная повседневная одежда, а не костюм.
Кристиан доказал, что он лучше, чем я ожидала.
Но с внезапной ослепительной ясностью я поняла: он способен и на вещи более страшные, чем я могу представить.
Наши взгляды встретились. Мое сердце замедлилось под тяжестью его оценки.
Он знал, что я знаю – или, по крайней мере, подозреваю. И пытался понять, осуждаю ли я его. Попробую ли остановить.
Моя рука с вилкой похолодела. Но я не сказала ни слова.
Звон дверного звонка разрушил чары, и я инстинктивно посмотрела в сторону гостиной.
Видимо, Нина открыла дверь, потому что я услышала слабые голоса подруг и топот шагов.
– Если у тебя будет сегодня время… – тихий голос Кристиана снова привлек мое внимание. – Загляни в ящик, где ты нашла папки. Там для тебя кое-что есть.
Необычная неуверенность в его интонациях зажгла любопытство и нечто более теплое, окутавшее меня, как расплавленный мед.
Голоса подруг стали громче.
Кристиан собирался уйти, но я остановила его, прежде чем он достиг дверей.
– Кристиан.
Он обернулся.
– Не отдавай ему ни кусочка своей души, – мягко сказала я.
Джулиан сам предопределил собственную судьбу. Но Кристиан… Я не хотела, чтобы он делал вещи, которые будут его преследовать – тем более ради меня.
– Знаешь, это одна из черт, за которые я люблю тебя сильнее всего, – сказал он, и его голос был подобен самому темному бархату. – Ты думаешь, во мне остались какие-то кусочки?
Он ушел, оставив после себя прохладный, затяжной сквозняк.
У меня было всего несколько секунд, чтобы отдышаться в тишине, прежде чем в комнату ворвались мои подруги, окружив меня объятиями и беспокойством.
– Прости, что не позвонила вчера, – сказала я, обнимая Аву. – Столько всего случилось, и это совершенно вылетело у меня из головы.
– Я понимаю, – успокоила она меня. – Я просто рада, что ты в порядке.
– Но я не понимаю, – сказала Джулс, – что ты делаешь в доме Кристиана. Я думала, вы расстались. Что, черт побери, случилось?
Чего не случилось?
– Долгая история, – сказала я. – Может, сначала вам лучше сесть…
* * *
Спустя два часа и один исчерпывающий рассказ о моем похищении и его последствиях я обнаружила, что смотрю на три окаменевших лица с отвисшими челюстями. Два лично и одно по «Фейстайму» – Бриджит была в Эльдорре, но она бы меня убила, если бы я оставила ее в неведении.
Судя по всему, Кристиан просто сказал Аве, что у меня была «стычка» с преследователем, и девяносто пять процентов истории стали для них полным шоком.
Джулс опомнилась первой.
– Во-первых, Джулиан заслуживает тюрьмы. – Она тряслась от ярости. – Во-вторых, меня посадят в тюрьму за то, что я сделаю, если когда-нибудь с ним встречусь. Я отрежу ему яйца, слышишь? Отрежу ножом и засуну ему в глотку, чтобы он задохнулся…
– Отлично, думаю, достаточно насилия на эту неделю, – вмешалась Ава. Она поморщилась от беспокойства. – Стел, ты уверена, что с ним разобрались? Он не сбежит или что-то подобное?
Я покачала головой:
– Сомневаюсь. Он у «Харпер Секьюрити».
– А Кристиан? – спросила Бриджит. Похоже, она была в кабинете, и гигантский портрет какого-то старого эльдоррского монарха смотрел на меня из-за ее спины. – Значит, вы теперь снова вместе?
– Мы… – я замялась. – Решаем вопросы.
– Замечательно! – Среди моих подруг Джулс относилась к Кристиану лучше всех. Наверное, потому что он сильно снизил нам арендную плату, когда мы переехали в «Мираж». – Он не такой уж плохой. Конечно, иногда он делает дурные вещи. Эти папки совершенно непозволительны, и у тебя есть полное право с ним расстаться. Но… – Ее голос смягчился. – Он действительно тебя любит.
Я сглотнула комок эмоций:
– Я знаю.
К счастью, вскоре разговор вернулся в более безопасное русло – Джулс подробно описала многочисленные способы убийства Джулиана (к большому огорчению Авы).
Компания подруг вернула меня в реальность.
Однако после обеда я мягко, но твердо настояла, чтобы они вернулись к делам – за мной не нужно присматривать, как за ребенком.
Я ценила их компанию и заботу, но исчерпала социальную батарейку за день. Нужно было остаться в одиночестве, чтобы перезарядиться.
Дверь за ними закрылась, и я глубоко вдохнула тишину.
Нина тоже ушла, так что остались только я и пустой пентхаус.
Когда я только въехала, он показался мне холодным и безличным, как выставочный зал. Теперь пребывание здесь походило на возвращение домой.
Диван, на котором я создавала свою коллекцию, растения, за которыми я любовно ухаживала несколько месяцев…
И кабинет, где я нашла папки, которые все это разрушили.
Я остановилась у входа. На этот раз Кристиан оставил дверь открытой.
Если у тебя будет сегодня время, загляни в ящик, где нашла папки. Там для тебя кое-что есть.
Остаться в стороне было невозможно.
С гулко бьющимся сердцем я подошла к столу и активировала механизм потайного ящика.
Он бесшумно выдвинулся.
Я испытала приступ удивления, увидев содержимое.
Вместо черных папок, ящик был наполнен письмами. Не менее дюжины, написанных от руки на простых кремовых бланках.
Я сразу узнала размашистый, изящный почерк Кристиана.
Я пролистывала их, и сердце билось сильнее с каждой страницей.
Все адресованы мне и датированы периодом нашего расставания.
По одному письму за каждый день разлуки.
Меня переполнили эмоции, когда я представила, как Кристиан сидит здесь вечер за вечером и пишет мне письма, которые я никогда не увижу.
Но теперь я пришла сюда по его просьбе, и я не смогла бы остановиться, даже если бы захотела.
Я опустилась на стул, взяла первое письмо и начала читать.
Глава 52