Разрушу твою семью
Шрифт:
– Какие молодцы, – с умилением сказала Валя, а затем вдруг подняла голову и всмотрелась куда-то за мою спину. – О, сыночек приехал.
Почувствовав, как мою спину окатило ледяным потом, я медленно обернулась. Знала же, что Марик должен приехать, но всё равно, когда это произошло, у меня случился шок.
Оцепенев, я с трудом соображала, как сейчас выгляжу со стороны. Всё моё внимание сосредотачивалось за разворачивающимся экшеном: вот Валя идёт к воротам, обнимает сына и целует в щеку, а затем они вместе приближаются к беседке, где сидим мы всей компанией.
Для храбрости я налила себе бокал белого полусладкого и одним махом осушила его до дна.
Сердце застучало быстрее, а в голове появился гул из голосов, будто всё происходящее рядом было не со мной и не сейчас.
– Мам, всё нормально? Может, в дом пойдём? – Сашка сжала рукой мои холодные пальцы, а я только сейчас поняла, что не дышала последние несколько секунд.
Покачав головой, я уверила дочь, что всё хорошо, нет нужды позорно сбегать и прятать голову в песок как страус. Чему быть того, не миновать. Если Марик решит вопреки нашей договорённости поступить по-своему, что ж... Выходит, моё мнение для него ничего не значит. А с этим я вряд ли смогу смириться.
– Всем добрый день, – поприветствовал всех Марк, став на ближайшую минуту центром внимания.
– Сын. Братишка!
Родственники Марика по очереди поздоровались рукопожатием, а я ждала, когда же наступит кульминационный момент. Но он так и не наступил. Сделав вид, что мы едва знакомы, Марик занял свободное место возле меня. Какая ирония. Ха! Сашка – слева, Марик – справа.
Не выдержав напряжения, я извинилась перед всеми присутствующими за столом и всё-таки сбежала в дом. Закрылась в ванной комнате. Стояла напротив умывальника и хлестала себе в лицо холодную воду.
Боже, ну неужели так будет теперь всегда? Разве я готова присутствовать на подобных мероприятиях и делать вид, что Марик для меня – не более, чем старший брат без пяти минут мужа моей взрослой дочери?
Честно признаться, нет.
И та часть меня, которая всегда была объективной и здравомыслящий, сейчас толкала в спину, мол, нужно выползти из укрытия и вести себя непринуждённо. Но как? Как сделать вид, что тебя не колошматит во все стороны от нервного напряжения?
Успокоив нервы, я всё-таки решила выйти из ванной. И только успела открыть дверь, как сильные руки опустились мне на талию.
– Марк...
Договорить я не смогла. Впившись в мои губы жадным поцелуем, Марк затолкал меня обратно, в ванную комнату. И будто одичавший, стал в спешке снимать с меня одежду.
– Ты что делаешь? Ммм… Марк, подожди, – упёршись ладонями в тяжело вздымающуюся грудную клетку, я заглянула в глаза Марка.
– Хочу тебя.
Его губы снова накрыли мой рот, а руки поползли по спине.
Каждое касание как пытка. Клеймили. Порабощали.
Я уже не сопротивлялась и на бешеной скорости мчалась вместе с Марком в настоящий омут и с головой.
Мы точно сошли с ума, занявшись сексом в ванной комнате на даче у его родителей. И если бы кто-то сказал мне пару месяцев назад, что я буду прятаться по углам и тайком зажиматься с мужчиной на десять лет младше меня – ни за что бы не поверила, рассмеялась в лицо.
Упёршись ладонями в бортик ванной, я с трудом могла представить: как выглядела со стороны. Растрёпанные волосы. Абсолютно голая, если не считать приспущенный до талии лифчик.
– Тебе хорошо со мной? – прикусив мочку моего уха, Марк резко поддался вперёд, заставив меня тихо вскрикнуть. – Хорошо или нет? Я не услышал.
– Сумасшедший…
Облизав пересохшие губы, я проглотила смешок и всё-таки ответила Марку, что да, мне с ним просто за@бись. Словом "хорошо" так просто не опишешь ту гамму чувств, которая накрывает меня с головой каждый раз, когда Марик ко мне прикасается. Рядом с ним я другая. Страстная. Развратная. Ненасытная.
Достиг кульминации почти что одновременно, Марк развернул меня к себе лицом.
– Я люблю тебя, – кончиком носа потёрся о мой нос. – Выходи за меня.
Я шумно вздохнула. Обняла его крепко за шею. Эмоции переполнили.
– Молчание – знак согласия?
– Марк, я…
Он покачал головой, ладонями обхватил моё лицо:
– Царица, да или нет?
– Ты правда этого хочешь?
– Очень хочу.
Поджав губы, я кивнула в ответ. Конечно, да.
– Я сделаю тебя самой счастливой.
– Только попробуй не сделать. Я злопамятная.
Романтический момент прервал неожиданный стук в дверь. Напрягшись, мы одновременно устремили взгляд в сторону дёргающейся на двери ручки.
– Марк, я знаю, что ты здесь. Открой! – раздался голос Валентины и я опешила.
Испуганно захлопав ресницами, я принялась в спешке подбирать разбросанную по полу свою одежду.
– Марк, не вынуждай меня идти за запасным ключом, – весьма устрашающе предупредила Валя.
– Мам, пару минут, – наконец-то отозвался Марк, стоит сказать, выглядел он абсолютно спокойным в отличие от меня.
Дурацкие подозрения заползли мне в голову. Но акцентировать на них внимание у меня абсолютно не было времени. Включив скорость девяносто девятого уровня, я наспех одевалась, чертыхаясь под нос, когда дрожащие пальцы не могли совладать с грёбаными застёжками на лифчике.
Уже полностью одетая я была поймана Марком за запястье. Натянуто улыбнувшись он прошептал: "Прости". А я посмотрела на него исподлобья и сжала челюсти до скрежета зубов.
Наконец-то Марк открыл дверь.
Я первой вышла из ванной комнаты и лицом к лицу встретилась с Валей. Мне она ничего не сказала, лишь одарила уничижительным взглядом, полным презрения. А вот Марику влепила звонкую пощёчину.
– Как ты мог разрушить чужую семью? Бессовестный! – отчеканила Валя и снова замахнулась, чтоб зарядить вторую пощёчину, но на этот раз Марк перехватил её руку.
– Мама, я сейчас отпущу твою руку. Но больше не смей меня бить, – предупреждающим тоном сказал Марк и, дождавшись, когда Валентина кивнёт, действительно разжал тиски на тонком запястье.
Отойдя от матери на один шаг, Марик демонстративно обнял меня за талию, привлекая к себе.
Боже мой, а я не знала куда деть свои глаза – так стыдно стало, будто это я разрушила семью свахи, уведя у неё мужа. Это я бессовестная, а не её старший сын.
До этого кульминационного момента я сто раз представляла реакцию родителей Марика. И где-то в глубине души, конечно же, подозревала, что ничего хорошего ждать не нужно, мол, армагеддон из фильмов про постапокалипсис покажется мне детским лепетом.