Разрушу твою семью
Шрифт:
Но случилось как случилось.
Стыдно в стократном размере, потому что мои припухшие от поцелуев губы и мокрые на висках волосы дают чётко понять, чем мы совсем недавно занимались с Марком в ванной комнате. А если ещё представить, что всё это время Валентина стояла под дверью… Уфф. Тут даже представлять мегапозорно.
– Какой же ты бессовестный. Беспринципный. Плохо я тебя воспитала. Плохо! – причитала Валентина, сдерживаясь изо всех сил, чтоб не наброситься на Марика с тумаками.
– Мама, успокойся. Всё не так, как ты думаешь, – отпарировал ей Марк. Ох и зря он это сделал! Глаза Валентины как острые колючки впились в лицо взрослого сына. В какой-то момент мне даже показалось, что она и правда готова наброситься на него будто дикая хищница.
– Да неужели? – Расставив руки в боки, Валентина чётко дала понять, что всё слышала: и наши стоны, и пошлые шлепки, и даже предложение выйти замуж.
А я не выдержала, да.
Стоять за широкой спиной Марка – конечно, прикольно, но не в моём духе. Во мне же взыграл принцип справедливости, да и презумпцию невиновности никто не отменял. С чего она вдруг спустила на своего сына всех собак? Я тоже не святая. Пусть и мне немного отсыпет, раз пошла такая пляска.
Сделав решительный шаг вперёд, я приблизилась к Валентине. А от неё такое напряжение исходило – вот-вот закоротит как неисправная розетка. Всё же я не решилась прикоснуться к "без пяти минут" свахе, лучше не трогать женщину когда её состояние на грани фола. Она нереально опасная, а я ещё пока не собираюсь на тот свет.
– Валентина, послушай, Марк действительно говорит правду. Если ты дашь мне несколько минут, то я всё тебе объясню, – я старалась говорить уверенно и спокойно, но мой голос таки немного дрогнул.
– Не подходи ко мне! – погрозив перед моим лицом пальцем, Валя злостно стрельнула взглядом. – Тебе самой не стыдно, а? Вроде порядочная женщина. Замужем. Адвокат. Да тьфу на тебя… Вон из моего дома! Видеть тебя не могу!
– Мама, успокойся, – вмешался Марк, но было уже поздно – Валю штормило не на шутку.
– Как ты мог, сынок? А ты как могла? Взрослая тётка и всё туда же?! Ух… Бессовестные! Оба! Собирай свои манатки, Тоня, и вали нахрен из моего дома. Устроили тут спектакль в моём доме!
Валя уже не сдерживалась и поносила меня на чём свет стоит. И дрянью я была. И развратницей, совратившей её сына. И даже шлёндрой меня обозвали.
Приняв все оскорбления как данность, я просто кивнула и быстро зашагала прочь, подальше от мамы Марика.
Слёзы обиды щипали в уголках глаз. Но я не плакала. Я злилась! Не понимала я эту женщину – хоть тресни. Нет, понятно, что ей за сына обидно, взыграли материнские чувства: всё-таки я старше Марика на десять лет, а она в своих мечтах явно другую невестку представляла. Но, боже мой, сколько же желчи выплеснула на меня эта милая, на первый взгляд, женщина?
По лестнице я не шла, а бежала. Повышенные голоса Марика и Вали становились всё тише.
Выскочив на улицу, я подошла к беседке, где сидели остальные "родственники". Подхватила со спинки стула свою сумку и, никому ничего не сказав, рванула в сторону ворот.
Бежать!
Бежать отсюда поскорее и без оглядки!
Мне столько гадостей наговорила Валентина, что если ещё подключится Тимофей, клянусь, я не выдержу.
Оказавшись за воротами, я огляделась – хрен знает куда идти, а стоять на месте и ждать такси – тоже не вариант. Поэтому, подгоняемая сильными эмоциями, я просто зашагала куда глаза глядят.
Сколько шла? Понятия не имею. Но когда сзади меня засигналила машина, я подпрыгнула от неожиданности и, испугавшись, схватилась за сердце. А это был Астапов – собственной персоной на своём "Ниссане". И какие только черти его принесли?
Опустив стекло со стороны водителя, Вадим выглянул в окно:
– Тонь, садись.
– Я с тобой не поеду, – фыркнув, скрестила руки на груди, но не тут-то было.
Астапов выскочил из машины и прямиком ко мне. Я попятилась. Предупреждающе покачала головой.
– Не трогай меня, Вадим. Не имеешь права! Ай… да что ты делаешь, придурочный?
Опомниться не успела, как Астапов оторвал моё тело от земли и погрузил себе на плечо, как мешок с картошкой.
Брыкаясь, я молотила по широкой спине Вадима, но ему всё было нипочём. Скала, а не мужик!
Не прилагая на то особых усилий, Вадик затолкал меня в свою машину, поместив на заднее сиденье, и заблокировал замок, чтоб я не могла выскочить наружу.
– Ты об этом пожалеешь, Астапов! – процедила через зубы, но кто меня слушал?! Вадик огрызнулся, мол, хомячков не боится и утопил гашетку газа в пол, заставив "Ниссан" лихо сорваться с места.
22
– Ну и куда ты меня везёшь? – немного успокоившись, спросила я у Астапова.
Бросив взгляд на зеркало на лобовом, Вадик красноречиво нахмурил брови, но всё же пробурчал, что везёт меня покататься.
– Алё, Астапов, ты заигрался во властного мужика. Хватит ломать комедию. Останови в ближайшем удобном месте, – потребовала я, но Вадик проигнорировал, заставив меня поддаться вперёд, и похлопать его по плечу: – Вадик, ну хватит, правда. Высади меня.
– Тонь, сядь на сиденье.
– Ты меня не слышишь, нет? Хочешь, чтоб я на ходу вышла?
– Не выйдешь.
– Ха! Я не выйду? Потому что ты закрыл все замки? – проглотив истерический смешок, я огляделась. Ну да. Выйти из машины, которая закрыта, – задача непростая, но всегда есть план “б”.
Решив, что выйти из машины Вадима для меня архиважно, я начала перелазить с заднего сиденья на переднее. Дама я не очень крупной породы, но с широкими бёдрами. Таки зацепила Вадима, когда уже мостилась на переднее сиденье.
– Чокнутая, – выругался Вадим, едва справившись с управлением авто в неудобном положении: пока я перелазила бедолаге пришлось едва ли не вжаться в окно. – Всё? Полегчало?
– Нет. Машину останови, а то я сейчас выхвачу у тебя руль и мы попадём в ДТП.
Вместо каких-либо слов Астапов засмеялся, даже выступившие в уголках глаз слёзы театрально смахнул рукой.
– И чего ты ржёшь? Я сказала что-то смешное?
– Ах, Тоня, ах… Я просто понял: чего же мне не хватало последнее время.