Чтение онлайн

— Утром жили, вечером съехали, — я прямо вижу как он пожимает плечами. — Это отель, Яся. Люди въезжают, выезжают…

Его голос звучит совсем близко, Дамир подходит к краю балкона. Я вижу его руки, упирающиеся в перила и инстинктивно придвигаюсь ближе. Тоже кладу на перила руки.

— Ясно, — киваю, — ты их выселил. Бедные люди.

— Я бы не бросался такими обвинениями, — хмыкает Батманов. — И жалеть их бы тоже не торопился. Они поселились в центральном корпусе в люксовых апартаментах.

Не могу удержаться от смеха.

— Согласна, в таком случае они в выигрыше!

— Мне так не хватало твоего смеха, Ясь… — голос Батманова меняется, теперь там нет ни легкости, ни шутливых интонаций. Он предельно серьезен, и я пугаюсь. В первую очередь своей реакции.

Убираю ладони с перил, хочу отступить вглубь балкона, но Дамир хватает мою руку обеими своими.

— Подожди, Яся, не уходи. Давай поговорим.

— Дамир, — бормочу, — нам не о чем говорить. Ты все сказал пять лет назад. Ты женился на мне ради контракта с Эмиром, потом развелся из-за Жанны. Так было нужно. Ты женился на ней, я улетела с Эмиром. Что ты еще собрался обсуждать?

Не оставляю попыток высвободить руку, но бывший муж держит крепко. Невольно закрадывается мысль, что держи он меня так пять лет назад, все могло бы сложиться иначе…

— Я столько раз представлял себе этот наш разговор, — задумчиво говорит Дамир, сжимая мою ладонь еще сильнее. — Столько всего тебе хотел сказать. А сейчас, когда ты рядом, все спуталось. Это такая насмешка судьбы, Ясмина! Я хотел стать партнером Эмира, ради этого женился на тебе, и в итоге он забрал у меня и тебя, и твоего ребенка. Скажи, Лале могла быть моей, если бы я не отпустил тебя?

Я молчу, и не потому что не хочу говорить. Не могу. Все слова застряли в дыхательных путях, закупорили, что сквозь них с трудом пробивается сиплое дыхание.

— Я не могу простить себе, что отпустил тебя, Ясмина. Теперь, когда прошло время, я понимаю, что можно было поступить иначе. Если бы я обратился за помощью к отцу, мы могли бы потягаться с Осадчим. Но возможно тебя бы все равно отправили в СИЗО, а я не хотел даже думать об этом. Записи с камер мне вернули в тот же день, как я женился на Жанне. Там в самом деле не видно, что ты защищаешься, Яся. Со стороны выглядит, будто ты ее толкаешь вниз.

— Но я не толкала, Дамир, — ко мне возвращается способность говорить, хоть и сипло. Он перебивает.

— Я знаю. Это все было спланировано. Мурат Челик, помнишь его? Он на тебя запал, хотя изначально это была его идея с фиктивным браком. Так вот, Мурат рассказал Жанне о том, что я искал фиктивную жену. И она пришла к тебе.

— Он предлагал мне идти к нему в содержанки, — еле ворочаю языком. Я понятия не имела о том, что творилось за моей спиной.

— Я чуть не убил его, Яся. Но если бы убил, это тебя не вернуло бы. Жанна подкупила одного из моих охранников. Он вырубил камеры в доме, оставил только одну. И Жанка намеренно подставила тебя так, чтобы на записи было видно, будто ты ее толкаешь.

— Она же могла свернуть себе шею! — я не верю своим ушам.

— Думаю, она планировала просто упасть, затем сделать аборт и выдать его как выкидыш. А в итоге не удержалась и упала по-настоящему. Если бы я тогда догадался сделать тест! Но для меня было важно вывести тебя из-под удара, я в последнюю очередь думал о ДНК-тесте. Если ребенок не мой, Жанне было выгодно от него избавиться.

Я молчу, полностью подавленная этой информацией. Неужели такое возможно?

— Но зачем Жанна пошла на это, Дамир? Зачем нужен муж, который не любит? — вырывается у меня непроизвольно.

Дамир тянет мою руку на свою сторону, чувствую как к тыльной стороне ладони прижимаются крепкие губы.

— Ты права, Яся. Нахер нужен такой муж. Но скажи, только честно, ты была счастлива со мной те наши два месяца?

— Да, — не вижу никакого смысла лгать, — я была счастлива. Но я была влюблена в тебя, а любовь часто бывает слепа. Я думала, что ты тоже в меня влюбился. Я не знала, что у тебя просто екнуло…

Моя ладонь разворачивается кверху, горячие губы прижимаются уже к внутренней стороне.

— А может, ты ничего не заметила потому что я тоже влюбился, Яся? Просто мне понадобилось больше времени, чем тебе, чтобы это понять?

У меня подгибаются колени, хватаюсь за перила, чтобы не сесть прямо на холодные плиты. Получается выдернуть руку, и я отхожу от перегородки, продолжая опираться на перила.

— Тебе так кажется, Дамир, — говорю слабым голосом, — прошло время, и теперь все видится в другом свете. Ничего такого не было…

На фоне темного неба такой же темный силуэт появляется из-за перегородки и приземляется с моей стороны.

— Тогда скажи мне, Яся, — он надвигается на меня, высокий и широкоплечий, — скажи, почему все эти пять лет я ни на минуту о тебе не забывал? И почему как только увидел, совсем потерял над собой контроль? Настолько, что готов таскаться за тобой по всей Турции…

Он подходит вплотную, вжимая меня в перила. Упирается руками по обе стороны, нависает сверху.

— Давай все вернем, Ясмина? — говорит, глядя в упор, в его глазах отражаются огни фонарей, освещающих территорию отеля. — Давай попробуем вместе: ты, я и Лале. Раз этот старый козел Дениз отпустил тебя в Измир, он не претендует на отцовство? Тогда позволь претендовать мне. Я не просто постараюсь быть хорошим папой для твоей дочки. Клянусь, я стану лучшим!

Я не сомневаюсь. Сегодня Дамир учил Лале плавать, и у нее сразу начало получаться. Потом он посадил дочку на спину и они играли в дельфина. Дамир плыл как настоящий дельфин, а Лале визжала от удовольствия, рассекая на его спине.

Не то, что со мной. Батманов будто специально создан для таких игр на воде, с такой широкой спиной и сильными мускулистыми руками.

— Что же ты молчишь, Яся? — шепчет он, наклоняясь все ниже, обволакивая горячим телом и горячим дыханием.

Но стоит открыть рот, чтобы ответить, его тут же накрывают горячие губы. Чтобы не упасть, хватаюсь руками за загорелую шею, и мы сплетаемся языками.

Я ждал, что она меня оттолкнет. Что начнет сопротивляться, упираться, возможно даже заедет коленом в пах. Приготовился падать на колени, хватать за руки и просить дать мне еще шанс.

Но Яся в очередной раз меня убила. Потому что ответила.

Я и мечтать о таком не мог. И все, как в том сне, который часто мне снился — живой сон, на грани с реальностью.

Мы с ней не пробуем друг друга на вкус, как это бывает впервые. Мы целуемся как изголодавшиеся любовники, которые все друг о друге знают. Знают, и все равно не могут насытиться.