Чтение онлайн

нас отчета, изучает его, это с его-то куцыми мозгами, а затем отправляет в центр. Завтра мы

высылаем новый отчет. Пока его просмотрит начальник, пока перешлет. Времени у нас не особо и

много.

– А что потом? – Поинтересовался Семен. – Что произойдет, когда компетентный читатель

сделает выводы из вашей писанины?

– Группа одиннадцать была расстреляна после второго провала. – Развел руками научный

сотрудник. – После прибыли мы. Кем бы вы ни были и откуда бы вы не пришли, вам должно быть

знакомо это чувство. Неминуемая опасность, страх разоблачения, ужас.

– А почему бы вам просто не сбежать? – Удивился Хелл. – Ну, скажем, к тем же диким?

– Дикие не чипованые, а мы состоим на госслужбе и получаем паек. – Пояснил тот, что с

мешками под глазами. – Будь ты диким, коих и осталось-то не больше десятка тысяч, ты можешь

уйти в леса. У них своя организация, свой строй, они партизаны по жизни. Это официальная

версия, что все дикие не иначе как чокнутые поэты, а на деле туда уходят те, кому невмоготу

существующая власть, чтобы хоть пару лет, пока не поймают, прожить, не оглядываясь и не

втягивая голову в плечи от воя сначала милицейской, а затем полицейской сирены.

– А сами вы чипы удалить не можете?

– У нас нет такого оборудования. – Развел руками Прошкин. – Чип отслеживает не только

местоположение объекта в пространстве, но и снимает его жизненные показатели. Умные машины

знают, когда нам снятся сны, когда мы порезали палец или сломали ногу. Любое отклонение от

нормы приводит к тревоге и в нашем случае аресте.

– А с нами, значит, бежать не боитесь?

– Пока мы вне подозрений и не ограничены в перемещениях. Каждый из научных

сотрудников волен покидать расположение полицейского гарнизона на один-два часа по личным

нуждам. Чаю там купить в автолавке или искупаться.

– И у вас уже есть план?

– Да есть. – Научник уверенно кивнул и присев на корточки вытащил из сумки наладонник. –

Мы уходим в город и забираем кого-то из вас. Наше отсутствие вопросов не вызовет. Как-никак

суббота. Ваш товарищ проедет в тайнике Урала роты взвода обеспечения. Шофер – наш человек.

Далее мы берем гравилет, благо у одного моего знакомого такой имеется, а сам он по удачному

стечению обстоятельств уехал на рыбалку чуть ли не на неделю.

– Гравилет, значит? – Выгнул бровь Всеволод.

– Да, – как ни в чем не бывало подтвердил Прошкин. – Автотранспортное средство на базе

гравидвигателя отталкивания системы Мухина. Особое поле, генерируемое двумя рабочими

цилиндрами, дает разность, с помощью которой и может передвигаться воздушное судно. Это

правда, только в вертикальной плоскости. Для горизонтального движения все еще используются

двигатели внутреннего сгорания, ибо два гравидвижка установленные на одном самоходном

аппарате могут вызвать разность колебаний и просто раскрошить структуру. У вас разве такого

нет?

– Нет, – покачал головой Курехин. – Однако замечу одно. Все ваши гравилеты, дикие,

установки из центра и утопический коммунизм мне по боку. Или мы выходим отсюда втроем, или

все остаемся при своих. Я ясно сказал?

Научники удивленно поглядели на майора и, собравшись в кружок, принялись бурно

совещаться. В конце концов, ученые мужи настолько распалились, что Всеволод начал опасаться, как бы крики и брань светлых умов и блестящих лысин не привлекли внимания полицейский.

– Успокойся, – бросил через плечо Прошкин, видя озабоченность Курехина. – Ваши

коммунисты от наших не отличаются. Вчера была пятница и всеобщая пьянка. Трезвы и в

сознании лишь единицы, так что сейчас, пожалуй, единственный шанс выбраться из этого логова

быстро и незаметно. Машина обеспечения вот-вот должна поехать в город за свежими овощами. Я

уже видел путевой лист.

– Ну, так что решили, господа ученые? – Вкрадчиво поинтересовался Всеволод.

90

– Возьмем вас всех, – Прошкин обреченно махнул рукой. – Только ошейники со взрывчаткой,

так, ради подстраховки, придется надеть всем троим без исключения.

Девять дней до часа «икс». Утро. Реальность. Санкт-Петербург

Капустин появился в дверях с охапкой роз, двумя бутылками коньяка и еще чем-то

деликатесным в пакете, огласив маленькую квартиру Всеволода радостным ревом. Всучив

смущенной Светлане розовый куст и рассыпаясь в комплиментах, ГРУ-шник сбросил ботинки и,

звеня алкоголем, проследовал на кухню.

Разговор затянулся за полночь. Открыв маленький ноутбук, Капустин ловко щелкал по

клавишам, бормоча что-то себе под нос и поминутно поминая маму. На кухне они, правда, были не

одни. Едва Пух переступил порог, заполнив маленькое пространство прихожей своими габаритами, как патриархальную тишину квартиры вновь нарушила трель дверного звонка.

– Ой, здравствуйте. Вы к Всеволоду? Проходите. – Услышал майор голос жены из коридора,

и характерный до боли знакомый баритон и почти писклявый фальцет, принадлежащие не кому-

нибудь, а его старым армейским товарищам Блохину и Лютикову. Оба поджарые, загорелые. У

Блохи на скуле тонкий белый шрам, а у Лютого, кто бы мог подумать, элегантная проседь на

висках. Не дать, не взять гусар в увольнении. Новый взрыв восторга, новая порция коньяка и все с

начала.

– Я как услышал, – поделился Пух, обхватывая стакан огромной лапой, а затем, будто воду,

отправляя напиток в рот, – сразу наших на уши поднял, и, ты не поверишь, командир, все сразу

собрались и в путь.

– Да мы и так думали приехать, сначала к Капустину, а потом может и к тебе. – Блохин

осторожно понюхал жидкость в рюмке, стаканами он коньяк отказывался пить категорически, и, пригубив, разумно оставил её в сторону. – А тут как раз работенка для нас подходящая.