Чтение онлайн

порыкивая движком. Проверка длилась недолго. Кто-то откинул задний борт и, похоже, осветил

кузов фонариком. Проверка документов, похоже, заняла больше времени. Минуты ожидания в

темном замкнутом пространстве приносили поистине физические мучения. С замиранием сердца

майор прислушивался к звукам, доносящимся из-за тонкой деревянной перегородки, остротам

Бежана и меланхоличному баску дежурного по КПП, которому, похоже, просто было скучно. Когда

машина тронулась и, вибрируя кузовом, понеслась по старой бетонке в сторону городка, троица в

голос облегченно вздохнула.

– Вылезайте, – свет больно резанул по глазам и в ареале солнечных лучей над тайником

появился Бежан. – До города я вас не повезу. Пойдете по трассе, там будет лесок, вот в нем и

схоронитесь. Не знаю, кто вы, ребята и что задумали, но если все это насолит Семенову,

начальнику местного гарнизона, я буду только рад.

В сложных взаимоотношениях Бежана и Семенова Курехин разбираться и не собирался.

Кряхтя и распрямляя затекшую спину, он выбрался из тайника и, спрыгнув из кузова на землю, завертел головой. Местность как местность, средняя полоса. Вокруг простор и запустение

одновременно. Дорожной разметкой даже не пахло, а вот чем-то мерзким и синтетическим несло

нешуточно. После минутного осмотра обнаружился и источник запаха, а точнее здоровенная труба

какого-то завода на равнине, коптившая небо черным дымом.

– А вот мне интересно, почему этот хмырь из записки решил, что этот мир нам понравится, и

кто вообще решает, в какой из миров мы попадем, и какие страхи будут тут главенствовать? –

Семен бодро шагал по бетонке, размахивая руками, и, казалось, вел собственный монолог, тут же

отвечая на поставленный вопрос. – Ну, я согласен. Тот же Рейган жутко боялся победы

коммунизма, но Мао или, скажем, Фидель были бы только рады такому раскладу. Да и вообще,

если бы мы не вляпались в такой оборот, мне этот мир положительно нравится.

– Не мы, а ты. Хелл и я только рядом стояли. – Всеволод остановился и принялся шнуровать

ботинок. – Страх же этот в любом из нашей реальности чуть ли не генетически заложен. Семьдесят

95

лет нищеты, недосказанности, забитости. Никто бы такого пережить не хотел, а тут это не только

вошло в стандарты, но и увеличилось, разрослось, будто сорняк на грядке. Подумать только, СССР

заправляет всем и вся. Но с тобой я, Сема, соглашусь. Испытание погодной установки на Северном

Кавказе нам бы тоже не помешало. Где бы только достать такую установку, бац, и одним жирным и

давно уже назревшим гнойником меньше для матушки Руси. И людям спокойнее, и всему миру

облегчение.

– Кто это там? – Хелл поднял руку и указал в сторону почти уже скрывшегося за поворотом

забора полицейского гарнизона. Ревя и выбрасывая черный густой дым, поблескивая на солнце

полированными зелеными боками, по дороге несся автомобиль. Каждая его черточка, каждый

изгиб, вид решетки радиатора и даже звук тракторного движка под капотом был знаком любому

россиянину с детства.

– Копидос, – Всеволод хлопнул себя руками по коленям и радостно расхохотался. – Новый!

Это же надо!

Очень скоро лада добралась до путешественников и, протяжно скрипя колодками, начала

оттормаживаться у обочины.

– Запрыгивайте, – Прошкин помахал рукой с водительского сидения и указал на заднее. – В

тесноте да не в обиде. Мне и больше приходилось водить.

– Однако, аппарат, – майор влез на заднее сидение, немилосердно вдадвив в дверь одного из

научников. Туда же почти с разбегу заскочил проводник, а за ним и Давыдов, и наконец, сильно

просев на заднюю ось, чудо отечественно автомобилестроения тронулось с места и довольно

уверенно покатило вперед.

– Новая модель, – оскалился в зеркало заднего вида научник, важно поправив на носу очки. –

Жаль только бросить придется, но ничего. В новом мире с моими мозгами возьму себе иномарку.

Правда, парни? – Получив утвердительный ответ с переднего пассажирского и невразумительный

писк прижатого коллеги с заднего, Сергей Прошкин расплылся в счастливой улыбке.

– Мы выбрались, – тут же перешел с места в карьер Всеволод. – Когда летим?

– Ну не все так быстро. Доберемся до города, дождемся понедельника и валим.

– Почему так долго.

– Ох, сложно мне с вами, с пришельцами. – Прошкин с сожалением глянул через плечо на

майора. – Ну как бы вам объяснить попроще.

– А ты объясняй, как умеешь, – Хелл попытался устроиться поудобнее, и довольно ощутимо

приложил локтем Давыдова в поддых. Тот крякнул, охнул, и на пару минут окончательно обиделся

на проводника.

– По дорогам контроль не велик. Частный транспорт, коего немного, – начал выдавать

казавшиеся для него очевидными вещи Сергей. – Основные проверки при въездах в крупные

населенные пункты, да при пересечении границ республик. Но воздушное пространство – совсем

другое дело. В свое время, году в две тысячи пятом была сильная шумиха из-за малой авиации.

Когда же вся полетная система перешла на гравитягу, то и вовсе пришлось ограничить воздушное

пространство. Самолету-то что, посадка нужна, приземление. Вертолет тоже не везде может

пробраться, пусть даже и в силу ограниченности запаса топлива. Гравилеты могут летать везде

сколько угодно и когда угодно, а главное, навигационные движки внутреннего сгорания можно

легко подкармливать на любой заправке семьдесят шестым.

Девять дней до часа «икс». Утро. Локация 3. Совпадение временных отрезков не

определено. Где-то вблизи горного плато «Победа Коммунизма»

Величественный, только такой, какой бывает на агитационных имперских плакатах времен

Карла, черный дирижабль с красной звездой в двух пересеченных треугольниках, медленно плыл

по небу в сторону границы. На борту его, кроме команды связистов, техников и обслуживающего