Чтение онлайн

реже. После переклички всех гнали на ужин, но поскольку личного состава насчитывалось едва ли

не больше трех тысяч, то в столовую корпуса приходилось идти в три захода. После было

свободное время, возможность посещения спортивного зала и библиотеки, но большинство

предпочитало уединяться в собственных камерах.

Курехин двигался в потоке будто прокаженный. Сторонились его все, боясь даже плечом

задеть. Прожженные уркаганы, члены националистических группировок, простые воры и матерые

грабители огибали майора и прятали глаза.

– Что тут происходит? – Бубнил про себя сбитый с толку Всеволод, ковыряясь ложкой в

вязком пюре на тарелке. Завтрак, хоть и простой, но сытный, на подносе имелся, и, последовав

примеру остальных заключенных, Курехин сначала спустился в столовую, а затем, пройдя по

раздаче, нашел свободный столик и принялся за насыщение организма.

– Присяду, – пожилой мужчина с породистыми чертами лица и идеальным маникюром уселся

напротив Всеволода и кто-то из заключенных мгновенно поставил перед ним поднос с едой.

– Да чего уж там? – Курехин подцепил на кончик вилки пюре и, отправив его в рот,

сморщился от странного пластикового вкуса.

133

– Жрачка не нравится? – Зек усмехнулся и отправил в рот добрую порцию крахмальной

каши. – А я привык. Вот только, сколько сижу, большего идиота, чем ты мент, я не видел.

– Нас не представили, – Хмуро произнес Всеволод.

– Да, конечно, – улыбнулся мужчина. – Пьер Кальм. Сто одиннадцатая. Только за это и смогли

привлечь. Руки подавать не буду, уж не обессудь.

– Чем обязан разговору? – все еще хмуря брови, осторожно спросил майор.

– Да вот решил прийти посмотреть на смельчака. – Пьер расплылся в улыбке, показывая ряд

белоснежных зубов. – Ты ведь со Злым стрелку забил на пятницу? Бой уже анонсирован. Ставки

один к сорока пяти, замечу, против тебя. Парень ты крепкий, но с биоморфом не справишься.

– Что такое биоморф? – Насторожился Курехин.

– Да ты с Луны, что ли свалился? – Расхохотался Кальм и, отодвинув от себя поднос, с новым

интересом посмотрел на собеседника. – Беседовать с ментом мне не западло. Я вор в законе, могу

себе это позволить в присутствии братвы. Спрашивай, смертник.

– Почему меня не убили сразу?

– Злой заступился. Он тут все круги ада прошел с момента заключения. Я бы на твоем месте

сам бы на заточку нарвался, вместо того чтобы против него на ринг выходить.

– Я его не боюсь.

– Смело, но Злому плевать. Он свое дело знает.

– Что такое биоморф?

– Субдпродукт. Переходное звено в эволюции человека и робота. Думаешь, «Базис

Секьюрити Рубеж» просто так нас столует. Мы у него на полном обеспечении. Многие идут на

сотрудничество, дабы скостить срок. Даже у смертника есть шанс выйти на свободу, поучаствовав

в экспериментах корпорации. По сути, Злой бы тут и года не протянул. Мелочный, слабый, никому

не нужный расходный материал, который даже для пустякового дела в силу ненадежности не

пристроишь. У нас закрытое общество, мент, государство в государстве. Пусть тебя не

обманывают датчики в твоем теле и неусыпный надсмотр роботоохраны. Правят тут зеки, вполне

легально. Раз в три года даже проходят выборы главы комплекса, пахана, если тебе так будет

удобнее.

Биоморф – это первый шаг к управляемому киборгу. Идеальный военный проект. Кстати,

неудачный. – Пьер хмыкнул, видя растерянность Всеволода. – Из тела подопытного вынимают все

ненужное, вставляя определенные узлы. Мускульная сила увеличивается в разы, реакция

бесподобна, выносливости вагон. Одно лишь но. Невозможно управлять невменяемым

подопытным, а все они, кто пошел на эксперимент, сходят с ума регулярно. За десять лет я не

слышал ни об одном случае, когда все прошло бы так гладко, как хотелось бы корпорации.

– Что будет, если я выиграю?

Всеволод встретился с цепким взглядом авторитета и с секунду они сверлили друг друга,

ментально, почти ощутимо. Губы вора в законе расплылись в почти милой улыбке.

– Сильным почет. – Наконец кивнул он. – Будь ты хоть трижды мент или крыса, победив

биоморфа, ты станешь неприкасаемым. Только не будет этого. Никто в этой тюрьме не может

справиться с ними голыми руками. Видел я десятки боев, сотни бойцов, желавших срубить денег

по легкому. Видел и этих полууродов, и даже когда он оставались без половины черепа, то не то

что выжить умудрялись, а побеждали. Печально другое.

– И что же? – Всеволод отложил вилку и отодвинул поднос.

– Не убьет тебя Злой. – Секунду посомневавшись молвил Кальм. – Изуродует, да. Руки-ноги

переломает, верно. Может быть, выдавит глаза и сломает позвоночник. Скорее всего, вырвет язык.

По существующим ныне законам эвтаназия запрещена, так что остаток дней ты проведешь

прикованным к постели, под капельницами и аппаратами искусственного дыхания, исправно гадя

под себя. Я бы сдох, мент, я бы лучше сдох.

Новость оказалась сногсшибательной, но вполне ожидаемой для самого майора. Чего-то

подобного, каверзы, подставы, двойной игры он и ожидал от Куликова, но чтобы вот так, без

вариантов, этого он в полной мере осознать не смог. Страх таившийся внутри, в дальнем уголке

души, выбрался наружу и окружил своими липкими объятиями. Конечно, Пьер мог и шельмовать.

Ну, поставил он на Злого в этом бое солидный кусок, зная что у того есть туз в рукаве, и на всякий

случай решил подстраховаться, попытавшись деморализовать противника. Что ж, это у него

получилось. Стать инвалидом, недееспособным, потерять всякую возможность влиять на свою

134

судьбу, это было даже страшнее смерти. Еще оставалась Светлана, Светка, яркий огонек, но об

этом можно было пока забыть.

Всеволод уже было решил погрузиться в свои печальные думы, как посетители повалили к