Чтение онлайн

С хорошим настроением возвращались мы в отряд. Всю литературу, предназначенную отряду, забрал я. Такая уж сложилась практика: разведка всегда в первую очередь получала сводки, свежие газеты и листовки, которые сперва прочитывала сама, а затем переписывала в нескольких экземплярах сводки и листовки и переправляла их в Уллу и другие гарнизоны противника. В этих листках сообщалась правда, так необходимая местному населению, доходила она и до солдат различных вражеских формирований.

Утром следующего дня, воспользовавшись тем, что большинство разведчиков оказалось в сборе, я провел политинформацию. Рассказал о совещании в штабе бригады, о задачах сегодняшнего дня, зачитал сводки Совинформбюро. Они радовали: Красная Армия одну за другой одерживала крупные победы над гитлеровцами. Разгром врага под Орлом и Белгородом, взятие Харькова, вынужденная капитуляция фашистской Италии поднимали боевой дух партизан. Некоторые разведчики предложили оторваться от Уллы, оставить лишь круглосуточное наблюдение за гарнизоном, а остальным уйти с другими партизанами на операции.

— Мы, разведчики, — сорвался с места Иван Киреев, — как никто из партизан знаем все подходы и к «железке», и к гарнизонам, и где можно устроить засаду. Оружие у нас лучше всех. Значит, можно наделать такого шороху!.. Если надо, наши хлопцы проведут любую группу партизан в любое место.

Одним словом, разговор состоялся деловой и конкретный. Потом, оставшись вдвоем с командиром, взглянули друг на друга, понимающе улыбнулись: а что, разумно говорят ребята, правда, немного хвастливо… Тут же мы наметили что-то вроде плана работы разведки совместно со стрелковыми подразделениями и с подрывниками.

Но как оставишь Уллу — это осиное гнездо — без присмотра? Поэтому одни разведчики днем и ночью неослабно следили за вражеским гарнизоном, а другие, как этого и требовало командование бригады, отдельно и с группами стрелковых взводов провели несколько удачных операций.

Так, 7 сентября 1943 года группа подрывников во главе с Павлом Гавриловым и нашим разведчиком Степаном Пашковским переправилась через Западную Двину, вышла к шоссе Улла — Ловша возле Мясоедово и заминировала дорогу. Утром на партизанской мине подорвался грузовик с солдатами, ехавшими в гарнизон. Машина сгорела, в перестрелке уничтожили 8 гитлеровцев.

На второй день эта же группа под носом у оккупантов — за деревней Буболи — подорвала на мине броневик. Он перевернулся и сгорел. Передневав в лесу, группа опять отправилась почти к самой Ловше, и между Мясоедово и Латково разрушила мост на шоссе через болотистую речку и тем самым парализовала движение автотранспорта на некоторое время.

14 сентября 2-й взвод Ильи Шевлюги вместе с нашими разведчиками Степаном Пашковским и Виктором Красинским вышли к дороге Бочейково — Камень и уничтожили один километр телефонной связи. Столбы спилили, провода порубили на куски. Другая группа партизан, в которую входил разведчик Кирилл Гусаков, возле гарнизона, размещенного в Таранково, поставила мину и подорвала воинский фургон. Пять гитлеровцев, сопровождавших повозку, нашли здесь себе могилу.

«Рельсовая война» продолжалась. Это был второй ее этап, под кодовым названием «Концерт». В те дни наши группы почти ежедневно наносили удары по железнодорожным коммуникациям врага. К примеру, 29 сентября с группой разведчиков я провел операцию на перегоне Зябки — Прозороки. Выбив внезапным ударом охрану из бункера, мы прорвались на железнодорожное полотно и перебили более 100 рельсов. Движение поездов прервалось на продолжительное время.

Как и обещал комиссар бригады, ровно через месяц подвели итоги боевого соревнования между отрядами. Первое место занял 2-й отряд (позднее имени С. М. Кирова; командир — Н. Г. Константинов, комиссар — В. П. Козловский). Наш отряд также отметили, он занял второе место.

И октябрь для разведки оставался напряженным. Мы вели дальний поиск — к железной дороге Полоцк — Молодечно. Готовили данные для партизанских отрядов, наносивших массированные удары по коммуникациям врага. Также неослабно следили за гарнизоном в Улле, а значит, не могли постоянно ходить на операции. Но тем не менее в ночь на 26 октября подрывники Иван и Павел Гавриловы вместе с разведчиками Иваном Киреевым и Капитоном Григорьевым с большим трудом и опасностью переправились через Западную Двину, маневрируя между многочисленными гарнизонами, пересекли шоссе Витебск — Полоцк и вышли к деревне Будоболь, что на перегоне Ловша — Оболь. Здесь они и спустили под откос воинский эшелон с живой силой и техникой, направлявшийся к линии фронта. Во время крушения оказались уничтожены паровоз, 12 вагонов и свыше 100 фашистов.

Через день, возвращаясь из разведки, Иван Киреев, Степан Пашковский и Михаил Михайлов поставили на шоссе Леоново — Федьково противопехотную мину, на которой подорвалось 6 гитлеровцев, шедших вечером на засаду.

Особенно чувствительные удары по врагу нанесли партизаны нашего отряда в ноябре. В те дни мы еще продолжали счет в честь 26-й годовщины Великого Октября. Припомню только две операции.

1 ноября группа партизан под командованием Павла Гаврилова сделала засаду недалеко от деревни Оленики и обрушила внезапный огонь на вражеское подразделение. В результате уничтожено 10 гитлеровцев, взяты трофеи.

14 ноября Александр Батило, Владимир Максимов, Терентий Белоголовкин, наш разведчик Алексей Денисов во главе с Тимофеем Гусаковым на шоссе Улла — Лепель у деревни Высокая Гора взорвали автомашину, следовавшую на Камень. Машина сгорела, убито 8 фашистов.

На первый взгляд, это небольшие партизанские операции, и вроде не стоило о них вспоминать. Однако подобные диверсии проводили все отряды и бригады Ушачской зоны, они носили массовый характер, а значит, причиняли оккупантам большой урон в живой силе и технике. Враг постоянно чувствовал себя как на пороховой бочке. Он не мог предугадать, где и когда будет нанесен следующий удар. Притом такое происходило каждую ночь, а иногда и по нескольку ударов наносили одновременно. Это — не считая крупных операций, проводимых почти ежедневно и в разных местах большими силами отрядов и бригад на территории Ушачского, Лепельского и Полоцкого районов. Мелкие «уколы» держали в постоянном страхе гитлеровцев. Кроме причиненного материального ущерба это деморализовывало и изматывало вражеские войска, которые и без того уже пали духом от больших неудач на советско-германском фронте.

Фашисты стали бояться собственной тени, и в каждом жителе, будь то старик, мужчина, женщина или подросток, они усматривали если не партизана, то связанного с ними, и люто ненавидели сельчан. Вот один из многочисленных случаев.

25 ноября, когда я с группой ушел на особо важное задание по поимке «языка» в Бешенковичах, остальные разведчики, как всегда, вели пристальное наблюдение за Уллой. Вдруг партизаны заметили, что фашисты стали хватать жителей поселка и сгонять их в один из сараев, стоявших на окраине. Люди сопротивлялись, плакали, взывали о помощи. Разведчики поняли: фашисты затевают что-то страшное, и стали еще внимательнее наблюдать за ними. Затем подошла автомашина, из кузова выгрузили канистры. Тут же вторая машина подвезла снопы, и солдаты начали обкладывать ими сарай. Медлить было нельзя, и командир отделения разведки Яков Елецкий с Алексеем Денисовым пошли на риск. Они подползли поближе и внезапно ударили из автоматов. Как обычно в таких случаях, гитлеровцы сразу же упали на землю и, отстреливаясь, стали отползать. Нескольких палачей разведчики сразили наповал. Люди, согнанные в сарай, сначала растерялись, однако вскоре поняли в чем дело, вышибли дверь и бросились одни в сторону поселка, другие — к лесу, под защиту партизан. Так разведчики сорвали замысел фашистов учинить страшную расправу над жителями Уллы.

В первых числах декабря 1943 года политруков и секретарей комсомольских организаций вызвал комиссар отряда Андрей Григорьевич Семенов. Командир Макар Филимонович Фидусов в то время был с группой на «железке», и совещание проводили комиссар и начальник штаба Иван Парфенович Щукин. Андрей Григорьевич подвел итоги боевых операций за ноябрь, отметил при этом некоторые положительные результаты. Затем остановился на недостаточной активности отдельных подразделений, командиров и бойцов.

— Сейчас, когда Красная Армия успешно ведет наступательные бои, мы должны усилить удары по врагу и действовать особенно активно, чтобы приблизить час освобождения всей Белоруссии, — заключил комиссар.

Он посоветовал рассказать бойцам своих подразделений о том, что Гомель, первый областной центр БССР, уже освобожден. Такое сообщение еще больше активизирует партизан на борьбу против оккупантов.

Начальник штаба назвал конкретные объекты, по которым следует в первую очередь нанести удар. Это отдельные участки на шоссейных и железной дорогах, вражеские колонны автомашин и обозы. Иван Парфенович поставил также ближайшие задачи и перед нашей разведкой: точнее знать замыслы врага. Он сказал, что, по данным бригадной разведки, гитлеровцы сосредоточили в Полоцке большие силы, устанавливают новые гарнизоны вдоль железной дороги, всячески стараются приблизиться к правобережью Западной Двины. Поэтому разведчики, сопровождая на боевые задания группы стрелковых подразделений, должны попутно делать и свое непосредственное дело — следить за тем, что предпринимает или намеревается предпринять враг.