Чтение онлайн

– Сколько ж он в Афгане оттарабанил-то?

– Если вычесть время отпусков и отлеживания в госпиталях, то лет шесть... А если по времени службы считать, по календарю, то всю войну, Андрюха... Представляешь?! Всю эту долбаную афганскую войну!.. С 1 декабря 79-го по сегодняшний день, почти полных девять лет уже!.. Он вообще другой службы, вне войны, и не знает... Правда, я слышал, командир, что наш полк наконец-то выводят из Афгана... А может, и уже вывели...

– Ни хрена себе...

– Да, лейтенант... Таких бы, как Бекас, да побольше в нашу армию... Настоящий мужик...

Они помолчали какое-то время.

– Слушай, «замок»... А ты знаешь, что в самом Кабуле тогда творилось? Слышал? Ведь дворец Амина – про него хоть и слышали все, но ведь это не вся операция была... Я прав?

– Ну, а че? Прав, конечно... В Кабуле нужно было захватить что-то около полутора десятков важных объектов... Там, кстати, шуровал наш 3-й батальон, который прилетел из Ферганы только 25 декабря, и разведрота...

– Разведрота?

– Ну, да!.. Они через сутки после нас из Баграма на технике прибыли... Тогда, 27 декабря, именно наши разведчики, нашего полка, захватили кабульский телерадиоцентр...

– А ты сам про подробности какие-нибудь слышал?

– Ну... Немного... Насколько с разведчиками общаться приходилось...

– Расскажи!

– Так я особенно-то ничего и не знаю, Филин... – Сержант потер своей заскорузлой ладонью щеку. – Слышал только, что им была придана одна «Шилка» и девять спецов из «Зенита»... Наши должны были обеспечить захват внешней территории, а «зенитовцы» уже орудовали внутри зданий...

– Ну, и?..

– А что «ну, и»?!! – улыбнулся Слон. – Здесь тоже без бардака не обошлось! Операцию они начали вместе с нами, в 19.30, по общей команде на начало операции... В установленное время боевые машины начали выдвижение, но неожиданно были рассечены колонной выдвигающегося батальона десантников. БТР с «зенитовцами» отстал...

Слон улыбнулся и опять, как и несколько минут назад, посмотрел «мимо Филина».

– Я с этим старлеем, ну который тогда ротным у разведчиков был, Папов его фамилия, общался потом по службе довольно плотно... Ну и вспоминали иногда тот день... Так вот он рассказывал, что они тогда не знали, что в Кабуле, кроме них, находятся другие части ВДВ, а поэтому были крайне удивлены до самой жопы и не могли понять, откуда взялись здесь эти десантники. Представляешь?!! В Кабуле к тому времени уже почти двое суток были наш 3-й батальон и Витебская дивизия ВДВ в полном составе, а нашим разведчикам об этом ни хрена не сообщили!!!

– Бардака в армии и сейчас хватает... – согласился Филин. – И слава богу, что есть еще и такие офицеры, которые служат не за ордена и за звезды на погонах, а ради дела...

– Побольше бы таких!.. Как наш Батя...

– Так что там, с той разведротой?

– А что?.. Бардак бардаком, а наша разведрота вовремя подошла к своему объекту!.. Сориентировался Папов, молодец... Ну и штурманули весь этот комплекс... С двух сторон десантники ворвались на его территорию, смяв ворота и расстреляв часовых. Папов рассказывал, что его разведчики хоть и были тогда еще необстрелянными пацанами, а действовали дерзко и стремительно. Они сразу же открыли шквальный огонь. Три танка и БМП уничтожили из ручных гранатометов «Муха». Один танк возле КПП захватили, а экипаж взяли в плен. Остальные танки и БМП, а на объекте было одиннадцать танков и четыре БМП, сопротивления уже не оказали. Ни один танк не выстрелил из пушки, хотя все орудия были заряжены, а экипажи находились в полной боевой готовности. Им объявили боевую тревогу еще в 17.00, но не сказали, против кого придется воевать. Постреляв из пулеметов, боевые машины отъехали от объекта и стояли, чего-то выжидая. А тем временем группа «зенитовцев» ворвалась в здания радио– и телецентра и штурмом овладела ими. Весь бой продолжался около 40 минут... Такие дела, командир... И знаешь что?!! За весь бой в роте был всего один «трехсотый»! Один!!! Пацану ноги посекли... И все!!!

– Повезло...

– Папова и его зама, тоже старлея, за взятие телерадиоцентра к «Красным Звездам» представили.

– А твоего Фокстротина?

– Фокстрот за Тадж-Бек тоже получил «Красную Звезду». И заслуженно получил! – Слон улыбнулся и посмотрел на своего молоденького командира в лейтенантских погонах. – А вообще мой Фокстротин уже подполковник, командир нашего же полка и Герой Союза! Так-то...

– Ни хрена себе... Ну, а ты-то сам как? После того боя?

– Я? А что я?.. На мне все как на собаке заросло... – в который раз улыбнулся сержант. – Ранение-то плевое было... Так, кусок шкуры с мышцей вырвало... Просто кровищи много потерял... Меня наши медики подштопали, недельку в медсанбате отлежался, Новый год там встретил, и все... Принял временно взвод, вместо Осокина – кому-то же надо было командовать пацанами, пока новый офицер не приехал...

– И все?

– А что еще?

– Твоя «За отвагу» за тот бой, тезка?

Слон помолчал какое-то время и ответил, наконец-то:

– Не совсем...

– И опять я тебя не понял ни хрена!

– Понимаешь, командир... Тогда, в первые дни и месяцы, награждали очень скупо... Фокстрот меня представлял к «Красной Звезде» за Тадж-Бек... Только... Где-то там, в самых верхах нашего министерства, прочли мое личное дело, узнали, за что меня из училища отчислили...

– Ну, и?..

– Ну, и завернули его представление... Не достоин, мол, хулиган такой высокой правительственной награды... А эту «Отвагу» я получил чуть-чуть позже, через четыре месяца, в апреле... «По совокупности грехов», так сказать...

– Так ты что, не ушел на дембель весной?

– Нет, командир... Вместо дембеля я ушел со всем полком «прогуляться» по Панджшеру...

...Это было первое письмо Андрею от его «царицы Тамары» с того самого момента, как он попал на землю Афганистана. Первое за три месяца...

Андрей почти сутки носил его во внутреннем кармане своей «афганки», не решаясь открыть, – боялся... Боялся узнать плохие новости...

«Почти три месяца прошло... Что же ты, Томочка моя, так долго мне не писала-то?.. Что произошло-то с нами?..»

Сутки... Эта добровольная пытка, это самоистязание длилось почти сутки!.. Андрей ходил сам не свой. Злой, как черт... И за эти сутки многим от него досталось. Обычно незлобивый, за эти сутки он объявил такое количество внеочередных нарядов за мелкие нарушения, что, в конце концов, капитан Фокстротин, а он к тому времени уже стал капитаном, вызвал своего старшину к себе...

– Слушай, сержант... Что с тобой происходит?

– Все в порядке, товарищ капитан!

– Ты это... – Ротный посмотрел ему в глаза. – Давай-ка без званий – не на плацу... Так что случилось, Андрюха?