Чтение онлайн

Мы специально сосредоточились на событиях и чувствах, связанных с проявлениями гнева, потому что они имели отношение к предыдущему исследованию деструктивных последствий, особенно эскалации агрессии, проявлениям жестокости и приступам депрессии. В исследовании, проведенном Этаном Кроссом и его командой, учеников и учениц пятого класса просили вспомнить об опыте межличностных отношений, который вызвал у них сильное чувство гнева. При этом их инструктировали «закрыть глаза. Мысленно вернуться в то время и место, где произошло событие, о котором вы только что вспомнили, и увидеть сцену вновь с помощью воображения». Затем в условиях самопогружения их просили «заново проиграть ситуацию, как она разворачивается в вашем воображении и видится вашими глазами». При использовании самодистанцирования их инструктировали «отступить на несколько шагов назад. Выйти из ситуации и занять позицию, с которой вы можете наблюдать событие с достаточного расстояния и видеть себя в этом событии. Сосредоточиться на том, чем теперь стали вы, дистанцировавшийся от события. Наблюдать, как разворачивается ситуация, как если бы она еще раз возникла на расстоянии от вас. Заново проиграть событие, как если бы оно разворачивалось в вашем воображении, когда вы наблюдаете ваше удаленное от себя “я”».

Как и у взрослых, самодистанцирование заставляло детей меньше сосредоточиваться на пересказывании и переживании гнева, который они испытывали, и помогало переосмысливать событие так, чтобы ослабить гнев и способствовать его осознанию и прекращению. Они могли более объективно взглянуть на событие, меньше обвиняли других и придумывали истории, которые помогали им преодолеть гнев. Такие результаты были получены при изучении разных выборок детей, и они не зависели от пола, расы или социально-экономического статуса.

Можно ли сказать, что страдание Марии из-за «разбитого сердца» – просто метафора, или оно имеет под собой биологическую основу? Это еще один вопрос о регулировании эмоций, который Этан Кросс и его коллеги исследовали в эксперименте 2011 г. Люди, которые недавно пережили разрыв отношений с близким человеком, рассматривали фотографию бывшего партнера и думали о своем вынужденном одиночестве. В это время работа их мозга исследовалась методом функциональной МРТ. В других условиях те же люди вынужденно испытывали сильную физическую боль от температурной стимуляции предплечья. Во время физического страдания у них активировались две области мозга (вторичная соматосенсорная кора и дорзальный задний островок) – те же, которые возбуждались, когда они думали о своем одиночестве и смотрели на фотографию человека, разбившего их сердце. Когда мы говорим об ощущении отвергнутого человека в терминах физической боли, то это перестает быть метафорой: разбитое сердце и душевная боль действительно причиняют физическое страдание.

Совпадение в том, как мы переживаем эмоциональное и физическое страдание и как они отражаются на деятельности мозга, вызывает много вопросов. Один из них, часто задаваемый с усмешкой, таков: помогает ли прием обезболивающих справляться с несчастной любовью и многими другими формами отторжения и исключения? Исследователи страдания, вызванного межличностным конфликтом, получают такой вопрос в конце своих лекций от людей, которые хотят выглядеть остроумными. Но, как выясняется, ответ на него – безусловное «да». «Прими две таблетки аспирина и позвони мне утром», – таким был бы бессердечный ответ на ночной звонок друга, сообщившего вам о постигшей его неудаче в личной жизни. Но он получил прочное обоснование благодаря исследованиям ученых.

Наоми Эйсенбергер и ее коллеги из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе давали волонтерам либо обезболивающие, продаваемые без рецепта врача, либо плацебо для ежедневного приема в течение трех недель. Волонтеры наблюдали уровень боли, вызванной разрывом отношений с близким человеком, в этот период, не зная, принимают ли они обезболивающее или плацебо. Принимавшие обезболивающее сообщали о значительном ослаблении болезненных чувств начиная в среднем с девятого дня и вплоть до 21-го, последнего дня исследования. Те же, кто принимал плацебо, не сообщали об изменениях. Еще одна группа волонтеров использовала либо обезболивающее, либо плацебо, также не зная, что она принимает, а затем подвергалась искусственному социальному отчуждению в то время, как мозг ее членов исследовался методом фМРТ. Когда их мозг подвергался сканированию, они играли в виртуальную игру в мяч под названием «Кибербол», из которой исключались после того, как мяч бросался им семь раз. Затем они наблюдали, как два игрока перебрасывали друг другу мяч 45 раз, не давая ни одного паса исключенным из игры. В ответ на такое социальное отчуждение те, кто принимал обезболивающее в течение трех недель, демонстрировали намного меньшую нейронную активность в областях головного мозга, которые формируют болезненные ощущения.

Если обычные обезболивающие не помогут Марии ослабить сердечные страдания и она не сможет заниматься требующей больших усилий мысленной акробатикой, необходимой для взгляда на свой опыт со стороны, то остается еще одно противоядие. Если вы страдаете от отверженности, то вам полезно подумать о тех, к кому вы прочно и надежно привязаны. Как взгляд на фотографию отвергнувшего вас человека может вновь причинить боль вашему разбитому сердцу, так и мысли о людях, которых любите и которые любят вас, помогают облегчить душевные страдания вроде тех, что испытывала Мария. Это средство будет очень эффективным для тех, кто уже имеет проверенные временем прочные связи с другими, но менее полезно тем, кто избегает прочных привязанностей и тесных отношений.

Самые интересные результаты исследований с использованием маршмеллоу-тестов – не неожиданные долгосрочные связи между секундами ожидания вознаграждений и последующими успехами во взрослой жизни. Более впечатляет то, что если мы способны откладывать вознаграждение и используем это, то мы лучше защищены от воздействия негативных особенностей своего характера: склонности потворствовать набору лишнего веса, вспыльчивости, обидчивости, склонности чувствовать себя отверженным и многим другим – и можем сосуществовать с этими недостатками более конструктивно. Исследование, показавшее, как и почему самоконтроль оказывает такой позитивный эффект, было сосредоточено на изучении такого распространенного качества, как чувствительность к отвержению (ЧО). Ниже я расскажу, что удалось о нем узнать.

Люди с высокой ЧО крайне обеспокоены возможностью разрыва тесных отношений, боятся остаться покинутыми и часто собственным поведением добиваются именно того, чего так страшатся. Если деструктивные эффекты высокой ЧО никак не контролируются, то они могут стать сбывающимися пророчествами. Рассмотрим Билла в качестве примера того, как сильная ЧО может уничтожить близкие отношения: у него высокая ЧО в романтических отношениях и слабая способность к самоконтролю и отсрочке вознаграждения. Когда распался его третий брак, он ощутил депрессию и тревогу и попытался обратиться к психотерапевту. Объясняя причины последнего развода, он сердито жаловался на «отсутствие лояльности» у бывшей жены. «Доказательства» этого, по мнению Билла, можно было наблюдать за завтраком. Он всегда стремился к общению с женой, но она выглядела полусонной. Вместо того чтобы заинтересованно слушать его, она зевала, закрывала глаза и даже отворачивалась, чтобы пробежать глазами заголовки в газете или поправить цветы в вазе. Билл чувствовал, что она безразлична к его жалобам, и ее равнодушное поведение однажды «вынудило меня швырнуть в нее омлетом».

Люди с высокой ЧО, как у Билла, часто задумываются, любят ли их «на самом деле». Постоянные размышления подобного рода вызывают череду вспышек гнева и возмущения, инициируемых «горячей» системой: страх остаться покинутым партнером усиливается. В ответ на свои страдания и негативные реакции партнера они активнее прибегают к принуждению и контролю – открыто или со скрытой агрессивностью. Они перекладывают на партнера вину за свои действия («Она вынудила меня швырнуть в нее омлетом») и обосновывают свои страхи перед вынужденным одиночеством попытками разрыва отношений со стороны партнера – попытками, которые они сначала себе воображают, а затем и провоцируют вспышками гнева.

Этот характерный паттерн имеет предсказуемые последствия, выявленные в исследовании Джеральдины Дауни и ее студентов. Джеральдина, профессор психологии Колумбийского университета, была моей сотрудницей в начале 1990-х. Она уже долгое время считается лидером в изучении природы и последствий ЧО. Ее исследования показали, что отношения между молодыми людьми с высокой ЧО длятся не так долго, как отношения между людьми с низкой ЧО. В средней школе дети с высокой ЧО оказываются более одинокими и чаще становятся жертвами агрессии со стороны одноклассников. В долгосрочной перспективе люди, уязвимые в этом плане, чаще отвергаются другими. Это со временем подрывает их самоуважение и ощущение своей ценности, повышая вероятность депрессии.

Люди с высокой ЧО не только подрывают долгосрочные отношения и причиняют страдания другим, но и наносят биологический вред себе. Всякий раз, когда человек, подобный Биллу, взрывается эмоционально, приходя в ярость или испытывая стресс, у него повышается риск возникновения сердечно-сосудистого заболевания, астмы, ревматического артрита, онкологии и депрессии. Но почему?

В нескольких экспериментах делалась попытка оценить физиологическую реакцию иммунной системы на социальное отвержение и изучить активность мозга во время реакции человека на разрыв социальных связей с другими. Когда мы чувствуем себя отвергнутыми, повышается нейронная активность и чувствительность в дорзальной задней сингулярной коре и переднем островке головного мозга. Эти области участвуют в регулировании эмоций, ожидании вознаграждения и таких важных автономных функций, как давление крови и частота сердечных сокращений. В нашей эволюционной истории имелись достаточные причины для реагирования на стресс выделением возбуждающих цитокинов – белков, управляющих иммунной системой при подготовке к физической атаке. Такая реакция была и остается адаптивной: эти белки ускоряют заживление ран и имеют высокую краткосрочную ценность для восстановления после физических повреждений. Но когда она протекает долго, например из-за хронического страха или предвидения разрыва отношений с близким человеком либо в результате неспособности справиться с последствиями разрыва, высокая степень возбуждения может привести к серьезным заболеваниям. Краткосрочное возбуждение в ответ на нанесение раны было важно для наших предков, но долгосрочное возбуждение в ответ на гиперреакции «горячей» системы, начинающиеся за завтраком и продолжающиеся круглые сутки, неминуемо станет причиной болезни.