Чтение онлайн

– Этот букет, Мирочка, вас ни к чему не обязывает, - доктор включил задний ход.

– Я понимаю, Надим Хамитович, спасибо большое, - она держалась подчеркнуто-вежливо, не обращая внимания на то, что он называет ее только по имени. Дело в том, что в клинике медсестры и некоторые врачи величали ее “Мирочкой Асхатовной”, ну а он, решив за ней приударить, убрал отчество.

– Может, сходим выпьем кофе?

– Спасибо, Надим Хамитович, но мой молодой человек это не одобрит.

– Молодой человек?
– опешил он, подумав, что у Меруерт роман с “юнцом”.

– Ну как молодой, - пожала она плечами.
– У нас разница в десять лет.

– Да?
– гастроэнтеролог, явно не ожидавший такого поворота событий, почесал лоб.
– Ну тогда я не буду вам мешать, да?

– Вы не помешали, - только теперь поняв, что он на самом деле подумал, Мира спрятала улыбку за розовыми бутонами.
– Еще раз спасибо за цветы, Надим Хамитович.

Когда он ушел, ей вдруг стало смешно от мысли, что ее молодому человеку вообще-то под шестьдесят. И на минуточку, он - дед, но какой–то неправильный. Стоило вспомнить их страстное воскресенье, его ласки, восхищение, слова, совместный завтрак, после которого они укрылись от всего мира в спальне и вышли только потому, что Мире нужно было домой, а Ансару в командировку.

Они не виделись уже пять дней. Мира скучала, но пока не решалась сказать об этом открыто. А то, что случилось в пятничный вечер и вовсе выбило ее из колеи. Утром ей позвонила младшая дочь Ансара - Данелия и в присущей ей материнской тревожностью рассказала, что у Сафии снова температура, кашель и насморк. Дана была очень щепетильной и любой чих воспринимала как руководство к действию.

Когда рабочий день закончился, Мира поехала в коттеджный поселок, где жила Данелия. Ее машину уже хорошо знали, как на пропускном пункте, так и охрана самого особняка. Дверь по обыкновению открыла верная домработница, с которой Меруерт перебросилась парой фраз.

– Даночка пошла будить Сафию. Она из-за температуры совсем вялая. Подождите пока в гостиной.

– Хорошо, Ляззат. Без проблем, - коротко улыбнулась врач.

– Чаю, кофе, лимонада?

– Нет-нет, ничего не нужно.

В последний раз Меруерт была в этом доме весной, когда еще ни о каком романе с Ансаром Дулатовым и речи не было. Но тем не менее, мыслями она вернулась в снежный ноябрь, когда он встретил ее здесь и показал, где туалет.

“Кто бы мог подумать, - подумала Мира, - что пройдет совсем немного времени и мы станем больше, чем педиатр и дедушка пациентки”.

Пока она ждала ее внимание привлек столик у окна с семейными фотографиями в изящных рамках. Признаться, раньше она его даже не замечала, потому что приезжая к пациентам, все ее внимание было сконцентрировано только на них. Но теперь какая-то неведомая сила подтолкнула ее в ту сторону. Подойдя ближе, Мира обвела взглядом снимки и выделила только две. Так захотелось взять одну из них в руки и разглядеть получше - взыграло любопытство. Обернувшись через плечо и убедившись, что за ней никто не следит, Меруерт подняла рамку, в которую была вложена семейная фотография Дулатовых. Ансар с женой и дочками выглядел невероятно счастливым. На снимке ему чуть больше тридцати: молодой, черноволосый, еще без бороды, но уже стильный и такой же харизматичный. Он обнимал за талию красавицу-жену, а рядом стояли их девочки. Мира впервые увидела Марьям Дулатову. В квартире Ансара ее фотографий на видном месте не было, что с одной стороны удивило, но с другой - успокоило ее. Сейчас же она отметила ее мягкие черты лица, волнистые волосы до плеч, модное для тех лет платье. Они с Ансаром были красивой парой. Очень.

Вернув фото на место, она переключилась на более свежее. Мира поняла, что здесь супругам уже за сорок и они по-прежнему счастливы. Это читалось невооруженным глазом. Снимок сделан где-то на берегу моря. Ансар обнимал жену со спины и смотрел на нее с такой любовью и обожанием, что у Миры защемило сердце. Это не ревность, нет, успокаивала она себя. Это нечто иное - то, что тяжело объяснить и понять. У каждого за спиной целая жизнь и опыт. Но если у Меруерт брак закончился разводом и не совсем красивым разделом имущества, то Ансар никогда не переставал любить жену. А что сейчас? Ведь пока между ними только симпатия, бешеное влечение и страсть. Ни он, ни она не сказали друг другу три главных слова, которые могли бы многое изменить.

– А вот и мы, Меруерт Асхатовна!
– услышав за спиной голос Данелии, Мира постаралась незаметно поставить фотографию на стол. Получилось. Женщина развернулась и увидела дочь и внучку Ансара. Про себя она отметила, что Дана очень похожа на мать.

– Здравствуйте, девочки. Извините, пока ждала вас, посмотрела фотографии, - сказала она на опережение.

– Да, я недавно их обновила, а рамочки привезла из Парижа. Вам нравятся?

– Очень. Вы, кстати, копия мамы.

– Правда?
– обрадовалась Даны.
– Спасибо большое. Все так говорят, а мне очень приятно. Жаль только мама не увидела Сафию.

– Она была очень красивой.

– Да, вы правы, - ее лица коснулась светлая грусть .
– Мой папа так любил маму, что после ее смерти больше не женился. Говорит, что лучшее нее на свете нет и не было женщины.

Слова застряли в пересохшем горле, и Мира отругала себя за то, что так неосмотрительно влезла на чужую территорию. Ей вдруг стало не по себе, а от эйфории рассеялась, будто ее и не было.

– Это, - Мира на миг опустила и подняла глаза, - очень трогательно. Ну рассказывайте, Даночка, что у вас случилось?

– Да вот, как всегда. 38.5, сопли, кашель. Я сразу к вам. А то после ангины я всего боюсь.

– Не надо боятся. Это все совершенно нормально. Только неприятно, - Мира погладила малышку по нежной ручке.
– Сафиюша, а что это у нас случилось? Кто у нас заболел? Давно сбивали температуру?
– серьезно спросила врач.

– Часа два назад.

– Сейчас ее уже нет, - заверила Мира.
– Давайте горло посмотрим.

Мира все делала по протоколу, стараясь абстрагироваться от мыслей об Ансаре и его жене. В итоге не нашла ничего страшного - обычное ОРВИ. Оставив назначение, она пожелала Сафие скорейшего выздоровления и отказалась от приглашения Даны выпить чаю, сославшись на то, что ей надо ехать к другому пациенту. Вот только никакого “другого пациента” не существовало. Мира просто хотела поскорее остаться наедине со своими мыслями, подумать над словами младшей дочери Ансара и успокоить саму себя тем, что прошлое - это прошлое. В конце концов, и у нее оно тоже есть.

Уже дома она приняла душ, смыла с себя усталость и попыталась переключиться на позитивные мысли. После развода Мира перестала плотно ужинать, предпочитая легкий салат и стакан воды. Не успев отправить в рот первую порцию зелени, как она подпрыгнула на стуле, услышав мелодию звонка. На экране высветился “А.Д.”, что заставило улыбнуться и покачать головой, ведь она до сих пор его не переименовала.

– Алло.

– Здравствуй, Мира, - именно сейчас его голос показался ей очень родным.