Чтение онлайн

Они знали, куда нужно бить. Где у драконов самое слабое место.

Семья. Его девочки. Анара.

Он выбрал меньшее зло.

Думал — защитит их.

Да, сделает больно, поступит несправедливо, но в конечном итоге — спасет.

Но просчитался.

Заключил фиктивный развод. Хотел усидеть на двух стульях: выполнить условия клятого пророчества, и в то же время оставить Анару своей женой. Да, она отказалась терпеть все это, находиться с ним под одной крышей, но он нашел решение, при котором всегда мог знать, что с ней, чем она занята и все ли у нее хорошо.

Потом он все ей объяснил бы, рассказал. Вымолил прощение…

Но если скрыть что-то от любимой женщины возможно, то от созданий в драконьих масках — нет.

Он рискнул. И поплатился за это.

А условия пророчества выполнять все равно пришлось. Артефакт уже нашел вторую пару. Они указали на нее. Он о ней пока ничего не знает, он ее не видел. Но ему эту несчастную уже жаль.

Магия льда внутри него бунтует: раскрашивает инеем стены, а трещинами — стекла.

Дейран до боли сжимает кулаки, и воздух вокруг него становится морозным, густым. Он снова цепляется за единственное, что у него осталось: нить истинности. И снова убеждает себя:

Если связь не оборвана, значит Анара жива.

Его взгляд твердеет, в глазах вспыхивает яркое синее свечение — отблеск драконьего пламени.

— Я найду тебя, — шепчет он. — Выжгу льдом все, что стоит между нами. Взрою землю, проложу пути во все возможные стороны. Но найду.

Даже если после всего она возненавидит его.

Если придется держать ее под замком, под стражей с десятками защитных чар.

Он найдет, и больше не отпустит.

В тишине раздается треск — оконные стекла не выдерживают, разбиваются. В камине вспыхивает голубоватое пламя.

Дракон внутри Дейрана поднимает голову, готовый исполнить только что произнесенное человеком обещание.

Просыпаюсь от тихого, почти ласкового стука дождя по крыше.

Не сразу понимаю, где нахожусь — тишина вокруг иная, не монастырская, и запах другой. Не свечной воск и камень, а дерево и что-то теплое, уютное.

Старый дом, долго спавший под покрывалом времени, просыпается вместе со мной.

Я лежу какое-то время, слушая, как по подоконнику тарахтят капли. В груди разливается странное чувство — мне спокойно, и в то же время в глубине затаилась необъяснимая тревога. И я не могу понять, с чем она связана.

Что ж, придется подумать об этом ближе к вечеру, а сейчас — пора вставать.

Меня ждет первый день на новом месте. Нужно все осмотреть, обойти территорию, разложить вещи по местам и сделать еще много чего важного.

С наслаждением потянувшись, я поднимаюсь. Прохладный ковер на полу приятно бодрит через босые ступни.

Комната полутемная. Я подхожу к окну и распахиваю тяжелые портьеры. Пространство тут же заливает мягкий свет. Он золотит занавеску, цепляется за медные ручки шкафа, и расползается по стенам, будто живой.

Дождь идет мелкий, серебристый, и все вокруг будто дышит им. Даже через стекло чувствуется запах свежести. Деревья тронуты золотом, капли воды на мокрых листьях сверкают, подобно драгоценным камням. Вдоль дорожки блестит зеленая трава, и от этого зрелища почему-то становится легко на душе.

Улыбаюсь и иду приводить себя в порядок.

В ванной обнаруживаю кувшин с водой и чистое полотенце. Дом, вероятно, позаботился об этом еще вечером. Это так странно и непривычно… Волшебный особняк — прямо как в сказке.

Вода приятная, не обжигает холодом руки. Я умываюсь, чувствуя, как с лица смывается сонная усталость, как просыпается кожа и вместе с ней — я сама.

Платье, в котором я ехала вчера, висит на спинке стула. Остальные вещи пока не занесли — после долгой дороги не до этого было.

Одеваюсь, расчесываю волосы, заплетаю косу.

Мне нравится отражение в зеркале. Всего одна ночь в новом доме, и кажется, что я смогу справиться со всеми бедами, что приключились со мной за последнее время.

Когда выхожу в коридор, дом уже живет. Снизу доносится гул голосов, скрип дверей, глухие шаги. В воздухе — запах сырой земли и дождя.

Спускаюсь, придерживая подол, и замираю на середине лестницы: в холле кипит работа.

Лоренс и Гайс, засучив рукава, таскают мешки — муку, картошку, яблоки. Кай стоит у входа, придерживая дверь и направляя, куда что поставить. На полу уже выстроилась целая гора припасов: баночки с маслом, томатом, мешочек с овощами, даже корзина с яйцами, аккуратно прикрытая тканью.

— Да у нас тут запас на целую зиму! — выдыхаю я.

Монахи оборачиваются, улыбаются. Лоренс смахивает со лба капли дождя и говорит:

— Как осмотритесь тут, скажете, куда все это перенести. Должен быть погреб, кладовка или подвал. Дождь слепой, он не на долго, мы сегодня все осмотрим и наметим фронт работ.

— Вы так много для меня делаете, — отвечаю я, чувствуя, как к горлу подступает ком. — Спасибо вам... правда.

Лоренс отмахивается от лишней благодарности.

А я какое-то время просто стою, глядя, как они заносят мои чемоданы, как капли дождя с их одежды падают на пол, и думаю, что давно не видела столько простого, бескорыстного участия.

Подумав о завтраке, я иду искать кухню.

Она оказывается именно там, где вчера предположила — за лестницей на второй этаж.

В ней есть все необходимое: старые, но добротные шкафчики из темного дерева, чистая широкая столешница, большая каменная раковина у окна, к которой подведена вода.

На полках посуда: тарелки, кружки, приборы, кастрюли и даже жаровни для выпечки. В углу блестит чайник, рядом — сковорода, потемневшая от времени, но целая.

Когда я открываю дверцу печи, внутри вдруг сам по себе вспыхивает огонь. Без дров или каких-либо зажигательных веществ.

Я замираю на секунду, чувствуя волнительный трепет в груди.

Если и были какие-то сомнения в магии дома, теперь они развеялись, словно дым.

Выпрямляюсь и делаю медленный вдох.

Спокойно, Нонна, ты привыкнешь к этому.

Если подумать, то волшебный особняк — это мечта любой хозяйки. Главное, чтоб обошлось без подводных камней…

Отмахиваюсь от тревожных мыслей и принимаюсь за готовку. Разогреваю сковороду, разбиваю яйца и жарю омлет. Запах теплого масла, шипение, треск огня — все это странно родное.