Чтение онлайн

Тот и бровью не повел на показательное возмущение Бранда.

– Уходишь от ответа, – заметил Фредерик с нажимом. – Я ведь не говорил, что не доверяю. Просто поинтересовался, за какие такие прегрешения ты оказался в королевской темнице. Может, ты точно так же у добрых людей селился, а ночью вырезал их семьями и грабил.

Эйприл возмущенно охнула:

– Фредерик!

Конечно, ее удивило его поведение. Ведь раньше Фредерик всегда и со всеми вел себя благовоспитанно и вежливо. Что ж, он поспешил улыбнуться широко и открыто, делая вид, что все это была шутка. Пусть и дурацкая.

Бранд поджал губы и возмущенно воззрился на Фредерика.

«Вот змея! И не уклониться от ответа!» – прошипел Бранд про себя.

– Никого я не грабил! Меня посадили в тюрьму только потому, что я попаданец. И могу быть опасным для Генри и окружающих. Ну, во всяком случае, мне так объяснили. Я же попаданец с телом, а не просто душой. Не так, как… другие попаданцы, – Бранд едва не проговорился насчет Эйприл, но вовремя удержал язык за зубами. – Поэтому от меня не знают, чего ожидать и боятся. Вдруг я переместился в ваш мир со злыми намерениями. Во всяком случае, так сказал мне Генри. Может, он мою силу уникальную магическую хочет забрать, я откуда знаю? В моем мире я был очень сильным магом! Я рад, что в этом мире считают так же!

Бранд гордо задрал нос, хотя прекрасно знал, что никаких особых сил у него не было.

– Сила уникальная… – задумчиво проговорил Фредерик, покосившись на его рукав, на котором виднелось пятно, подозрительно напоминающее засохшую кровь. – Безграмотный тогда этот король Генри, раз попаданцев боится!

Фредерик весело улыбнулся, пытаясь разрядить остановку. Эйприл повелась на это и сказала, что сходит в сарай к Белке.

Оставшись наедине с Брандом, Фредерик подошел к нему ближе. Лицо у него стало серьезным, напряженным.

– Я вижу, что ты что-то скрываешь, – произнес Фредерик негромко и честно. – Пока не знаю что. Но просто знай… не думай, что мою мать некому защитить, если что. Она не одна, хоть отец и обошелся с ней так мерзко. Поэтому надеюсь, что ты и правда нам друг.

Бранд поморщился. Этот Фредерик уже создавал ему проблемы. Но вместо того, чтобы ругаться, Бранд вальяжно кивнул.

– Понимаю твои чувства. Я сам очень признателен твоей матери за помощь. Что она пустила меня и обогрела. Все-таки нам, беглецам, нужно держаться вместе, согласен? Обещаю, если на нас нападут стражники, я буду драться, как лев, защищая твою мать. А не только собственную жизнь!

Он сверкнул глазами, надеясь, что его обещание прозвучало достаточно экспрессивно и искренне. И Фредерик наконец-то отстанет от него.

Я не могла ходить с Белкой на то же пастбище, что и большинство жителей деревни. Ведь мне лучше было поменьше попадаться людям на глаза. Конечно, я ходила по улицам, относила молоко, покупала что-то на рынке в базарный день. Но старалась избегать разговоров. А когда приводишь животное пастись, с тобой точно заведут беседу. Никто же вроде как никуда не спешит. Да и всегда оставалась вероятность, что в деревню заедет какой-нибудь стражник. Да хоть воды попросить попить! Так что лучше было поменьше там показываться. В общем, я решила, что лесная опушка – это неплохое место. Да и трав там было достаточно. К тому же, Белка, барышня характера вредного, по крайней мере, не могла там никого бодать, кроме ствола старого дуба. А на пастбище, как я подозревала, она начала бы задираться с каждой животиной, которая, по ее великому козьему мнению, не так подышала.

– Белка! – я предостерегающе натянула поводок, закрепленный на ошейнике.

Белка недовольно обернулась, зыркнув желтыми глазищами. И высказала протяжным блеяньем все, что думает о нарушении ее личных границ. Мол, может, у меня призвание такое! В сорняках в человеческий рост скакать, а потом вылезать из них вся в репяхах!

Пока Бранд гостил у нас, я как-то поручила ему отвести Белку пастись. В итоге выяснилось, что он ничегошеньки не смыслит в травах. Потому что уже на вечерней дойке коза была подозрительно тиха и покладиста, и мне мерещилось, что где-то в грудине у нее так и рвется наружу зловредное хихиканье. Ведь молоко, как оказалось, вышло таким, что только вылить!

Я напустилась на Бранда, а он развел руками, хлопая глазами: «Так это была горькоцветка разве?»

Я хлопнула себя по лбу, после чего попыталась воззвать к совести козы. Белка задрала морду не то, чтобы почесать рогами спину, не то, чтобы проверить, нет ли под потолком сарая пауков.

«Она же горькая, Белка! Зачем ты ее ела?!» – возмутилась я.

Белка что-то недовольно проблеяла и улеглась спать. Мол, ну, и что, что было невкусно, зато и вам теперь невкусно! Несомненно, если бы козы умели смеяться, то Белка общалась бы с нами исключительно злодейским смехом.

– Я не Бранд, а он ушел, так что теперь тебе спуску никто не даст, – сообщила я Белке, потянув ее прочь от горькой травы.

Впереди показалась одна из наших любимых полянок. Я села на валун, держа кончик длинного поводка, чтобы Белка могла спокойно гулять по всей поляне. Оставлять козу одну казалось мне плохой идеей. В лесу на Белку могли бы напасть дикие звери или нечисть. Хотя Бранд как-то съязвил, что в таком случае нечисть еще плакаться к нам прибежит.

– Ешь давай, не привередничай! – с улыбкой отмахнулась я, когда Белка подняла голову так озадаченно, что травинка выпала изо рта.

Коза дернула ушами. А через секунду и я поняла, в чем дело. Совсем близко раздалось лошадиное ржание.

Я схватила Белку за поводок, готовая броситься наутек. Ведь со всадниками у меня уже закрепилась нехорошая ассоциация со стражей. В деревне верхом никто не ездил. Если кому и повезло накопить на лошадь, то ее запрягали в телегу. Так что это явно был кто-то неместный!

– Белка, пойдем! – зашипела я. – Нам нужно уходить!

Вот только коза у меня решила потренироваться в упрямстве. Она уперлась копытами в землю что есть сил, недовольно выставив рога. Мол, изо рта обед забирают, жадины!

– Белка! – умоляюще взвыла я и потянула козу за собой усерднее.

Она недовольно поплелась за мной, останавливаясь буквально на каждом шагу и отвлекаясь на любую вкусную с ее точки зрения травинку. Но оказалось, что бежать уже поздно.

– Эйприл! Это ты?!

От этого голоса у меня сердце рухнуло в пятки. Генри! Даже не какой-то там стражник, а сам король собственной персоной! Я выпустила из руки поводок, понимая, что с Белкой мне никак не сбежать. А так есть шанс удрать, а потом найти ее. Все-таки на свою кличку она с горем пополам отзываться начала, привыкшая, что за это ей всегда дают какую-нибудь вкусняшку.

Я ринулась прочь напролом, через кусты, не разбирая дороги. Но почти сразу же позади меня раздался треск веток. Генри побежал за мной!

– Эйприл!

Он настиг меня на небольшой поляне, хватая сзади, буквально обвивая руками, как в объятьях. Почему-то в голове вспышкой пронесся тот наш поцелуй, самый первый. Та искра, которая проскочила между нами. Но я не могла себе позволить думать об этом сейчас. Когда пыталась изо всех сил вырваться, освободиться! Ни к чему хорошему моя активная возня не привела. Попытка ударить Генри ногой в колено – тоже. В итоге мы лишь потеряли равновесие и полетели вниз. Я кое-как извернулась, чтобы не упасть лицом в землю. И в итоге оказалась лицом к лицу с Генри, лежащая спиной на траве. Мое дыхание было сбитым, сорванным, а сердце колотилось, как у пойманной птицы.