Чтение онлайн

Пока Денис, сосредоточенно хмурясь, осваивался с новым оборудованием, дверь снова открылась. На этот раз это были двое. Пожилая женщина с суровым лицом, в платке и резиновых сапогах, и молодой парень, похожий на её сына, с испуганными глазами.

— Мы к Молчановой, — буркнула женщина, окидывая цех властным взглядом. — Это вы хлеб с душой делаете? Который в интернете?

— Я, — подтвердила Аля, чувствуя, как ситуация стремительно уходит от её понимания.

— Я — Галина Ивановна. Это мой сын, Сергей. Мы из деревни под городом. У нас своё хозяйство. Молоко, яйца. И мука своя, с мельницы. — Она вытащила из авоськи небольшой холщовый мешочек и высыпала на ладонь горсть тёплой, желтоватой муки. — Вот. Попробуйте. Не чета вашим магазинным смесям.

Аля, ошеломлённая, взяла щепотку. Мука пахла солнцем и зерном. По-настоящему.

— Мы не пекари, — продолжала Галина Ивановна. — Но руки на месте. И хотим помогать. Чтоб дело настоящее было. Не для галочки.

Аля смотрела на эту странную процессию: талантливый технарь-одиночка и деревенские поставщики-энтузиасты. Ничего из этого не было в её планах. Она представляла себе профессиональных пекарей с резюме, а не самородков с горящими глазами.

В этот момент зазвонил телефон. Артём.

— Ну что, как первый день? Команда в сборе? — спросил он деловым тоном.

— Команда… собирается, — с трудом подбирая слова, ответила Аля, глядя на Дениса, замершего у печи, и на Галину Ивановну, которая уже деловито ощупывала мешки с мукой.

— Отлично. Кстати, скинул тебе на почту заявку от местного кафе — хотят закупать у тебя хлеб на регулярной основе. Да, заказ срочный, но если все понравится — они подпишут контракт. Так что не подведи.

Он положил трубку. Аля открыла почту. Заказ на пятьдесят багетов и тридцать буханок цельнозернового на послезавтра. Сердце ёкнуло от страха и восторга.

Она обернулась к своим "сотрудникам". Денис с надеждой смотрел на неё. Галина Ивановна ждала, поджав губы.

— Ну что, — сказала Аля, и её голос прозвучал твёрже, чем она ожидала. — У нас есть заказ. И есть сутки, чтобы научиться работать вместе. Денис, ты отвечаешь за выпечку. Галина Ивановна, могу предложить вам работу, но на муку нужны документы. И нужны ваши документы, даже если оформлять вас в штат на испытательный срок. Сергей, поможешь с замесом.

Это была не та команда, которую она искала. Это была команда, которая нашла её сама. Собранная на скорую руку из обломков её мечты, дождя и чьего-то наивного, но искреннего желания помочь.

Ливень за окном начал стихать. Аля подошла к окну. Город, промокший и серый, медленно просыпался. Она чувствовала ту же усталость, то же напряжение. Но теперь она чувствовала и нечто новое — плечо. Пусть хрупкое, неопытное, но настоящее.

Она повернулась к людям, которые смотрели на неё в ожидании указаний.

— Ну что, — сказала она, проходя на склад. — Начинаем.

И впервые мысль о том, что нужно испечь не два, и даже не пятьдесят багетов, не вызывала у неё паники, а лишь спортивный азарт. Война продолжалась. Но теперь у неё было не только оружие. У неё появляется армия.

Ночь перед сдачей первого оптового заказа была похожа на попытку усмирить дикого зверя. Две новенькие печи, которые должны были стать символом прогресса, вели себя как капризные дети. То одна внезапно уходила в перегрев, подрумянивая багеты до угольного состояния, то вторая недобирала температуру, выдавая бледные, сыроватые внутри кирпичи.

— Не держит! — крикнул Денис, тыкая пальцем в дисплей второй печи. — Опять падает! Терморегулятор глючит!

Аля подбежала. Цифры на табло действительно прыгали. Она почувствовала, как холодный пот выступил на спине. Она мельком посмотрела на время: через три часа заказчик должен был получить пятьдесят багетов и тридцать буханок цельнозернового. А у них была одна сгоревшая партия и одна, которая никак не хотела допекаться.

— Выключай, — скомандовала она Денису. — Даём остыть на пять минут, потом запускаем снова с холодного старта. Может, "перезагрузка" поможет.

— Это рискованно, — поморщился тот. — Расстойка пойдёт насмарку.

— У нас нет выбора! — почти выкрикнула Аля. — Или так, или ничего!

Пока печь остывала, в цех влетела Вика с телефоном на штативе.

— Так, народ, утренний эфир через пятнадцать минут! Покажем процесс? Как наши герои справляются с... — она осеклась, увидев их лица. — Что случилось?

— Техника бунтует, — мрачно бросила Аля, проверяя термометром температуру в расстоечном шкафу. Тесто уже начинало заветриваться по краям. Провал пах неминуемо, и пах он горелым и сырым одновременно.

В кармане завибрировал телефон. Сообщение от Ильи.

"Соне сегодня утром в школе проектную работу сдавать. Про хлеб. Ты же не забыла? Привезешь тот самый, "с душой"? Она так хвасталась перед учительницей".

У Али похолодело внутри. Она забыла. Совсем. На фоне аврала с заказом это вылетело из головы. Она посмотрела на часы. Через два часа Соне нужно быть в школе. И через три — заказчику. Сейчас она не могла испечь ничего. Ничего вообще.

Отчаяние, густое и липкое, как неправильно замешанное тесто, подкатило к горлу. Она подошла к столу, где лежали образцы — несколько идеальных багетов из самой первой, удачной партии, которую они сделали ещё вчера вечером, на пробу. Они были безупречны. Но их было всего шесть штук. Для заказа — капля в море.

И тут её осенило. Безумная, отчаянная, но единственно возможная идея.

— Вика! — резко обернулась она к подруге. — Отменяй прямой эфир. Бери камеру и снимай меня. Только крупный план. Руки и хлеб.

— Но...

— Просто делай!

Аля схватила один из идеальных багетов, нож и доску. Она выключила миксер, и в цехе на секунду воцарилась тишина, нарушаемая лишь шипением печи.

— Денис! Галина Ивановна! Всем слушать меня! — её голос прозвучал металлически твёрдо. — Мы не успеваем физически. Мы не можем выполнить заказ в полном объёме. Так что мы меняем стратегию.

Все смотрели на неё в полном недоумении.

— Мы... звоним заказчику. Не отменяем, нет. Мы предлагаем ему не пятьдесят багетов, а... десять. И не тридцать буханок, а пять.

— Он никогда не согласится! — выдохнул Денис.

— Он согласится, — парировала Аля, уже нарезая багет ровными, изящными ломтиками. — Потому что мы не просто отдадим ему хлеб. Мы отдадим ему историю. Вика, ты снимаешь? Крупно. Как я нарезаю. Как крошка летит. Текст такой: "Первый, эксклюзивный пробный заказ для кафе "Уют". Мы не гоним количество, мы оттачиваем качество. Всего десять багетов и пять буханок из первой, тестовой партии для особых клиентов".