Чтение онлайн

Брат Наташи развёл руками:

— Вы же меня знаете!

— Вот потому и предупреждаю. Придем на место, там уже полицию вызову.

— Ну да. только зачем полицию? Мы сами разберёмся.

— Серёжа, клянись, что не надо будет скорую вызывать никому. — адвокат на полном серьёзе погрозил Сергею, — Записывай адрес.

Он продиктовал адрес Даши.

Наперегонки выскочили с Сергеем от адвоката, помчались к машинам. Над городом занимался рассвет. Розовело небо, бодрый ветерок опалил моё разгорячённое лицо. Одно то, что появилась конкретика, просто окрылило меня. Только бы увидеть мою Дашку скорее. Это же слону понятно, раз женщина звонила в четыре утра, это значит, дорога каждая минута!

К Дашиному дому приехали, еле нашли место где бросить машины. Пока ждали лифт, от нетерпения оба рычали, сжимали кулаки. Впору было бежать пешком. Но, я знал по опыту: на лифте всё равно быстрее.

Уже у Дашиной двери оба встали, переглянулись.

Я прижал палец к губам:

— Там малой с ней, надо его не испугать.

— Разберёмся, — прохрипел Серёга, нажал на звонок. Ещё раз, потом ещё.

А дальше всё случилось за секунду.

Дверь открылась. Мятый лохматый мужик хлопал на нас круглыми глазами. Я смотрел тему за спину. Мне эти секунды показались вечностью, пока глаза привыкали к полумраку.

Передо мной была длинная прихожая, там, в самом конце стояла Даша, прижимая кулачки ко рту. Тоненькая, хрупкая измученная тростинка, кажется, она не верила, что видит меня.

Знаете, что я увидел?

Лицо женщины, представляющее из себя сплошной синяк.

От её мужа меня отдирал Сергей. Я знал, что выбил ему зубы и если бы не Сергей, может, и убил бы. Где то сбоку визжала баба, Сергей оттащил меня от кучи дерьма, в которое превратился Дашкин муж.

Я повернулся к моей Даше, она стояла полумёрвая, держала хнычущего сына на руках. Это мы разбудили мальчонку своим грохотом, ещё какая-то худоберчивая бабёнка вместо того, чтоб вытирать сопли побитому говнюку, сидела в сторонке и визжала, как свинья. Успел подумать краешком мысли: “Интересно, что при жене делает другая баба в доме в ночнушке”?

Прижал Дашу с малым к себе, спрятал расплакавшуюся женщину у себя на груди, гладил её волосы, чувствовал, как дышит маленький носик у меня возле шеи.

Шептал:

— Мои хорошие, как же хорошо, что я вас нашёл, всё хорошо, всё закончилось.

Выстрелом прозвучал дверной звонок. Настырный, требовательный. Я своим ушам не верила. Села на диванчике, лихорадочно соображая, что делать. Я всегда, с самого детства боялась ночных звонков по телефону, меня вообще приводили в ступор неожиданные вещи: визг тормозов, звонки с неизвестных номеров, требовательный, агрессивный стук в дверь. Всё это я пережила, когда ссорились родители. Но, как выяснилось, неожиданные звонки в дверь это не всегда плохо!

Вскочила, уронив плед. Обернулась на сына, он сел в кроватке, тёр ручками сонную мордашку, всё ещё спал. Повалился медвежонком в подушку. Снова звонок.

Это за мной! Я боялась поверить, но это за мной!

Вышла в полутёмный коридор, видела, как взъерошенный Максим в пижамных штанах возился с дверью, вставляя ключ. Гад, стал ключником для мобственной жены и ребёнка, вот же урод!

Входная дверь распахнулась широко, властно.

Он. Илья.

Здоровенный, в дверном проёме могучий и чёрный, загораживающий собой свет с площадки стоял на пороге. Мой мужчина, мой защитник пришёл. Он услышал и нашёл меня! Мне же это не сниться.

Между нами было пять метров прихожей, длинный, полутёмный коридор для меня стал тоннелем к свободе.

Мы встретились с Ильёй глазами, у меня дрожали губы, гулко билось сердце. Я видела как исказилось лицо мужчины. Ну да, наверное синяки на моём лице было видно издалека.

В следующую секунду Илья вбивал кулак в лицо Максима. Визжала Нонна, в комнате заплакал Матвей. Я бросилась в комнату, схватила сынишку, прижала к себе, успокаивала, снова с ним на руках выскочила в коридор.

Илью буквально отдирал от лежащего на полу Максима брат Наташи, Сергей. Илья, разгорячённый, бешеный, повернулся к нам, обнял нас, спрятав у себя на груди:

— Идите ко мне.

Вдыхала его запах. Сильный, мужественный запах мужчины, пришедшего мне на помощь. Слышала как сопит на руках мой мальчуган, слышала, как часто дышит Илья. Я просто влипла в него, не верила, что всё позади. Дальше всё было как в тумане.

Не знала, но что ещё был способен Илья, но через пять минут в квартире была полиция, адвокаты. Набилось столько народу, обалдеть.

Поглаживая спинку сынишке, видела скулящего мужа с разбитым лицом. Странно было видеть в пришибленной позе того, кто угрожал моей жизни всего несколько часов назад. Гада, который в присутствии жены поливал шампанским любовницу в ванной. Человека, собиравшегося отвезти меня с его собственным ребёнком на дачный “курорт”. Каким же жалким был этот садист сейчас. Стонал на все лады, зажимая рот, оттуда сочилась кровь сквозь пальцы, муж сидел на стуле, повесив голову и раскачиваясь.

Я слышала повизгивания Нонны. Она усердно кивала головой, тыкала пальцем в своего любовника, старательно что то писала в ужасе посматривая на помощника адвоката и на полицейских, окруживших её.

Нечаянно перехватила на себе взгляд мужа на себе. Растерянный, жалкий.

Так противно было. Стоило Максима хорошенько напугать — мой тюремщик сразу стал таким шёлковым. Трус! Гад!

Адвокат подошёл ко мне, чуть слышно прикоснулся к моей руке, я встретилась с его внимательным, въедливым взглядом. Иван Иванович всматривался в моё лицо, потом повернулся к Илье:

— Надо ехать в судмедэкспертизу, я сейчас сброшу вам телефончик, — зафиксируете побои.

— Это я ударилась, — мне, как всегда, хотелось всё объяснить, всех оправдать, — Это когда муж впихивал меня в машину, я ударилась. Муж меня не бил.

Надо было видеть глаза адвоката. Сколько в них было сочувствия, он продолжил, обращаясь к Илье:

— Так вот, надо поехать, снять побои, там опишут всё правильно для суда, — повернулся ко мне: — Надеюсь, на малыше нет таких следов?

Я помотала головой,

— Нет, мой муж не такой.

— Поживите с ним ещё пару лет — будут следы и на вас и на ребёнке.

Илья нежно потрепал меня по плечу:

— Даша, собирайся, поехали.

И тут потихоньку, откуда то издалека до меня стали доползать болезненные тянущие спазмы внизу живота. Что же за гадство такое. Как только всё стало хорошо, у меня всё сильнее и сильнее стал болеть живот. Низ живота.

Илья что то спрашивал меня, говорил собрать сумку с вещами, я ответила, что все вещи у Наташи дома, хотела вспомнить про коляску, что я бросила на тротуаре вчера (уже позавчера) утром, но тут меня скрутила такая схватка, я сцепила зубы и тихо простонала.

Илья о чём-то договаривался с адвокатом, взял Матвея на руки, сын, как ни странно, прижался к Илье, как к родному. Мужчина подхватил меня под руку, нежно, но твёрдо, не давая времени задать вопрос потащил к выходу. Уже в лифте я разогнулась, вроде бы меня отпустило, с благодарностью смотрела на Илью.

— Мы сейчас поедем к Наташе? — всё, решила, пока Наташка не приедет, больше из её дома ни ногой.

— Ко мне поедем. Жить у меня будем.

— Нет, нет. Я не могу. Я, конечно, вам, в смысле тебе, благодарна, но пожалуйста, не ставь меня в неудобное положение, Илья.