Чтение онлайн

С Гаром всё было непросто. Он раздул такой скандал, намереваясь вернуть свой завод, но ничего не вышло. Я всё же продала его. Теперь все козыри были на моих руках, и ему ничего не оставалось, как уехать из города, потому что всё, что он строил, было разрушено.

Деньги Кристине выплатила полностью, и больше мы не встречались. Не знаю, стали они для неё спасением, но для меня то видео было именно им. Преображенский лишился всего, я позволила забрать только личные вещи. Всё остальное, даже тот подарок в качестве ресторана, который он намеренно оформил на моё имя, чтобы запутать следы, показывая, какой он любящий и внимательный супруг, я получила в личное распоряжение.

Не знаю, что случилось с Ритой, и стали ли они родителями, ведь ДНК пришло положительное, Гар был отцом ребёнка, но я построила вокруг себя стену, за которую Преображенскому было категорически нельзя заходить.

Мать смотрит, и я вижу, как блестят её глаза.

– Ой, давай без этого, - сама шмыгаю носом, будто впитывая от неё сентиментальность.

– Ты же повторяешь мою судьбу, - говорит мне внезапно, и отчего-то не по себе. – Твой муж – предатель, но сейчас будешь счастлива с тем, кого никогда не ценила. Я ведь тоже не разглядела Яна. А теперь, - она разводит руки в стороны, - могу познать, что такое, когда тебя действительно любят.

Поднимаюсь с места, потому что визажист закончила, и мать помогает надеть платье. Снова белое, но уже куда проще предыдущего. Теперь всё скромнее, но выглядит оно волшебно. Атласная ткань покрыта тонким кружевом. Плечи слегка оголены. Никаких рукавов, только небольшие ажурные лямки, будто невесомые, приятно ласкают кожу. Платье буквально повторяет каждый изгиб, разделяя лиф и низ серебряным выбитым поясом. Длина миди, как я люблю. Волосы успели отрасти, и уложены волнами назад.

Смотрю на себя в зеркало, держа в руках небольшой букет, и мать напоминает о прозрачных белых коротких перчатках. Небольшой, но весомый аксессуар.

– Готова? – интересуется, и я киваю.

Встаю около окна, спиной к двери, ожидая, когда за мной придёт жених. Странно осознавать его в такой роли. Ещё недавно желала ему счастья, надеясь, что он найдёт его с Катей, сейчас же сама готова сказать «Да». Слышу, как открывается дверь, и уверена, что он застыл, не в силах ступить шага. Комната заполняется оглушительным стуком, так звучит его сердце, он взволнован, и воздух бьётся пульсом Дани. Замерла. Он сам дойдёт, нельзя портить ритуал. Касается плеча, и я тут же поворачиваюсь, а он смотрит испуганно, затаив дыхание, словно боится, что я сейчас растворюсь в воздухе.

– Неужели, это правда?
– выдыхают его губы, и ладонь ложится на мою щёку. Мы говорим глазами, слишком давно знакомы, что порой слов не надо. И я благодарна всем, что нас не торопят.

– Не могу подобрать слов, - снова шепчет, будто обычная громкость голоса как-то убьёт момент. – Ты … - задумывается над фразой, - ты как ангел, - пожимает плечами. – Я так мечтал об этом дне. С того самого момента, как мы поцеловались.

Вызывает улыбку, и я трусь щекой об его ладонь, а потом прикладываю палец к своим губам, предлагая повторить.

Не знаю, сколько было в моей жизни поцелуев, но этот какой-то особенный, и, когда прихожу в себя, оторвавших от губ Дани, понимаю, что секунду назад была где-то не здесь.

Мы выходим, чувствуя на себя взгляды и слыша шёпот некоторых гостей, основная часть соберётся потом в банкетном зале, сейчас только самые близкие. Ева успела перекочевать к Лейле, и я подхожу проверить, что у малышки всё хорошо.

Конечно, скрывать Гара от неё не стану. Пусть лучше узнает правду от меня, чем от кого-то со стороны. Со временем она поймёт, что Даня – лучший отец на свете, потому что я понимаю, что он будет самым замечательным мужем. Возможно, во мне говорит счастье, и со временем эйфория пройдёт. Но у нас останется уважение и любовь, ведь что сейчас я понимаю: она всегда была во мне, просто я до конца не отдавала себе отчёта в этом. А теперь её выпустили из-за двери, и я стою, держа руку своего любимого мужчину, чувствуя его и свой трепет, и отвечаю

«Да, согласна».

– Дань, может не надо? – смеюсь, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Но он подхватывает на руки, внося меня через порог своей квартиры.

– Всё по ритуалу. Если у тебя уже было, не отнимай приятные моменты моей жизни, - шепчет в ухо, и моё тело покрывается мурашками.

Свет подъезда проникает недалеко, в комнате темно, потому, когда Даня всё же включает лампу, удивлённо ахаю, не веря своим глазам.

Я сама настояла на том, чтобы мы приехали сегодня именно сюда. Мне не хотелось гостиниц с брачными номерами. Сразу отмела свой дом, потому что он навевал слишком много плохих воспоминаний. Лела предлагала снять коттедж за городом, постоянно показывала варианты, но мне хотелось чего-то маленького и уютного. Квартира Дани меня вполне устраивала. Ведь именно здесь я начала понимать, что он для меня не просто друг.

– Когда ты успел?
– улыбаюсь, не отрывая глаз от украшенной гостиной, пока Даня ставит меня на пол.

– Это мама, - пожимает плечами, закрывая за нами дверь, а я испытываю благодарность к ней. Даже сегодня Ева осталась не с моей матерью, а с родителями Дани, и я полностью доверяю им. Они смогли вырастить такого доброго сына.

Чувствую подступающие слёзы, но не оттого, что плохо. Это во мне говорит счастье. Кажется, не существует сейчас никого в мире счастливее меня. Да, мне пришлось пройти через многое, чтобы обрести то, что у меня есть, но винить в этом могу только себя.

Иногда я задумывалась. Если бы увидела в Дане мужчину раньше, как бы всё сложилось? И понимаю. Теперь стану ценить его больше, потому что знаю, что верные и преданные мужчины – на вес золота. Наверное, мне следовало пройти школу жизни, чтобы прийти к этому.

Чувствую спиной, что он рядом. Не поворачиваюсь. По моей талии скользят его руки, обвивая тело, укладывается подбородком на плечо, а я размещаю ладонь на щеке Дани. Лела хотела сделать сюрприз – ей удалось. Даже в мелочах она щепетильна.

Под потолком вжимаются макушкой белые и золотые шары, словно облачка попадаясь то там, то тут. Шторы нитки светлых оттенков создают какое-то подобие лабиринта. Диван устелен белоснежным покрывалом, и повсюду акцентами выделены белые вазы с цветами, паутинка тончайшей материи, драпирующей поверхности. Признаться, выглядит это всё, как снежный волшебный лес.

– Ну что, госпожа Фридман, - слышу в голосе Дани улыбку, - готова?

Сердце ухает в груди, словно это и впрямь наша первая ночь. Нет, не первая, но брачная. Для меня вообще ни в чём не первая, ведь был ещё Преображенский. Был. Слово используется в прошлом, и меня это вполне устраивает.

Поворачиваюсь к Дане, даря поцелуй, и чувствую дрожь, проходящую по его телу. Я люблю его, но мои чувства ничто по сравнению с тем, что испытывает он. Не стану мериться с ним в этом, всё равно проиграю. Да и нужны ли нам подобные игры?