Чтение онлайн

— Тогда садись в машину, — говорит он после короткой паузы. Голос хрипловатый, будто он всю ночь не спал.

Дима берёт меня под руку и провожает к своему авто. Его ладонь горячая, сильная, но я чувствую, как он сдерживает себя, чтобы не сжать мою руку слишком крепко. Открывает дверцу, помогает сесть.

— А с тобой, предатель, мы ещё поговорим, — оборачиваюсь к Лёше, который сидит сзади.

— Я не сделал ничего плохого, мам. Но на всякий случай прости, — бурчит он, пряча взгляд.

— Я подумаю.

— То есть ему достаточно сказать прости, а я должен и луну с неба, и аленький цветочек, и в ноги упасть? — шутливо возмущается Дима, но уголки его губ всё-таки дрогнули.

— Каков проступок, таково и наказание, — отвечаю я, приподнимая бровь и вдыхая аромат букета.

С удивлением понимаю, что меня, кажется, не тошнит. Только лёгкая слабость. Неужели токсикоз наконец-то отступает? Странное чувство, после всего пережитого даже мелкие улучшения воспринимаются как подарок судьбы.

Дима помогает занести домой сумку. Он ставит её на пол и не уходит. Ходит по кухне, будто ищет повод задержаться.

— Я приостановил доставку еды, когда ты попала в больницу. Но уже написал им, чтобы снова привозили. Так что не напрягайся сильно с готовкой.

— Хорошо, не буду. Но Лёша сегодня хотел зайти на ужин…

— Закажи ему пиццу.

— И для чего ему тогда ехать ко мне? Пиццу он и с друзьями может поесть.

— Ради общения, конечно, — чуть улыбается Дима. — Он ведь поймёт, что тебе нельзя напрягаться.

— Ты преувеличиваешь… — качаю головой, но внутри теплеет. Его забота, пусть и излишняя, всё равно трогает.

— Если с тобой что-то случится… с вами… — он сжимает руки в кулаки, словно пытается удержать собственное волнение. — В общем, будь осторожна.

— Обещаю.

Я вдруг ловлю себя на мысли: может, этот месяц действительно нужен не только ему, но и мне. Чтобы окончательно понять — всё ли внутри умерло.

Дома сидеть ужасно скучно, оказывается. Особенно тогда, когда тебе нельзя делать практически ничего. Только лежать, спать и есть. На второй день я уже буквально лезу на стену от безделья.

Всё раздражает: даже кот соседки, который у меня на временной передержке, ходит вокруг и с подозрением смотрит, почему хозяйка вдруг так много времени проводит на диване. Сериалы уже не могу смотреть, будто всё сливается в один длинный поток одинаковых лиц и сюжетов. Книги пока спасают, но и они быстро утомляют. Хочется движения, суеты, чтобы мозги наконец заработали на полную мощность.

Поэтому я выцепляю Галю и Маринкиного мужа, Сашу, и мы устраиваем созвон. Ставлю телефон на подставку, наливаю себе чай, укутываюсь в плед. Всё равно ощущение, что в комнате стало теплее, только когда их лица появились на экране.

— Я больше не могу, — начинаю без прелюдий. — Саш, Галя, вы что-то уже начали делать в направлении нашей школы английского?

— Я сделал самый простой сайт пока, — отзывается Саша, поправляя наушники. — Никаких финтифлюшек и красивостей, чисто функциональность.

— Нам и не надо пока, — машу рукой. — Главное, чтобы был рабочий. Теперь нужно найти первых учеников. У меня несколько студентов спрашивали, могу ли я с ними позаниматься дополнительно. Думаю, могу предложить им.

— Ага, и у меня тоже есть, — подхватывает Галя. — Ой, Лид, а на кого мы будем оформлять школу? Давай лучше ты. Ты более ответственная и спокойная. А то я натворю дел, ахах.

Да уж, это правда. Галин взрывной характер не раз приводил к тому, что потом всем приходилось “разруливать”. Она действует быстро, импульсивно, зато без неё наша команда была бы скучной и медлительной.

— Хорошо, — вздыхаю. — Только я смогу заняться этим через неделю.

— Сейчас же всё можно оформить онлайн, — машет рукой Галя. — Личное присутствие требуется по минимуму. Получишь свою электронную подпись чуть позже. А всё остальное сделаем сейчас. Даже через банки можно.

— Ого, — удивляюсь. — Я как-то не касалась этой темы.

— Я решила не терять времени, пока ты была в больнице, — гордо сообщает она. — Ещё думаю, надо рекламу нашего сайта запустить.

— Дима свой онлайн-университет рекламирует постоянно, — говорю задумчиво. — Я могу узнать у него, что и как.

— Постой-ка, — прищуривается Галя. — С каких это пор Толмацкий снова стал Димой? Я о чём-то не в курсе?

— Девчата, я отключусь, окей? — Саша поспешно поднимает руки. — Если буду нужен, пишите-звоните.

Ему явно не до наших женских разговорчиков. Мы с Галей переглядываемся, точнее, смотрим друг на друга через экраны, и синхронно усмехаемся.

— Дима с Лёшей меня вчера встретили и привезли домой, — спокойно сообщаю.

— Та-а-ак… — протягивает Галя с таким выражением, будто сейчас достанет попкорн.

— Мы поговорили. И я согласилась дать ему месяц, попробовать наладить отношения.

— Мать… — Галя медленно качает головой. — Ты уверена?

Я отвожу взгляд. На кухне тихо гудит холодильник, чай уже остыл. Да, я понимаю её сомнения, сама их разделяю. Но в ЗАГС мы вчера так и не пришли. Так что формально остались мужем и женой.

— Не очень, — честно признаюсь. — Но он ведь отец… Я должна хотя бы попытаться.

— Красотка, ну-ка посмотри мне в глаза, — приказывает Галя, подаваясь ближе к камере.

Я поднимаю взгляд на экран. Её лицо заполняет всё изображение, серьёзное, почти суровое.

— Всё понятно с тобой. Болезнь неизлечима.

— Какая ещё болезнь?

— Любовь, Лида, — говорит она с тяжёлым вздохом. — Не отпустила ты своего Диму. По взгляду твоему побитому вижу, что простишь ты его как миленькая. Стоит только твоему Ромео чуть поднажать.

— Откуда такая уверенность? — фыркаю, хотя внутри неприятно кольнуло, потому что в её словах слишком много правды.

— Если бы ты не хотела, — продолжает Галя, — ты бы его вчера силком притащила в ЗАГС и дело до конца довела. А твои эти “испытательные сроки”... фикция.

Я чувствую, как внутри закипает раздражение, не на неё, а на то, что она так метко подмечает мои слабости.

— Галя, ты иногда бываешь ужасной, — сообщаю ей, натягивая плед повыше.

— Зато честной, — ухмыляется она. — И не говори потом, что я не предупреждала.