Чтение онлайн

Она смеётся, тянется к нему и вытирает свою помаду с его губ. От их прощаний мне становится тошно. Мало того что муж — вот так по-скотски ведёт себя, так ещё и всей прислуге демонстрирует это!

Отхожу от окна, возвращаюсь в постель. Если раньше и были какие-то сомнения, то теперь я уверена, что всё делаю правильно! Этот человек должен ответить за все свои грехи. За всю ту боль, которую мне причинил!

Нет, это не обиженная любовь во мне говорит, а задетая гордость.

После проводов своей ненаглядной Мирон идёт ко мне.

– Я, кажется, попросил тебя не хамить Альбине. – с угрозой говорит муж – Она очень расстроилась.

Значит, услышала моё пожелание?

– Расстроилась? Очень жаль. – издевательски отвечаю я.

– Ты не учишься на своих ошибках? И продолжаешь испытывать моё терпение!

– Твоё терпение? Мирон, ты прилюдно целуешь свою любовницу! Как мне к ней относиться?

– С уважением.

– Я не собираюсь уважать тех, кто не уважает меня! – горько усмехаюсь я – Ты любишь её. Хорошо. Я принимаю это. Тогда отпусти меня! Дай мне развод! Пожалуйста, Мирон!

Знаю, что напрасно прошу. Раньше он был для меня главным мужчиной. Добрым, заботливым! Сейчас я понимаю, что это был витраж, через который я смотрела. И он разбился, показывая реальность.

– Мы это уже обсуждали, Аня. Сначала ребёнок.

Лежать на постели сразу стало как-то неуютно. Спрыгнула с удобного матраса по другую сторону от мужа. Голова резко закружилась. Мир попытался перевернуться, но я быстро присела, не давая себе упасть на твёрдый пол.

– Аня! Что с тобой?

Ни тревоги, ни интереса, только стандартный вопрос.

– У меня голова закружилась. Я же говорила, что мне нужно на обследование. У меня гематома в мозгу была после избиения.

– Я думал, ты специально это говоришь. Чтобы задеть меня.

Теперь в его голосе слышалась неуверенность.

– Ну, как видишь, нет. Ты хочешь, чтобы я выносила ребёнка, но не заботишься о моём здоровье!

Добавлять, что голова у меня может закружиться на лестнице и привести не только к потере планируемого ребёнка, но и к моей смерти не стала. Не стоит давать ему хороших идей! А то ещё Альбине передаст. И она воплотит эти слова в жизнь!

– Хорошо. Я запишу тебя на полное обследование!

Он вышел из моей комнаты, а вскоре вообще покинул поместье. И я вздохнула свободнее.

От приёма осталось много еды. Я нагребла себе на тарелку кучу канапе и закусок, взяла холодного сока и пошла загорать в сад. Остаток дня прошёл спокойно.

Через две недели в поместье приехал Михаил. Он вёл себя вежливо и учтиво, но мне всё равно было тревожно.

– Мирон Львович приказал отвезти вас на обследование.

– Хорошо. Я соберусь и спущусь.

Спрашивать о договоре я не стала. Даже у стен есть уши. И мне бы не хотелось ни себя подставлять, ни его.

Для обследования я выбрала мягкие спортивные штаны, свободную футболку и худи в тон со штанами. Одеваться нарядно для посещения больницы я не видела смысла.

Волосы убрала в высокий хвост, провела тушью по ресницам и увлажнила губы. Спустилась по лестнице.

Михаил ждал меня в холле. Он открыл дверь, пропустил меня вперёд. Мы сели в машину, выехали из ворот. Я приоткрыла окно и вдохнула полной грудью. За пределами поместья даже воздух казался другим!

Дышалось вкуснее и свободнее! Но на моих ногах и руках всё ещё были невидимые кандалы.

– Михаил, какие новости по моей просьбе?

Он бросил на меня странный взгляд через стекло заднего вида.

– Вы ещё не передумали?

– Нет! И не передумаю! Свобода – это всё, что меня интересует!

Водитель помолчал, потом достал из внутреннего кармана фотографию и протянул мне.

Пришлось зажмуриться, чтобы сдержать эмоции. Ведь на меня смотрел Матвей! Его васильковые глаза проделывали дыру в моей душе!

– Вам знаком этот человек? – отстранённый голос Михаила вывел меня из прострации.

Он вёл машину, но всё равно иногда посматривал на меня через зеркало.

– Да. – я не видела смысла врать сейчас.

Мы общались на приёме, и внимательный агент ФСБ мог это заметить.

– В каких отношениях вы состоите?

Сглотнула, не зная, что ответить. Сказать, что люблю его так, что иногда больно? Но ведь я прогнала его! Сама! Зачем сейчас впутывать его в эту историю? У него наверняка и так много проблем из-за меня!

– У нас был ничего не значащий курортный роман. – с трудом сказала я.

Эта ложь далась мне непросто, но я постаралась сделать её правдоподобной. Сунула фото обратно водителю, а потом откинулась на спинку сидения.

– Он приезжал на приём. – напомнил мне Михаил – Не похоже на мимолётный роман.

Всё-таки он заметил. А как же ещё? Не зря же наши спецслужбы свой хлеб едят.

– Да! Просто мимолётный роман! И вообще, я не понимаю, почему должна отчитываться перед вами! – фыркнула – Я хотела отомстить мужу, который мне изменил. Поэтому изменила ему в ответ! Довольны? Наша сделка в силе?

– Хорошо. Мне нужно было уточнить. – после паузы ответил фсбэшник – Капитан одобрил сделку. Бумаги у меня. Подпишите их и узнаете какая информация нам нужна.

Голос Михаила стал ещё более холодный, чем вначале. Теперь он старался не смотреть на меня и до конца поездки не проронил больше ни слова. Только передал мне конверт, чтобы я ознакомилась с договором.

Согласно ему, я работаю в качестве информатора на государство, а они выполняют мои условия. Конечно, лучше бы этот документ проверил юрист, но доверенных людей у меня нет, а обращаться к юристам Мирона – значит подписать себе приговор.

Приняв решение, не стоит медлить. Достала ручку из кармана на кресле и поставила подпись. Убрала обратно листы, закрепила бичевой и передала Михаилу.

Дело сделано. Я хотела стать информатором, но сейчас мне почему-то показалось, что я подписала контракт с дьяволом.

Клиника поразила меня шиком и богатством. На входе стояли огромные колонны. У лестницы сидели каменные львы. Та больница, куда меня отвезли сразу после избиения, по сравнению с этой казалась сельским сараем.

Водитель проводил меня до ресепшена. Я назвала фамилию мужа, и ко мне подошёл личный менеджер. Она пообещала меня сопровождать на всех этапах, взяла планшет с моей картой, и мы отправились на компьютерную томографию.