Чтение онлайн

Меч в руках Арагона сверкал багровыми отблесками чужого неба, рассекал плоть и чешую с той же холодной точностью, с какой он привык рассекать вражеские ряды.

Под боевой бронёй перекатывались мышцы. Каждое его движение излучало силу и власть. Он двигался, как сама смерть, обрушившаяся на порождение Бездны. Один точный удар — и чудище рухнуло к его ногам, разрезая воздух последним конвульсивным хрипом.

Но отдыхать Арагону не дали.

Из тени, там, где только что драли Генри, метнулась другая тварь — ещё более массивная, с выпученными глазами, с обрубленным хвостом, оскалив пасть до ушей. Она бросилась прямо на генерала.

Арагон присел, ловко уйдя из-под удара, и тут же развернулся, его клинок разрезал воздух дугой. Когти твари прошли в паре сантиметров от его лица, но он даже не дрогнул. Вторым движением он ткнул меч под чешуйчатую грудь. Глубоко, с силой, так, что вся туша затряслась и обмякла на клинке. С глухим стуком она рухнула на землю.

Генерал резко рванул оружие обратно, и в тот же миг его взгляд метнулся ко мне.

Я сидела на земле, с широко раскрытыми глазами, неспособная пошевелиться.

Шок, изумление, невозможность поверить в происходящее распирали меня. Он стоял среди поверженных тварей, высокий, мрачный, окровавленный, — и смотрел только на меня.

— Кьяр-ра!

Он не говорил. Он прорычал это. Но… я не слышала в этом голосе дракона. Совсем. Как и не видела жёлтого блеска в глазах. Он смотрел на меня тёмными, почти чёрными глазами. Глазами, принадлежащими, его человеческой части.

Грудь мужа тяжело вздымалась и опускалась.

Я не могла понять, о чём он сейчас думает.

Он сделал шаг ко мне.

Его броня на груди была заляпана кровью тварей. Мощные пластины этой брони, изготовленной из чешуи дракона, если присмотреться, были изрезаны когтями. На лице запёкшиеся следы других боёв.

Кожаные штаны, плотно облегавшие его бёдра, были все в пыли. В высоких сапогах на толстой подошве — по кинжалу.

Наручи на его запястьях были исцарапаны и исполосованы так, будто в них уже не раз вгрызались клыки. И, возможно, не раз они спасали моему мужу жизнь.

Он сделал шаг… потом второй.

Но не успел подойти ко мне.

Я увидела, как к нему со спины подкралась тварь — та самая, что схватила Генри и потащила прочь. Её пасть раскрылась, когти сверкнули.

Я распахнула глаза и закричала изо всех сил:

— Сзади! Арагон!

Рык и прыжок твари слился с моим криком. Мне казалось, он не успеет.

Слишком близко, слишком быстро.

Но он успел. Успел развернуться и вонзить клинок в живот твари. Но в следующее мгновение эта туша обрушилась на него всей своей тяжестью, придавила к земле. Я услышала глухой удар, скрежет металла о камень.

Сердце у меня оборвалось.

Боги… а вдруг он ранен?

А вдруг это всё — конец?

— Арагон! — сорвалось с моих губ. Отчаянье накрыло с головой.

Я перевернулась на колени, не чувствуя боли от камней и осколков костей, что впивались в кожу. Поспешно, неуклюже поползла к нему. Руки дрожали, дыхание перехватывало, слёзы застилали глаза.

Всё внутри кричало: «Только не он! Только не сейчас!»

Тяжёлая туша твари заслоняла его почти полностью. Я видела лишь край его сапога.

— Арагон, держись… слышишь? — мой голос сорвался на хрип.

Каждое движение давалось с трудом, но я тянулась к нему, вцепляясь пальцами в землю, в его сапог, в край брони.

Страх сжимал сердце, не оставляя ни капли воздуха. Казалось, ещё миг — и паника накроет меня окончательно.

Слёзы застилали глаза, я уже не видела, что под руками. Только понимала: если он не двигается — значит, всё.

— Арагон… нет, нет, нет! — выдох вырвался с надрывом, с рыданием. Я отталкивала тварь, но та весила слишком много. — Ты не смей! Не смей оставлять меня одну!

И в тот миг тяжёлая туша твари сдвинулась. Рывком, с яростным рычанием он оттолкнул её в сторону. Я вскрикнула и повалилась прямо на него. Он дышал. Живой. Живой!

Я потеряла контроль. Слёзы брызнули еще сильнее, я всхлипывала, хватала его за лицо, скользила руками по его груди, плечам, будто хотела убедиться, что он цел.

— Боги… я думала… я думала, что потеряла тебя! — я рыдала, не разбирая слов, хваталась за него снова и снова. — Я не выдержала бы… слышишь? Я не смогла бы!..

Я забыла о ненависти. Забыла о предательстве. Всё это разом слетело с меня, как шелуха, не имело больше значения. Я ведь никогда… никогда не желала ему смерти. Каким бы ни был мой гнев, как бы ни жгла изнутри обида. Он сильный, непоколебимый, дракон.

А сейчас я видела его на земле, залитого кровью, и сердце моё рвалось в клочья. Словно из груди вырывали саму душу.

Арагон сидел на земле, кровь струилась по его щеке. Он смотрел на меня, терпеливо, пока я тряслась над ним, вся в панике, вся в истерике. Трогала его, ощупывала. Искала серьезные раны.

Я не могла успокоиться. На меня столько всего свалилось. Я не выдерживала.

Арагон перехватил мои, блуждающие по его телу, руки. Сжал их одной рукой. Заговорил не сразу. Вглядывался в мое лицо. Сам осматривал меня.

А потом хрипло, властно произнес:

— Кьяра. Отставить панику.

Приказ Арагона остановил мою истерику. Я подавилась следующим всхлипом и удержала его в себе. Лишь смотрела широко открытыми глазами на мужа.

— Пришла в себя. Слава богам, Кьяра.

А потом он прижал меня к себе так, что захрустели кости в его объятиях. От него пахло не смолой и кедром, не его терпким родным запахом, а гнилой кровью тварей, гарью, металлом.

Я обняла его за шею, хотела вдохнуть прежний аромат — тот, что был всегда моим спасением. Но не почувствовала. Не ощущала его дракона.

Арагон поднялся вместе со мной, и я заметила, как тяжело ему это далось. Он удерживал меня за талию, словно боялся, что снова сорвусь куда-то. Продолжал осматривать меня.