Чтение онлайн

Аудитория грохнула от смеха.

— Рада, — взяв себя в руки, произнесла я, — что вы, мистер Норрингтон, наконец научились обращаться ко мне на вы. Значит, вы не так безнадежны, как казались. Мы сработаемся.

Кто-то снова засмеялся.

Сглотнув, я подошла к кафедре и обернулась.

Главное, чтобы они не заметили, как меня трясет.

Все-таки в воспитании адептов нельзя давать слабину.

Но, господи, как же болит сердце. Временами мне казалось, что я чудесно себя чувствую после развода, и совсем не болею, и даже не плачу, но иногда, если я вдруг чувствовала запах, который напоминал мне о Дерене, или видела высокую мужскую фигуру, или смотрела на красное — ощущение было таким, как будто я никак не могу пошевелиться, как будто потеряла что-то важное, часть моего тела, буквально: ногу, или руку, или способность дышать, или видеть.

Но сейчас не время наматывать на кулак сопли.

Большинство адептов сидели, стыдливо уткнув глаза в пол, только Норрингтон нагло ухмылялся с последней парты.

— Я надеюсь, у вас готово эссе, мистер Норрингтон?

— А что, вам мое эссе не понравилось?

Он ухмыльнулся шире, взлохматив белобрысые волосы.

Наглый. Невоспитанный. Слизняк.

— Такие эссе будете готовить для преподавателя по искусству создания иллюзий, к слову, получилось весьма слабо.

— Да ладно, вы поверили.

Убила бы.

— Поскольку, — отчаянно воюя с колотящимся сердцем, сказала я, — вы не готовы, за занятие вы получаете неуд и направление на отработку.

— Э! Слышь, ты…

— Вы. А мы пока продолжим. Тема сегодняшней лекции — отличие магических потоков живых и неживых предметов. Итак, начнем с определения…

— Ненужная хрень! — выкрикнул Люк

Аудитория загудела. Люк тут же обернулся к Норрингтону в поисках одобрения, и они ударили по рукам.

Имбециллы.

В дверь постучали, но я не обратила на это внимания. Кому нужно — зайдет и так. А снова вестись на иллюзии я не собираюсь. Это как-то несолидно. Как будто я не знаю, что они бывают не только визуальным, но и аудиальными.

— Несмотря на это, вы ее будете знать к концу семестра на зубок. Живыми предметами можно считать…

Стук повторился.

— …Те, которые…

Снова стук.

— …Генерируют магический поток. Также живые предметы отличаются такими функциями, как движение, дыхание…

Настойчивый стук.

Нет, нужно как-то другими словами объяснить, эти идиоты ничего не поймут. Магическая жестикуляция — сложная наука, а начинается она с азов, с изучения магических потоков. Придется, как маленьким, показать им табуретку и…

Стук.

— Может, откроете, мисс Эшборн? — скучающим тоном спросил Норрингтон.

Выдохнув, я вскинула взгляд.

— Да, откройте! — поддержал Люк. — Раздражает!

Ясно. Очередная ловушка.

Да пожалуйста.

— Мисс Круглова с недавних пор, прошу запомнить. Все ради учебного процесса, — проникновенно сказала я и направилась к двери.

Дернула на себя створку.

В коридоре стоял Дерен, который как раз занес руку, чтобы в очередной раз постучать.

В этот раз я не стала слушать, что он еще скажет.

Сразу же ударила по иллюзии огнем.

Но иллюзия почему-то не растворилась, а отшатнулась в сторону и рявкнула:

— Анджела, мать твою! Ты что творишь?

Ой. Паленой тканью запахло совсем не иллюзорно. Это что, настоящий Дерен?

Какого хрена он здесь забыл?

Сердце подпрыгнуло прямо к горлу, я застыла.

Дерен выпрямился — рукав форменного кителя обуглился и дымился. Из дыры прозаично торчал кровоточащий край локтя.

— Разве так встречают быв… — начал Дерен.

Я опять пальнула по нему огнем. Просто на всякий случай. Вдруг он все-таки мне чудится?

— Анджела! — рявкнул он, и на этот раз успел выставить щит.

Не чудится. Жаль.

— Что?

— Что? — Дерен опустил руки, убирая щит. — Это ты спрашиваешь “что?” Ты на меня напала!

Да, классно было.

— Откуда у тебя вообще столько сил? — удивился Дерен, осматривая царапину. — Ты снова можешь колдовать? В последние годы ты…

— Выспалась наконец, — перебила я.

Сейчас, когда обязанности леди уже были не моей головной болью, появились силы для атаки. С самого начала я была настолько слаба, что мне буквально приходилось каждый день выбирать, нагреть воды для утренней ванны себе или набросить на Дерена успокаивающие чары вечером. Обычно я выбирала второе и даже начала наслаждаться ледяным купанием по утрам. Убеждала себя, что это омолаживает, укрепляет и дисциплинирует. Сейчас я воду по утрам по-прежнему не грела, спокойствие Дерена лежало на плечах другой женщины, зато сил для того, чтобы приструнить нерадивых адептов или вот напасть на бывшего мужа, было предостаточно.

Бросив взгляд через плечо, я увидела любопытные мордочки адептов. Некоторые аж привстали с мест, пытаясь разглядеть, что происходит в коридоре.

Я поспешила закрыть дверь и обернулась к Дерену.

— Зачем ты пришел?

Он отвел взгляд от дыры на рукаве. Сегодня он выглядел таким же усталым, как и в прошлый раз. Та же напряженная линия плеч, морщинка между бровей, сжатые губы.

Что, Ана не справилась с тем, чтобы помочь любимому мужчине расслабиться? Ой как жаль, ой как жаль. Так бывает, Дерен, когда выбираешь молоденькую свиристелку.

— Помешал? — поднял он брови.

Что за вопрос? Он отупел за тот месяц, что мы не виделись?

— У меня занятие.

— Ясно. Все-таки еще не наигралась, — снисходительно ухмыльнулся он.

От злости зубы сжались. Спрятав руку за спину, я снова сцепила пальцы жестом “ви-пи” и замерла. Теоретически, я могла бы пальнуть по Дерену еще раз. Практически, у меня осталось не так уж много сил, а впереди занятие с Норрингтоном, где магия мне точно пригодится.

Пр-р-роклятие.

— Что тебе нужно, Эшборн? — прищурилась я и вздрогнула от того, как знакомо это прозвучало.

Кажется, эту фразу во времена моей учебы я говорила чаще, чем “Добрый день”.

— Уже Эшборн?

— Это ведь твоя фамилия, разве нет? Так что тебе нужно?

Мой голос звучал уверенно, а внутри от все тряслось от страха и от ощущения того, как неправильно и дико все происходящее. Как я могу разговаривать с Дереном как с чужим человеком? Как я могу грубить ему и стараться оттолкнуть? Это было так же неправильно, как если бы вдруг рыбы начали летать по воздуху, а птицы плавать в воде.