Чтение онлайн

Но как это сделать, когда я сам в этом до конца не уверен?

Прежде всего нужно было сделать анализ на отцовство, ведь если это действительно мой ребенок, ни о каком оправдании и речи быть не может. То, что я не помню произошедших событий, не снимает ответственность. Я вновь и вновь прокручивал события того вечера в голове. И уже не был уверен, что только лишь ужасная мигрень, голод и усталость послужили причиной того, что я уснул не в своей кровати. А что, если Вета дала мне не таблетку от головной боли, а снотворное? Я тут же отмел эту мысль. Во-первых, она не могла знать, что я попрошу лекарство, во-вторых, я сам выдавил его из блистера. Самый обычный парацетамол не вызвал бы такую реакцию.

Ровно в назначенное время я стоял у дверей Ветиной квартиры. Внутри все переворачивалось от воспоминаний о том, что здесь случилось несколько месяцев назад. Именно в этом месте я потерял семью, утратил любимую женщину.

Нажал на звонок и замер, ожидая, пока мне откроют, но Вета не торопилась. Я нажал еще несколько раз более требовательно. Прекрасно слышал его трели в квартире, но больше никаких звуков. На всякий случай подергал за ручку, но дверь ожидаемо оказалась заперта. Уже достал телефон, чтобы звонить Вете, когда соседняя квартира приоткрылась, в щели показался длинный нос, вслед за которым я увидел все лицо любопытной старушки.

— Доброе утро, — улыбнулся я, стараясь казаться вежливым. — А не знаете, где Елизавета?

— Знать не знаю, уехала куда-то с чемоданом пару часов назад, — с не очень довольным видом ответила бабка. — Чуть меня им не пришибла.

— Спасибо, — проговорил я и медленно развернулся к лестнице.

В голове проносилось множество вариантов. Она получила перевод и решила сбежать? Но почему? Ей же выгоднее тянуть из меня деньги и дальше. А что, если… Что, если она вообще не беременна? Что, если УЗИ поддельное?

Я готов был поверить во что угодно, спускаясь по ступенькам к выходу из подъезда и попутно набирая номер Веты. Почему-то думал, что та не поднимет трубку, но она ответила почти сразу.

— Паша, извини, — послышался ее твердый тон. — У отца случился инфаркт, мне пришлось срочно уехать.

На несколько секунд задумался: вранье или говорит правду? Не будет же она о таком лгать? Должно же быть для нее хоть что-то святое?

— Надеюсь, с ним все в порядке?

— Теперь да, он умер пару часов назад, — сказала девушка так, как будто говорила совершенно о чужом человеке.

У меня ком в горле встал. Слишком недавно я узнал о смерти собственного отца.

— Я могу чем-то помочь? — выдавил, не понимая, как себя с ней вести. Она казалась невероятно спокойной. Чересчур. Но, может, она все еще в шоке? Я сам долго не мог переварить вести о кончине папы. Не получалось в это поверить.

— Нет, но отложим анализ на несколько недель, я уехала в свой город, нужно организовать похороны и вступить в наследство на квартиру.

— Хорошо, конечно, — растерянно согласился я. — Вета, я тебя очень сочувствую, — все же выдавил напоследок.

— Не стоит, — все тем же деловым тоном сообщила она. — Он был тем еще козлом. — Не дав мне больше ничего ответить, Вета положила трубку.

Я застыл, глядя на потухший экран. Неужели у Веты все настолько плохо с родителем, что она так равнодушно относится к его смерти? Может быть, он ее бил? Или еще чего хуже?.. Не зря же она сбежала из дома, как только стала совершеннолетней. Юля наверняка знала, но спрашивать у нее я не собирался. Бывшая жена четко дала понять, что не хочет больше меня видеть.

Юля

Паша сдержал обещание: после того совещания, когда я дала ему пощечину, мы не виделись. Все вопросы решали уже привычным образом: через помощников, документами обменивались через курьеров. Я узнала, что у Веты умер отец, об этом рассказал мне Сергей, который, в свою очередь, получил эту информацию от Валентины.

Проигнорировала это, потому что просто не знала, как себя вести в такой ситуации. Вета не любила отца. Она считала его чужим человеком, ни разу не слышала от нее хотя бы одного доброго слова в его адрес. Не знаю, что она чувствовала, когда тот умер. Печаль? Облегчение? Да и нужно ли мне знать? Мы больше не подруги. Мы теперь тоже совершенно чужие друг другу люди. Так почему же меня это должно как-то волновать?

У меня было много других забот. К примеру, защита дипломной работы. Кстати, испытание прошло удачно, и я наконец вздохнула свободнее. Можно было прекратить зубрить материал ночи напролет. Я успешно сдала сессию и получила долгожданный диплом. Мысленно благодарила небо за то, что все перипетии случились со мной именно на пятом курсе, а не раньше. Долго в таком режиме я не протянула бы. К счастью, самое трудное осталось позади.

Стоял чудесный летний день, когда я полностью закрыла последнюю сессию, но не пошла отмечать это событие в кафе с одногруппниками, а полетела в офис, потому что из-за моего вынужденного отсутствия там накопилась куча бумажной работы. Да, у меня был секретарь, который избавлял от значительной части обязанностей, но все же многие документы без моего внимания оставить было нельзя. Только теперь я окончательно поняла, что руководить большой компанией, пусть даже совместно с другим акционером, — это значит не только встречаться с партнерами и инвесторами, проводить деловые обеды и ужины, совещания и планерки. Это еще и тонны документов, возы бумаг. И все они требовали моей подписи и подписи Паши. А отчим научил меня никогда не подписывать те бумаги, которые я не читала. Выучила это назубок и не собиралась пренебрегать наказом родителя, ведь знала, что он плохого не посоветует.

Я просматривала очередной отчет, когда в кабинет постучали.

— Юлия Александровна! — всунул голову в образовавшуюся щель довольный Витя. Он всегда обращался ко мне официально, если только мы не оставались наедине. — Можно?

После того случая на совещании, когда Паша, как собака, сорвался с цепи на нашего инженера, мы толком не говорили. Мне было очень неловко, что бывший муж так себя вел, и я ожидала, что Витя больше ко мне не подойдет, решив, что такое «счастье» ему не нужно.

— Конечно, проходи, — я улыбнулась и кивнула.

Сергей отлучился из кабинета, и можно было спокойно поговорить. Виктор сделал несколько шагов и вытащил из-за спины огромный букет желтых роз. У меня в голове сразу возникла песня, правда, про тюльпаны, но все же… вестники разлуки… Хотя, судя по выражению лица Виктора, ничего подобного в его планы не входило.

— Мне птичка на хвосте принесла, что большой босс защитила диплом. Поздравляю! — Он вручил мне цветы.

Я поднялась и с улыбкой приняла тяжеленный букет. Розы были крупные, яркие, мне даже захотелось их съесть.

— Спасибо, они очень красивые, — сказала я, борясь с искушением впиться зубами в мякоть лепестков. — Но почему желтые? Надеюсь, ты не испугался гендиректора и не собираешься нас покинуть? — замаскировала это под шутку и произнесла с улыбкой, но внутри вся напряглась. Хотела прощупать почву.

— С чего ты это взяла? — не понял мужчина.

— Ну как же, желтые цветы — символ разлуки. — Я аккуратно положила букет на стол.

Витя захохотал.

— Они просто мне понравились, это были самые яркие цветы в магазине, почти такие же яркие, как ты. Хотя… — Витя медленно обошел стол и, встав в шаге от меня, аккуратно поднес руку к лицу и легко намотал на палец мой локон. Волосы вились, когда я их специально не укладывала и не выпрямляла. — Хотя до цвета твоих волос им далеко.