Чтение онлайн

— Спасибо.

Павел как будто не знал, что еще сказать. Или собирался с силами, что более вероятно, ведь зачем-то же он мне позвонил!

— Юль, мне Бауфман вчера прислал приглашение на благотворительный бал.

Как раз перед тем, как бывший муж нарушил мой покой, я проверяла почту. Бросила взгляд на монитор, увидев письмо от директора центра эндопротезирования. Кликнула на него, выхватив несколько строк из послания.

— Да, я тоже получила приглашение.

— Знаю, ты не горишь желанием меня видеть, но если мы оба пойдем, то как представители одной компании должны…

Кажется, я услышала, как он сглотнул.

— Что? — не поняла я.

— Пойти на вечер вместе. Это было бы логично. Ну, как деловые партнеры, конечно, — начал тараторить бывший. — Но может пойти кто-то один из нас, — быстро добавил он, как будто боялся, что я возражу или вообще брошу трубку.

Несколько секунд я размышляла. Мы не виделись больше четырех месяцев. Конечно, я знала, что рано или поздно встреча случится. Мы будем работать вместе еще очень много лет. Даже если отчим вернется к управлению компании, я все равно останусь акционером, так что тут, как ни крути, а мы в одной упряжке. Я лишь надеялась, что пройдет время, и эмоции улягутся, чувства ослабнут, и мне будет легче общаться с ним так, как будто не было у нас тех уютных дней, романтичных вечеров и жарких ночей, как будто мы не просыпались по утрам в объятиях друг друга. Как будто не давали клятв верности…

Пауза затянулась, Паша кашлянул и проговорил:

— Если не хочешь, я схожу сам. Но кто-то из нас должен появиться, мы же даем крупную сумму на благотворительность, нужно будет сказать небольшую речь.

Он как будто оправдывался, я даже улыбнулась.

— Пойдем вместе, Паш. Все нормально. — Я вздохнула. — Наши взаимоотношения не должны влиять на работу компании. Там будет пресса, это отличный пиар для фирмы. Тем более такой повод.

— Хорошо, — бывший муж выдохнул. — Спасибо.

— За что? — не поняла я.

— За рассудительность. Федор Станиславович сделал правильный выбор, что передал все тебе. Ты отличный руководитель, Юль.

Не прощаясь, он отключился. Я застыла, глядя на черный экран телефона. Из уст Павла похвала звучала тягуче-медово, сладко. Этот звонок привел меня в замешательство, но все же оставил приятное послевкусие. В душе я радовалась, что он признавал мои заслуги. Мне очень важно было знать о том, что он уважает меня как своего партнера и что бы ни произошло между нами, это не повлияет на совместную работу.

До благотворительного вечера оставалось несколько дней, а мне снова требовались услуги стилиста, визажиста и парикмахера.

Паша

Я отчаянно хотел подойти к Юле, но не решался, лишь издалека наблюдал за ней, как последний трус прячась от ее взгляда. Она была великолепна! Грудь сдавливало от того, как выглядела она в черном коктейльном платье с корсетом и пышной юбкой по колено. Ткань искрилась серебристыми блестками в свете софитов, когда моя бывшая жена двигалась. Ее ярко-рыжие волосы были уложены в высокую прическу, легкий пучок, из которого будто случайно выступало несколько завитых прядей, обрамляя лицо.

Вокруг находились десятки гостей, приглашенных на благотворительный вечер: медийные личности, бизнесмены, инвесторы и деятели культуры. Все пришли сюда сегодня, чтобы собрать крупную сумму, которая пойдет на борьбу с детской онкологией. Наша компания всегда принимала активное участие в благотворительности, и этот год не стал исключением. Однако сейчас все эти люди казались мне несущественным фоном. Я смотрел только на Юлю.

В ней что-то поменялось, но я не мог определить, что именно. Нечто мимолетное, как будто несущественное, но одновременно очень важное. Она так мягко двигалась, плавно, будто лебедушка. Не замечал раньше в ней этого. Юля как будто слегка поправилась, но это только шло ей, потому что она всегда была очень худенькой, а теперь появились формы, от вида которых выть хотелось, что не могу к ней прикоснуться.

Она и раньше была красива, но сейчас от нее будто во все стороны расходилась невидимая глазу аура уюта. Может быть, мне так только казалось, потому что я безумно соскучился по ней. Хотелось подойти к ней, обнять, подхватить на руки и унести с этого вечера, просто спрятать от всех, чтобы самому любоваться, трогать, ласкать, любить… Я думал, что чувства немного приглушила разлука. Но, видя Юлю, окруженную другими людьми, не мог сдержать бешеного сердцебиения.

Все эти месяцы в разлуке, пока я занимался наследством и заключением сделок для открытия новых филиалов, тосковал по Юле. Старался отвлекаться, но это не всегда получалось. А теперь, увидев ее, понял, что тоска достигла апогея. Вот эта девушка, по которой я схожу с ума, совсем близко, а я не могу подойти к ней и по-хозяйски приобнять за талию. Не могу пригласить на танец, не могу поцеловать даже в щеку. Невыносимое чувство!

Хватит, Паша! Соберись! Ты жил как-то без нее, и сможешь жить и дальше. Сначала будет трудно, но с каждым годом будет становиться все проще и легче думать о ней только как о бизнес-партнере.

Успокаивал себя как мог, только это не особо помогало. Между тем у меня были вопросы первостепенной важности. Как только прилетел, тут же написал Вете. Мы так и не сделали анализ на отцовство, и это меня угнетало. Из-за вынужденного отъезда Веты, а потом и моего мы не смогли встретиться. Эта беременность совсем не вписывалась в мою жизнь. И хотя я обещал, что больше не дам Вете ни копейки, пока не узнаю, мой ли это ребенок, все же регулярно отправлял ей деньги. Не мог иначе. А вдруг я не прав? Вдруг догадки, что я просто не мог изменить Юле, неверны? Да, я ей этого никак не докажу. Но мне важно было знать самому.

Однако я по-прежнему не мог понять, что не так с моими воспоминаниями. Мозг как будто блокировал часть событий от меня самого. Я был почти уверен, что упускаю из виду нечто очень важное, какую-то деталь, которая помогла бы понять, увидеть всю картину целиком.

Бал проходил прямо в актовом зале центра эндопротезирования. Бауфман лично организовывал благотворительный вечер. Я прекрасно его понимал, одним выстрелом он убивал двух зайцев: помогал детям и делал отличную рекламу клинике. Пригласили кучу прессы, я видел камеры и журналистов с микрофонами. Они подходили то к одному, то к другому гостю. Заметил, что они приблизились и к Юле. Та лучезарно им улыбалась и что-то рассказывала на камеру. Я знал, что она не любит общаться с незнакомыми людьми, но со стороны об этом и не скажешь. Так ею залюбовался, что упустил момент, когда она закончила говорить и обвела зал взглядом, наткнувшись им на меня.

Я встрепенулся и попытался сделать вид, что только что пришел. Поправил бабочку и собирался идти к ней, когда понял, что она сама, кивнув журналистам, направилась в мою сторону. Душа ушла в пятки. Хотелось бежать, словно маленькому мальчику. Куда угодно, лишь бы подальше от ее взгляда!

Юля

Я пришла раньше Паши. Вечер был организован великолепно. Нечасто в своей жизни я посещала такие мероприятия, хотя отчим брал меня и маму несколько раз на благотворительные балы. Но сейчас все было по-другому. Я пришла одна. А деловой партнер и по совместительству бывший муж куда-то запропастился!

К счастью, скучать не пришлось. Сначала меня встретил хозяин вечера. Мы с Бауфманом поговорили, не о делах, этого и так у нас было с избытком. Мы часто с ним созванивались. Нет, мы побеседовали о каких-то ничего не значащих вещах, потом ко мне подошли другие знакомые по работе. Сказать по правде, здесь оказалось много тех, с которыми я так или иначе уже контактировала. И все же я искала в толпе глазами Пашу и не находила, от этого ощущая себя неуютно.

А потом ко мне подошли журналисты, на пару минут я отвлеклась, а когда мы закончили разговор на камеру, я наконец его увидела. Сердце ушло в пятки, а меня всю словно кипятком обдали. Почувствовала головокружение, которое уже давно меня не беспокоило. Старалась не показывать виду, что он настолько волнует меня. Невозможно так относиться к человеку. Нельзя любить предателя. И я никогда ему в этом не признаюсь, но, господи, как же трудно снова видеть его и знать, что он чужой!