Чтение онлайн

Возвращаю всё на места и быстро осматриваю остальную часть кабинета. Книжный шкаф, диван для посетителей, бар с дорогим алкоголем. Взгляд цепляется за корзину для бумаг. Заглядываю внутрь – обычный офисный мусор. Но под скомканными листами обнаруживаю смятый конверт. Разворачиваю его. Внутри – карточка из бутика женской одежды. «Спасибо за покупку! Ваш заказ: платье вечернее, туфли, комплект белья». Сумма с четырьмя нулями. Дата – две недели назад.

Никогда не видела ни этого платья, ни туфель, ни белья. Потому что они не для меня.

Слышу шум наверху… дети готовы. Быстро возвращаю всё на место и выхожу из кабинета. Сердце колотится, но не от страха быть пойманной. От ярости. От понимания масштаба лжи, которой я была окружена.

– Мам, мы готовы! – кричит Даниил сверху.

– Иду! – отзываюсь, стараясь, чтобы голос звучал нормально.

В музее нас встречает гул детских голосов и яркие интерактивные стенды. Даниил сразу бежит к макету сердца, внутри которого можно ходить, следуя за потоком крови. Ника более методично изучает стенды с информацией о мозге и нервной системе. Я следую за ними, делая вид, что полностью поглощена происходящим.

Ровно в двенадцать появляется Павел… улыбающийся, с пакетом сувениров для детей. Идеальный отец. Даниил бросается к нему с восторженными рассказами о том, что уже увидел. Ника более сдержанна, но тоже рада. А я... я наблюдаю за ними и думаю, как скоро эта картина счастливой семьи разобьётся вдребезги.

– Посмотрели уже что-нибудь интересное? – спрашивает Павел, подходя ко мне и легко обнимая за плечи.

Его прикосновение обжигает. Отстраняюсь под предлогом того, что хочу показать ему экспонат. Но в этот момент ловлю запах. Тонкий, едва уловимый аромат духов. Не моих. Сладковатый, с нотами ванили и чего-то цветочного. Слишком интимный для делового общения. Слишком стойкий, чтобы быть случайным.

– Что-то не так? – спрашивает он, заметив, как я замерла.

– Всё в порядке, – улыбаюсь, но чувствую, как эта улыбка искажает моё лицо. – Просто вспомнила, что завтра ранняя смена. Нужно будет пораньше уйти.

Он кивает, не замечая фальши в моём голосе. Или делая вид, что не замечает. И мы продолжаем экскурсию – идеальная семья на воскресной прогулке.

После музея – кафе-мороженое, как обещал Павел. Дети выбирают самые сложные комбинации с топпингами и сиропами. Павел шутит с официанткой – молоденькой блондинкой, которая слишком откровенно улыбается в ответ. Неужели я никогда раньше не замечала этого? Его флирт с каждой привлекательной женщиной? Или просто не хотела замечать?

Домой возвращаемся к вечеру.

– Хороший день получился, – говорит Павел, когда мы остаёмся вдвоём на кухне. – Давно так не выбирались всей семьёй.

– Да, хороший, – соглашаюсь, избегая его взгляда. – Я пойду готовиться к завтрашней смене.

Ухожу в спальню и запираю дверь. Мне нужно пространство, нужно подумать. Завтра – рабочий день, смена в больнице. Не могу позволить себе развалиться сейчас. Мои пациенты нуждаются во мне – собранной, профессиональной, сосредоточенной.

Но как сосредоточиться, когда жизнь рушится? Как смотреть на рентгеновские снимки и анализы, когда перед глазами стоят выписки с счетов и чужие духи на рубашке мужа?

Утро понедельника наступает слишком быстро. Собираюсь беззвучно, пока Павел ещё спит. Оставляю записку о том, что у меня ранняя смена и поздний приём, вернусь к вечеру. Обычное сообщение для обычного дня. Только теперь оно прикрывает совсем другие планы.

В больнице привычная суета отделения хирургии. Медсёстры с отчётами, ординаторы с вопросами, пациенты с их бесконечными страхами и надеждами. Я погружаюсь в работу, как в спасательный жилет – она держит меня на плаву, не даёт утонуть в водовороте личной трагедии.

– Доктор Федоркова, у нас поступивший с подозрением на перитонит, – сообщает медсестра Ирина, протягивая мне карту.

Киваю и иду к пациенту. Молодой парень, бледный, с искажённым от боли лицом. Задаю стандартные вопросы, провожу осмотр. Мои руки двигаются уверенно, профессионально пальпируя живот, отмечая симптомы. Мозг анализирует данные, строит диагностическую цепочку.

– Готовьте операционную, – говорю Ирине. – Перитонит, нужно срочное вмешательство.

В операционной время течёт иначе. Здесь нет места личным проблемам, сомнениям, боли. Есть только пациент, скальпель и моё мастерство. Работаю методично, каждое движение выверено годами практики. Нахожу источник воспаления – прободение аппендикса. Удаляю, промываю брюшную полость, ушиваю.

Три часа пролетают незаметно. Выхожу из операционной уставшая, но с чувством выполненного долга. Одна жизнь спасена. Если бы только так же легко можно было спасти мою семью, мой брак.

– Елена Викторовна, вы сегодня какая-то рассеянная, – замечает Ирина, когда мы идём по коридору. – Всё в порядке?

– Да, просто не выспалась, – отмахиваюсь я. – Много дел было на выходных.

Она кивает, не настаивая. Ирина знает меня много лет, работаем вместе с моей ординатуры. Но даже ей я не могу открыться. Не сейчас. Может быть, позже, когда боль притупится, когда я сама до конца пойму, что происходит.

День тянется бесконечно. Между операциями и осмотрами пациентов ловлю себя на том, что проверяю телефон – нет ли сообщений от Павла. Обычно он пишет пару раз в день – спросить, как дела, напомнить о чём-то по дому. Сегодня молчит. Занят? Или просто не думает обо мне?

В обеденный перерыв сижу в кабинете, механически жуя сэндвич, и просматриваю социальные сети. Нахожу профиль Вероники Шелест. Открытый, полный ярких фотографий. Вот она на корпоративе компании Павла… тот самый вечер, когда я её встретила. Вот на какой-то презентации… в обтягивающем красном платье, которое подчёркивает каждый изгиб её фигуры. Вот на отдыхе – пляж, коктейли, загорелое тело в бикини.

Листаю дальше и натыкаюсь на фото, от которого сердце пропускает удар. Селфи в ресторане. На заднем плане, чуть размыто, но узнаваемо – профиль Павла. Подпись: «Деловой ужин с лучшим боссом». Дата – три месяца назад. День, когда у Ники был важный концерт в музыкальной школе. День, когда Павел «не смог прийти из-за неотложных дел компании».

Закрываю профиль и откладываю телефон. Хватит. Сейчас я должна сосредоточиться на работе. На пациентах, которые ждут меня. На жизнях, которые зависят от моего внимания и мастерства.

Остаток дня проходит в тумане. Осмотры, консультации, обходы. Я функционирую как хорошо отлаженный механизм, не позволяя эмоциям влиять на работу. Но внутри – буря. Планы, решения, догадки, страхи.

Приглашение на юбилей компании Павла лежит на туалетном столике, пока я завершаю макияж. Десять лет «Федорков-Строй». Обычно я нахожу уважительные причины пропустить корпоративные мероприятия… дежурства, срочные операции, усталость. Сегодня я не могу позволить себе такую роскошь. Сегодня мне нужно быть там.