Развод. Пусть горят мосты
Шрифт:
Темно-синее платье облегает фигуру… строгое, элегантное, с небольшим вырезом. Надеваю серьги с сапфирами, подарок Павла на нашу десятую годовщину. Тогда я считала их символом нашей любви. Теперь понимаю… лишь попытка заглушить чувство вины.
– Ты потрясающе выглядишь, – говорит Павел, появляясь в дверях спальни. Его взгляд скользит по моему телу с привычным одобрением. Раньше от этого взгляда внутри разливалось тепло. Сейчас чувствую только холод.
– Спасибо, – отвечаю, нанося последние штрихи помады. – Не каждый день компания мужа отмечает юбилей.
Он подходит ближе, обнимает за плечи, и я вижу наше отражение в зеркале… идеальная пара. Успешный бизнесмен и его красивая жена. Картинка для глянцевого журнала. Фикция, в которую я так долго верила.
– Ты не обязана идти, если не хочешь, – говорит он, и в его голосе проскальзывает что-то похожее на беспокойство. – Знаю, ты не любишь эти мероприятия.
Интересно, он действительно заботится о моем комфорте, или просто предпочел бы, чтобы я осталась дома? Чтобы мог свободнее общаться с ней?
– Нет, я хочу пойти, – улыбаюсь, встречаясь с ним взглядом в зеркале. – Пора поддержать твой успех.
Что-то мелькает в его глазах – облегчение? разочарование? – но быстро исчезает. Он целует меня в шею, и я усилием воли подавляю желание отстраниться.
– Дети у твоей мамы? – спрашивает он, отходя к шкафу, выбирая запонки.
– Да, до завтрашнего вечера, – киваю я, вспоминая, как Ника обняла меня перед уходом крепче обычного. Моя чуткая, внимательная девочка. Чувствует ли она, что в нашей семье что-то не так?
Павел выбирает запонки, которые я подарила ему на прошлый день рождения. Маленький жест внимания, который должен убедить меня в его любви? Или просто привычка?
В машине мы молчим. Я смотрю в окно на проносящийся мимо город, думая о том, что ждет меня сегодня. Вероника будет там. Конечно, будет – PR-менеджер на юбилее компании. Я увижу ее, буду наблюдать за ней рядом с Павлом. Смогу ли сохранить самообладание? Не выдать себя? Смогу ли сыграть роль счастливой жены, не подозревающей о предательстве?
Ресторан встречает нас приглушенным светом и звуками джаза. У входа стенд с логотипом компании и поздравительными надписями. Фотограф щелкает камерой, увековечивая момент прибытия владельца с супругой. Павел притягивает меня к себе за талию… идеальная пара, идеальная семья.
Внутри уже многолюдно. Сотрудники, партнеры, клиенты… все в вечерних нарядах, с бокалами шампанского, ведущие светские беседы. Павел сразу оказывается в центре внимания – рукопожатия, поздравления, похлопывания по плечу. Я стою рядом, улыбаюсь, киваю, играю роль преданной жены.
И тут я вижу ее.
Вероника Шелест стоит в противоположном конце зала, в окружении нескольких молодых сотрудников. Изумрудное платье с глубоким вырезом эффектно подчеркивает ее стройную фигуру. Светлые волосы уложены в сложную прическу, открывающую шею и плечи. Она смеется над чьей-то шуткой, запрокидывая голову, и несколько мужчин вокруг смотрят на нее с нескрываемым восхищением.
Сердце пропускает удар. Она красива. Молода. Полна энергии и жизни. Я пытаюсь найти в ней изъяны, недостатки, что-то, что позволило бы мне почувствовать превосходство. Но не нахожу ничего, кроме очевидной молодости и свежести, которые я давно утратила в бесконечной гонке между больницей, домом и детьми.
– Елена, рада видеть вас! – к нам подходит Марина, главный бухгалтер компании. – Вы сегодня прекрасно выглядите.
– Спасибо, – улыбаюсь я, с трудом отрывая взгляд от Вероники. – Поздравляю с юбилеем компании. Ты с самого начала с Павлом, верно?
– С первого дня, – кивает она с гордостью. – Помню, как мы начинали в крошечном офисе с протекающей крышей.
Мы погружаемся в светскую беседу, но я продолжаю краем глаза наблюдать за Вероникой. Она перемещается по залу с грацией танцовщицы, останавливаясь то у одной группы гостей, то у другой. Профессионально улыбается, поддерживает разговор, следит, чтобы у всех были напитки. Идеальный PR-менеджер. И, очевидно, идеальная любовница.
Наконец наши взгляды встречаются. Секундное замешательство на ее лице сменяется широкой улыбкой. Она извиняется перед собеседниками и направляется к нам. Мое сердце бьется так сильно, что кажется, его стук слышен сквозь музыку.
– Павел Андреевич! Елена Викторовна! – ее голос звонкий, с легкой хрипотцой. – Как я рада, что вы смогли прийти, Елена. Павел говорил, что вы очень заняты в больнице.
«Павел говорил». Они обсуждают меня. Конечно, обсуждают. Интересно, что еще он рассказывает о своей жене?
– В такой день я не могла не прийти, – отвечаю с улыбкой, которая, надеюсь, выглядит искренней. – Компания – важная часть нашей семейной жизни.
Я специально подчеркиваю слово «семейной», наблюдая за их реакцией. Вероника сохраняет безупречную улыбку, но Павел едва заметно напрягается. Его рука на моей талии сжимается чуть сильнее необходимого.
– Это точно! – Вероника кивает с энтузиазмом. – Павел Андреевич постоянно рассказывает о вас и детях. Особенно гордится Никой. Говорит, она невероятно талантлива в музыке.
Каждое ее слово – как удар ножом. Он говорит с ней о наших детях. Показывает фотографии? Видео с выступлений Ники? Делится семейными историями, которые должны оставаться только нашими?
– Да, она очень старается, – мой голос звучит нормально, хотя внутри все клокочет от ярости. – Недавно заняла первое место на городском конкурсе.
– Я знаю! – восклицает Вероника. – Видела видео. Это было потрясающе!
Видела видео? Откуда? Я не выкладываю выступления детей в социальные сети. Значит, Павел показывал ей. Делился самым сокровенным, самым личным… нашими детьми.
Павел кашляет, прерывая паузу, которая становится неловкой.
– Вероника, кажется, гости у бара нуждаются в твоем внимании, – говорит он с натянутой улыбкой. – Ты же знаешь, как важно, чтобы все чувствовали себя комфортно.
– Конечно, – она кивает с пониманием. – Елена Викторовна, было очень приятно поговорить. Надеюсь, мы еще увидимся сегодня вечером.
Она уходит, оставляя после себя шлейф дорогих духов. Тех самых, что я учуяла на рубашке Павла неделю назад.
– Приятная девушка, – говорю я, наблюдая за его реакцией. – И, кажется, очень предана компании.