Чтение онлайн

Как бы я хотела противостоять эмоциям, притяжению. Прошлое близко. Остро понимаю, как отчаянно скучала по мужу… Это невозможно изменить. Выжечь. От этого раздражаюсь еще сильнее. Мне не нравится моя реакция. Зависимость, с которой не справиться.

Андрей.

Открываю дверь ресторана, пропуская Марианну вперед. Обвожу пространство вокруг расфокусированным взглядом. Близость жены мешает сосредоточиться.

Как же я истосковался по ней. Она стала еще красивее. Невероятно, ведь родила недавно. Не примчаться к ней сразу по выходу из тюрьмы было невероятно сложно. Но выхода не было. Чтобы справиться с соперником, пришлось провести очень хитрую многоходовку, настоящий квест с поддавками. Порывайлов клюнул. Угодил в ловушку, и в результате сейчас сам на скамье подсудимых. Ему от тюрьмы не отвертеться. Уже дает признательные показания, ноет, жалуется и готов на все, лишь бы срок хоть немного скостили.

А я наконец могу сделать то, чего желаю всем сердцем. Вернуть свою семью. Свою любимую жену.

Не хочу думать о том, что возможно поздно. Марианна могла забыть меня. Красивая, помолодевшая и похудевшая. Успешная. Этим вечером она на гребне волны. Собирает восхищенные взгляды людей, пришедших посмотреть на ее триумф. Мужчины пожирают ее глазами. Я и горжусь ею, и отчаянно ревную.

Одно знаю точно — ни за что не оставлю попыток вернуть ее, даже если мои шансы безнадежны. Отвоюю у злодейки-судьбы Марианну, любой ценой.

Я следил за жизнью своей семьи каждую гребаную секунду. Когда сидел, это было единственной отдушиной. Одержимостью. Нанял частных детективов, целую команду. Очень профессиональных, которые ничем не выдавали себя. Просто наблюдали издалека. За Марианной, за Женей. Я хотел знать, что моя жена ест на завтрак. Как себя чувствует. Как она выглядит. Уставшая, измученная, беременная. Но все равно невероятно красивая и родная. Моя единственная. Я всегда знал, что она очень сильная женщина. И очень талантливая. Не раз наблюдал, как опускались жены моих коллег бизнесменов, когда узнавали об измене супруга. Либо пускались во все тяжкие, либо впадали в депрессию. Но только не моя сильная девочка. Таких одна на миллион. Трудности лишь закаляют ее характер. Она нашла новое призвание, и конечно же, стала успешной в этой области. Сегодняшний вечер — ее триумф.

Как только я узнал о первом ее показе коллекции, сразу понял — это мой шанс. К этому времени я уже несколько месяцев был на свободе, но продолжал войну со своим врагом. Это был самый острый и опасный момент. Человек, загнанный в угол, способен на что угодно. Нужно было, чтобы Порывайлов был уверен — я отпустил свое прошлое. Не общаюсь с женой. Хотя к Марианне и детям все равно была приставлена охрана. Целый месяц даже пришлось изображать новые отношения, с женщиной из детективного агентства. Люди Порывайлова проявляли к моей новой «пассии» огромный интерес. Пытались понять, можно ли шантажировать меня угрозами.

Девица, конечно, оказалась смелой и отвязной. Ничего не боялась. Ну и заплатил я очень прилично за опасную работу. Ее попытались похитить, и эта ошибка стала последним гвоздем в крепком уголовном деле против моего врага.

— Ты хочешь поговорить с ним, Андрей? Все же столько говна тебе этот тип сделал, — предложил генерал Осипов, который помог мне выпутаться из этой грязи. Это поначалу все приятели и коллеги, даже те, кого друзьями считал, испугались и разбежались как крысы с тонущего корабля. Но постепенно я нашел людей, которые подставили мне плечо. Пусть даже они оказались не теми, от кого я ждал помощи изначально. Это лишь означает, что я так себе психолог. Хотя всегда считал, что разбираюсь в людях.

— Спасибо, Святослав, но я не вижу в этом никакого интереса, — отвечаю равнодушно. — Пляски на костях поверженного врага? Это смешно. У меня есть куда более важная цель.

— Знаешь, Андрей, я редко встречал таких сильных людей как ты. Большинство жаждали бы получить сатисфакцию, — Осипов смотрит на меня с восхищением.

— У меня другая цель.

— А знаешь, он ведь ждёт тебя, — говорит Святослав задумчиво. — Так что это будет еще одной оплеухой от него.

— Вот и отлично.

Когда Порывайлова повязали, сразу был куплен билет до Лондона. Ожидание давалось мне с дикой ломкой. Никогда это не было моей сильной стороной.

И вот сейчас моя жена сидит напротив, в дорогом ресторане. Она выглядит грустной. Из-за того что от ухажера ее увел? Ревность раздирает. Мешает сосредоточиться. Сегодня долгожданный день моей исповеди. Все тайны раскрыты. Все расставлено по местам. Осталось лишь рассказать обо всем жене. Но захочет ли слушать? Столько времени прошло.

— Посмотришь меню?

— Я не голодна, Андрей. Говори что хотел, и я вызову такси.

Марианна нервно проводит пальцами по шее, и этот знакомый жест прошивает меня болью. Жадно поглощаю каждый сантиметр ее тела, лица. Рука взлетает чуть выше, легким движением жена проверяет состояние прически.

Я выть готов от тоски. От желания дотронуться. Кулаки сжимаю, от непроизвольного желания сделать это. На что Марианна нервно дергается, словно разгадала мое намерение.

Тонкая белая шея вздрагивает, когда жена сглатывает слюну. Проходится распахнутыми глазами по моему лицу.

— Я хочу тебя вернуть, Марианна. Все что угодно готов для этого сделать, — произношу хрипло то, что рвется из моего нутра. Не могу держать в себе.

— Странное признание. Я бы даже сказала глупое, — отвечает тихо и безэмоционально. Тебе не кажется, что для этого слишком поздно? Мы стали чужими, Андрей.

— Ни хрена подобного. Нас втянули в грязную игру. Я никогда не хотел расставаться с тобой.

— Ну да, сейчас ты скажешь, что это я во всем виновата, да? Взяла и уехала.

— Нет. Не скажу. У тебя были причины так поступить. Возможно, это был правильный выбор. Хотя он прибавил мне седых волос.

— Как твой ребенок, Андрей? Прости, я не слежу за твоей жизнью, — говорит тихо. — Я даже с мамой очень редко общаюсь. Не в курсе никаких новостей.

— Ты про ребенка Островской?

— Разумеется.

— Я отправил ее обратно, в родной город к матери. Дал ей денег и приказал не появляться рядом со мной. Поверь, она к этому и не стремилась. Тем более, я сел.

— В смысле? — вскидывает изумленно глаза.

— Порывайлов отлично все обстряпал. Меня закрыли больше чем на полгода.

— Я… не знала. Как же твоя политическая карьера?

— Она перестала мне быть интересной.

— Мне жаль, — Марианна и правда выглядит расстроенной.

— Я ничего не знала. А дети… Знали?

— Да. Олег приезжал ко мне.

— Они ничего мне не сказали.

— Марианна, я сейчас это вспомнил не для того, чтобы обвинить тебя в чем-то. Просто сегодня хочу предельно откровенный разговор между нами. Чтобы не осталось ни малейшей недоговоренности. Ты согласна?

— Наверное… — бормочет растерянно.