Чтение онлайн

— Серьезно? — спросил Алкей, одновременно опасаясь выказать излишнее удивление.

Безголовый навалился на стол.

— Я слышал, ты писатель?

— Я пишу, по-моему, постоянно, — согласился Алкей. — Даже во сне. А если ничего не царапаю, то думаю об этом.

— Но ведь так и бывает? — поддержал его Безголовый. — Тебя словно точит жучок, и никуда не деться. А о чем ты пишешь?

— О жизни, — пожал плечами Алкей. — О любви. О женщинах. Иногда — о войне. — Шум во дворе нарастал. — А ты? — спросил он.

— Я хочу написать книгу о правилах ведения осады, — ответил Безголовый. — Как построить большие машины: выбрать дерево, изготовить и приладить веревки. Как выкопать траншею и удерживать ее. Как развести костер.

— Это хорошее название: «Как развести костер», — рассмеялся Алкей и вздохнул. — Или, скажем, «Гори, огонь». Не похоже на мои книги, но экземпляр, сдается мне, захочет приобрести полмира. Тебе не приходило в голову, что ты объяснишь, как осадить тебя самого? Ты можешь стать жертвой собственной...

Тут двери караулки распахнулись, и на пороге возникла пара нордиканцев, которые сопровождали высокого бородача в черном дорожном одеянии.

— Ваш человек не знает пароля, — заявил меньший из нордиканцев и ухмыльнулся Алкею.

Алкей никогда не видел этого типа. Он подумал о последнем совещании командования и указаниях герцога насчет шпионов. И о том, что в том же духе сказала мать.

— Сюда его, — распорядился Алкей.

— Я не состою в войске, — кротко проговорил незнакомец.

Алкей в изнеможении встряхнул головой. Возня во дворе набирала обороты, дверь была открыта, и в караулку втекал холодный воздух.

Вошел Длинная Лапища в сопровождении еще троих нордиканцев.

— Караульный отряд! — крикнул он.

Алкей поперхнулся. Почти четверть личного состава в войске обычно держали в полной боевой экипировке, луки у лучников были наготове всегда, если грозила опасность. Но в дворцовых казармах этот отряд сократили до каких-то двадцати человек. А он их не проверил...

Но Том, разумеется, это сделал. И по мере того как нарастал ор, воины сбегались по коридорам. Дубовая Скамья первой ворвалась в двойные двери караулки со стороны казарм. В кулаке был зажат боевой лук, а на голове уже красовался стальной шлем. Следующим примчался сэр Майкл, а за ним и сам капитан прибыл из кабинета в полном доспехе, сопровождаемый Тоби. Следом явились и остальные: Гельфред, похоже, так и спал в амуниции, Джон Ле Бэйлли выглядел отдохнувшим, а позади него маячил один из новичков — Кевин Эвальд, коротышка с длинным шрамом. Доспехи у него были диковинные.

— По коням, — сказал капитан.

— Там человек двадцать или тридцать, — сообщил Длинная Лапища. — Это была засада.

Капитан уже взгромоздился на нового жеребца, приобретенного в имперских конюшнях. Он выругался.

Длинная Лапища запрыгнул на истриканского конька, и они отбыли, а нордиканцы открыли ворота. Отряд пересек площадь и двинулся по улицам: сперва по широкой, потом резко свернул за угол, и еще раз, а улица постоянно сужалась, и снова поворот, развилка...

Длинная Лапища поднял руку.

На пороге каморки лежали два человека — то ли мертвые, то ли умирающие, а Бента ранили кинжалом в левое плечо.

Мужчина, недавно сидевший на постели, лишился чувств после того, как Калли врезал ему по черепу.

— Моя очередь, — сказал Калли. — Посторонись.

Он и Бент поменялись местами. Даже это движение явилось результатом практики, и они сработали, как партнеры по танцу. Калли сорвал с пояса баклер и, прикрыв им Бента слева, перехватил предназначавшийся для раненого удар. Бент юркнул за спину Калли, и тот коротко рубанул мечом. Его новый противник вовсе не собирался в одиночку сражаться с более искусным мечником, а потому отступил, полагая, что Калли не кинется на него с порога, с безопасного места.

Он ошибся и поплатился за это жизнью, а Калли вырвался в коридор, где тут же вырубил еще двоих. Он крутанулся на месте и ухитрился ударить лучника баклером по голове — в коридоре был лучник, который готовился стрелять, но так и не успел. Острие меча Калли рассекло свечу в настенном канделябре, а нога перевернула стол с десятком маленьких масляных ламп.

В сравнительной безопасности коридора, где стало намного темнее, он повернулся спиной к комнате и уперся руками в колени.

— Я слишком стар для этой хрени, — проговорил он.

Бент гоготнул.

И тут у Калли запершило в горле от дыма.

Длинная Лапища послал в черный зев переулка полдюжины лучников.

— Никак не ожидал, что у них столько людей, — сказал он герцогу. — Они поставили лучников на два здания — это то, что я видел. Возможно, их больше.

Герцог поскреб подбородок:

— Я хочу взять всех.

— Мы потеряем Бента и Калли, — заметил Длинная Лапища.

— Это недопустимо, — осклабился герцог. — Ну так ведь Майкл рвался в бой! Если ратники в латах пойдут очищать таверну, то лучники могут попробовать очистить крыши. Правильно?

Сэр Алкей кивнул.

— У нас есть горстка схолариев. Они пошли за нами.

Герцог развернул коня.

— Присматривай за ними.

— Присматривать? — переспросил сэр Алкей. — Да там же половина моя родня.

Герцог не собирался уступать. Он подъехал вплотную.

— Алкей, все это продуманная попытка изловить шпиона. Это место кишит предателями, а дворец...

— Таверна горит! — крикнул Длинная Лапища.

Герцог пожал плечами.

— Разговаривать некогда. Коневодам спешиться! Шлемы надеть, ратники в доспехах — ко мне, без доспехов — идти с Длинной Лапищей! Мне нужно как можно больше пленных, и без потерь среди наших!

Дубовая Скамья расхохоталась. Герцог мрачно взглянул на нее, а Изюминка пристукнула латной перчаткой по ее стальному головному убору.

— Пленных, — повторила Изюминка.

И они устремились во тьму. Алкей неплохо знал эту часть города со времен университета, но в темноте ориентировался неважно — точнее, те улицы, что он мог узнать ночью, находились ближе к воде. Он двинулся за сэром Майклом, который последовал за госпожой Элисон, а та — за герцогом.

Далеко заходить не пришлось. Миновав перекресток, они шумно вторглись в очень узкий, замусоренный проулок и вышли на маленькую площадь, освещенную заревом пожара: полыхал дом.