Реабилитация как это было 1953-1956
Шрифт:
РГАНИ. Ф. 3. Оп. 8. Д. 76. Л. 5. Подлинник. Машинопись.
№ 22
ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПРЕЗИДИУМА ЦК КПСС О НЕОБХОДИМОСТИ ПРОВЕРКИ «ДЕЛА» Е.Ф. РОДИОНОВОЙ
30 декабря 1953 г.
№ 46. п. 33 — Заявление Е. Ф. Родионовой [30] .
Поручить Генеральному Прокурору СССР рассмотреть заявление и внести свои предложения [31] .
РГАНИ. Ф. 3. Оп. 8. Д. 76. Л. 12. Подлинник. Машинопись.
30
3 °Cвое заявление от 15 ноября 1953 г. Е. Ф. Родионова, арестованная 20 октября 1950 г. и, по постановлению Особого Совещания при МГБ СССР, отбывавшая 10-летний срок заключения в ИТЛ в Инте, направила К. Е. Ворошилову. 25 декабря 1953 г. К. Е. Ворошилов распорядился разослать это заявление членам Президиума ЦК КПСС. См. также документы № 14 раздела II, № 4 и № 9 раздела III.
31
31 Уже 3 января 1954 г. Р. А. Руденко направил на имя Г. М. Маленкова и Н. С. Хрущева докладную записку о внесении протеста с предложением отменить приговор в отношении Е. Ф. Родионовой (ГА РФ. Ф. 8131. Оп. 32. Д. 3286. Л. 5).
№ 23
ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПРЕЗИДИУМА ЦК КПСС О НЕОБХОДИМОСТИ ПРОВЕРКИ «ДЕЛА» П. В. РЫЧАГОВА
3 января 1954 г. № 46. п. 49
Заявление В.В.Рычагова [32] .
Поручить Генеральному Прокурору СССР тов. Руденко рассмотреть заявление и внести свои предложения [33] .
РГАНИ. Ф. 3. Оп. 8. Д. 76. Л. 167. Подлинник. Машинопись.
№ 24
ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПРЕЗИДИУМА ЦК КПСС О НЕОБХОДИМОСТИ ПРОВЕРКИ «ДЕЛА» А.А.АФАНАСЬЕВА
3 января 1954 г.
№ 46. п. 50 — Заявление А. А. Афанасьева [34] .
Поручить Генеральному Прокурору СССР тов. Руденко рассмотреть заявление и внести свои предложения.
РГАНИ. Ф. 3. Оп. 8. Д. 76. Л. 174. Подлинник. Машинопись.
32
32 28 декабря 1953 г. К. Е. Ворошилов разослал членам Президиума ЦК КПСС полученное им письмо В. В. Рычагова, быв. доцента Института инженеров водного хозяйства, с 1944 г. по 1952 г. находившегося в тюрьме и ИТЛ, с просьбой о собственной реабилитации и проверке «дела» родного брата. Зам. наркома обороны СССР П. В. Рычагов по указанию Сталина был арестован 24 июня 1941 г. и расстрелян, согласно распоряжению Л. П. Берии, 28 октября 1941 г. в Куйбышевской тюрьме. Поскольку К. Е. Ворошилов в это время уже не руководил наркоматом обороны СССР, к уничтожению П. В. Рычагова он не имел отношения и потому, вероятно, поддержал просьбу В. В. Рычагова (РГАНИ. Ф. 3. Оп. 8. Д. 76. Л. 169–171).
33
33 См. также документ № 26 раздела III.
34
34 За день до расстрела Л. П. Берии, 22 декабря 1953 г. В. М. Молотов разослал членам Президиума ЦК КПСС полученное им заявление А. А. Афанасьева, работавшего после освобождения из ИТЛ в апреле 1952 г. начальником управления Дудинского порта. В нем бывший министр морского флота СССР причиной своего ареста назвал вредительскую деятельность Л. П. Берии и В. С. Абакумова. В заявлении, в частности, сообщалось, что «10 апреля 1948 г. против меня была организована провокация, о которой я немедленно доложил в Совете Министров Берия и бывшему министру МГБ Абакумову». Оба они заверили, что беспокоиться не следует. Однако 26 апреля «меня арестовали. Абакумов говорил мне, что некоторые члены Правительства не верят в мою виновность, но он и Берия доказали и докажут мою виновность Правительству. Под большим физическим воздействием, лишением сна, избиением и т. д. вынудили меня подписать собственное обвинение». Подробнее об обстоятельствах ареста А. А. Афанасьева см. документ № 11 раздела III.
29 декабря 1953 г. А. И. Микоян на заявлении А. А. Афанасьева написал следующую резолюцию: «Тт. Маленкову и Хрущеву. Прошу поручить прокурору т. Руденко пересмотреть дело т. Афанасьева. Считаю, что следует его реабилитировать и взять на более ответственную работу по морскому флоту». 30 января 1954 г. Военная коллегия Верховного Суда СССР отменила постановление ОС при МГБ СССР от 14 мая 1949 г. о 20-летнем заключении в ИТЛ А. А. Афанасьева за отсутствием состава преступления. 9 июля 1954 г. КПК при ЦК КПСС восстановил А. А. Афанасьева в рядах КПСС (РГАНИ. Ф. 3. Оп. 8. Д. 76. Л. 176–177; Ф. 6. Оп. 3. Д. 454. Л. 169–179).
№ 25
ЗАПИСКА Р.А. РУДЕНКО, К.П. ГОРШЕНИНА И С. Н. КРУГЛОВА В ПРЕЗИДИУМ ЦК КПСС О ПЕРЕСМОТРЕ СОСТАВА «ОСОБО ОПАСНЫХ ГОСУДАРСТВЕННЫХ ПРЕСТУПНИКОВ»
5 января 1954 г.
Товарищу Маленкову Г. М.
Товарищу Хрущеву Н. С.
По поручению Президиума ЦК КПСС Прокуратурой СССР, Министерством внутренних дел СССР и Министерством юстиции СССР произведен пересмотр состава особо опасных государственных преступников, содержащихся в особых лагерях и тюрьмах МВД СССР.
По состоянию на 15 декабря 1953 года в особых лагерях МВД СССР содержалось 203 573 и в особых тюрьмах МВД СССР — 1 076 осужденных, отнесенных к категории особо опасных государственных преступников.
В эту категорию преступников, в соответствии с указом Президиума Верховного Совета СССР от 21 февраля 1948 года, входят осужденные к лишению свободы шпионы, диверсанты, террористы, троцкисты, правые, меньшевики, эсеры, анархисты, националисты, белоэмигранты и участники других антисоветских организаций и групп и лица, представляющие опасность по своим антисоветским связям и вражеской деятельности.
Указом предусмотрено также, что заключенные особых лагерей и особых тюрем по отбытии срока наказания подлежат ссылке на поселение в отдаленные районы Советского Союза.
Направление осужденных в особые лагеря и тюрьмы производилось по назначению органов МГБ СССР, причем вследствие неопределенности состава преступления таких лиц, как «участники других антисоветских организаций и групп и лица, представляющие опасность по своим антисоветским связям и вражеской деятельности», — многие осужденные недостаточно обоснованно относились к категории особо опасных государственных преступников и направлялись для содержания в особые лагери и тюрьмы.
В целях уточнения категории особо опасных государственных преступников и определения в связи с этим количества заключенных, подлежащих переводу в лагери Министерства юстиции СССР, работниками органов Прокуратуры СССР, МВД СССР и Министерства юстиции СССР были просмотрены в лагерях и тюрьмах приговоры судебных органов и выписки из решений Особого совещания при МГБ СССР, находящиеся в личных делах осужденных.
Уголовные дела на осужденных, в том числе на 33 382 осужденных Особым совещанием при МГБ СССР, по существу не пересматривались.
В результате пересмотра личных дел на заключенных, считаем целесообразным оставить в лагерях и тюрьмах МВД СССР, как особо опасных государственных преступников, 94 668 человек. К этой категории преступников отнесены активные участники различных националистических банд (ОУН, УПА и др.) — 35 999 человек; активные пособники немецким оккупантам, принимавшие непосредственное участие в борьбе против Советской Армии и советских партизан, в уничтожении советских людей и издевательствах над ними, а также находившиеся в преступных связях с органами немецко-фашистской разведки и контрразведки, а также с разведками других государств и изобличенные в предательской деятельности — 20 095 человек; шпионы — 28 095 человек; диверсанты — 1337 человек; террористы — 4962 человека и троцкисты, правые, меньшевики и эсеры — 1854 человека, прочие активные участники различных антисоветских организаций — 2326.
Остальных 109 981 осужденных, содержащихся в настоящее время в особых лагерях и тюрьмах МВД, надлежит перевести для дальнейшего отбытия срока наказания в лагери Министерства юстиции и общие тюрьмы МВД СССР, а именно:
— осужденных за пособничество националистическим бандам, которое выражалось в предоставлении бандитам ночлега, питания, в выполнении отдельных поручений по связям и т. п. — 72 684 человека;
— осужденных за пособничество немецким оккупантам и за службу в немецко-фашистской администрации в качестве старост или полицейских, но не совершивших конкретного преступления против советского народа (предательство, участие в карательных экспедициях и т. п.) — 16 866 человек;
— осужденных по ст. 19–58 п. 8 УК РСФСР за высказывание террористических намерений — 2156 человек;
— участников различных церковных и сектантских антисоветских групп — 5183 человека;
— участников других антисоветских групп, проводивших антисоветскую агитацию — 13 092 человека.
В интересах государственной безопасности Советского Союза считаем целесообразным в дальнейшем к категории особо опасных государственных преступников относить только лиц, осужденных за измену Родине, а также шпионов, подрывников-диверсантов, террористов, троцкистов, правых, меньшевиков и эсеров и содержать их в лагерях МВД СССР. Учитывая при этом, что в системе МВД СССР никаких других лагерей нет, считаем, что наименование этих лагерей «особыми» не вызывается необходимостью так же, как и наименование «особые тюрьмы», присвоенное Владимирской, Верхне-Уральской и Александровской тюрьмам, которые по существу являются обыкновенными срочными тюрьмами.
Учитывая, что обвиняемые в тяжких государственных преступлениях приговариваются судебными органами к длительным срокам лишения свободы, считаем, что ссылка на поселение навечно заключенных, отбывших срок наказания в лагерях МВД СССР, не вызывается необходимостью, тем более, что судебные органы, согласно ст. ст. 35 и 36 УК РСФСР и соответствующим ст. ст. УК союзных республик, имеют право и в нужных случаях могут применять ссылку как дополнительную меру наказания. В соответствии с этим считаем целесообразным освободить из ссылки находящихся в настоящее время на поселении после отбытия наказания в особых лагерях и тюрьмах
37 049 человек ссыльно-поселенцев, а также 20 942 человека, направленных в ссылку по решениям Особого совещания из числа лиц, отбывших наказание после Отечественной войны.
В целях упорядочения последующего направления и содержания особо опасных государственных преступников в лагерях МВД СССР, вносим предложение утвердить Положение о лагерях МВД СССР, которое предусматривает:
а) строгий режим содержания заключенных, обеспечивающий надежную их изоляцию;
б) использование всех трудоспособных заключенных преимущественно на физических работах и строгие требования к ним по выполнению ими установленных норм выработки;