Чтение онлайн

Юля обессилено опустилась на корточки под дверью. Одногруппник уже проводил свою подружку к соседкам, чтобы та не слушала их разговора, и тоже устроился рядом. Курить больше было нечего, слезы все выплаканы, поэтому Шаулиной ничего не осталось, кроме как сказать хриплым голосом:

— Слушай, Иллариончик, я тебе тут кое-что расскажу, только это тайна. Просто выслушай и помоги.

— Ну… ладно, — пожал плечами Кирилл.

Юля старалась как можно меньше говорить о секретном задании и об "Отделе странных явлений". У нее получилось так: отец выдал ей с Иваном очень важное задание, они приехали к Дураку, чтобы срочно им заняться, сестра Ивана принялась готовить им обед. Рассказ окончился на том, как одногруппник выставил ее с чайником за дверь с просьбой заварить кофе.

— Понимаешь, Кирюш, если мой отец узнает, что у нас такая пурга с заданием, он же уволит нас к чертовой матери и будет прав. Но я не за себя волнуюсь. Я-то найду себе дело. Ванятка… отец его уничтожит.

Невесть откуда взявшиеся слезы хлынули из глаз девушки и она в очередной раз попыталась набрать номер любимого. "Абонент недоступен или находится вне зоны действия сети", - ответил напевный женский голос.

— Вот что, Юля, — твердо заявил Кирилл, — быстро вынула симку из телефона!

"Зачем это? — читалось в глазах ведьмы. Но она тут же получила вразумительный и такой очевидный ответ: если отец решит искать своих наемных агентов, он станет набирать оба номера. Если Иван недоступен, то и напарница тоже не должна быть на связи. Логично?

— Вообще-то, да, — согласилась Юля. — Еще бы знать, куда Ваня провалился.

И тут на нее нашло озарение. Она вскочила и вцепилась обеими руками в плечи одногруппнику.

— Кирюха! Окно! Ты же альпинист! Давай в окно залезем и посмотрим!

Скептическая улыбка украсила лицо студента. Он так надеялся поскорее избавиться от общества прокуренной одногруппницы, а она ни в какую не собиралась уходить. С Юлей куда приятнее по аське болтать, чем лицом к лицу.

— Не получится, — отвернулся Кирилл, засовывая руки в карманы, дабы изобразить совершенно равнодушное создание, — мои веревки и кошки в запертой комнате. Кстати…

Недобрый огонек сверкнул в его зеленоватых глазах, когда он обернулся к Юле.

— И если этот Дурак умудрится их сломать или потерять, пока он сидит взаперти, он не достанется живым твоему отцу.

На подобные угрозы у Шаулиной всегда находился один ответ — несколько долларовых купюр, которые девушка на всякий пожарный всегда носила в заднем кармане своей незаменимой черной кожаной юбки. Ну сломает, ну потеряет ее любимый Ванечка чужую кошку, она новую купит, только бы никто и пальчиком не прикоснулся к ее суженому.

— Значит так, Иллариончик, — нахмурившись, заявила Шаулина, — неужели ты один в этой общаге альпинист? Давай дуй к товарищам и доставай обмундирование на двоих, полезем вместе.

Одногруппник было отшатнулся, пытался найти какие-то отговорки, но Юля, решившая во что бы то ни стало вызволить Ивана Дурака из плена комнаты, настаивала на своем. Даже отговорки вроде: мы полезем со стороны проспекта, — не помогли. Так что в скором времени, приплатив несколько сотен долларов Игнатьевне и сторожам, двое студентов-экстремалов залезли на крышу общежития и принялись спускаться на веревках до пятого этажа.

Лишь бы милицию не вызвали — единственное, о чем думал Кирилл, когда спускался на три этажа до окон комнаты, где он прожил без малого пять лет.

Он, а позже и Юля, которую Илларионов заставил одеться в чьи-то бриджи, уверенно встали на карниз и посмотрели внутрь комнаты.

Шторы и больше ничего.

— Щас разобьем! — замахнулся Илларионов вытащенным из-за пояса молотком.

Но Юля, ни жива, ни мертва, стояла, прикрыв глаза, и не отпускала рук от стекла.

— Не надо, Иллариончик, — шепнула она, — нельзя. Я чувствую… фрактальные потоки внутри. Это… это…

Добровольный помощник машинально заткнул молоток за пояс и внимательно слушал рассказ Юли, очень похожий на бред сумасшедшего. Только вися на высоте пятого этажа в подобное и можно поверить.

Фрактальные потоки, как Шаулина думала до сегодняшнего дня, — это легенда. Две реальности пересекаются в одной временной точке, и тогда вокруг них создаются эти самые потоки.

— Трусишь? — не понимал Кирилл, выслушивая очередные по счету бредни "Отдела странных явлений".

— Если честно, то если мы разобьем окно, то все, что завертелось внутри комнаты, вырвется наружу. И неизвестно, что произойдет с Москвой, понимаешь? Ты только представь, что Ваня мог провалиться в другое время или в другой мир (о, мечта любителей псевдо-фантастики), и…

— Мы попадем туда же! — с ходу догадался одногруппник.

— В лучшем случае, — буркнула Шаулина, — в худшем — мы перенесем туда всю Москву и окрестности и вряд ли сможем вытащить все это хозяйство обратно.

Шестое чувство подсказывало Юле, что не все так просто получилось с использованной точкой входа. Недаром на учениях в ОСЯ постоянно повторяли, что переход в параллельные реальности — дело опасное. Чем больше девушка пыталась узнать, используя свой магический дар, тем страшнее ей становилось. Все точки входа, получалось, не просто виртуальные игры, как в "Матрице".

— Иллариончик, — обняла она его за плечи, когда парень поднял ее одратно на крышу, — надо что-то делать, но я не знаю, что.

Подумав немного над своим незавидным положением, Юля пришла к мысли, что ей сначала надо поработать с секретными материалами ОСЯ, разузнать о прирде точек входа и попадении в подпространства, и только потом начинать открывать комнату, в которой, как понимала Шаулина, ничего хорошего сейчас не происходило.

— Кирь, я тут домой поеду, немного разузнаю о… ну, впрочем, подожди пару часиков, а потом я тебе позвоню.

Она поднялась, отряхивая кожаную мини. А Кирилл, тем временем достал из кармана телефон и вытряхнул из чехла несколько запасных сим-карт разных операторов.

— Выбирай любую, только со своей не звони. Как будто ты пропала вместе с напарником, ясно?

Ведьма кивнула, забирая беленькую карточку с желто-черным кружком посередине и благодаря одногруппника, с которым до недавнего времени она толком и не общалась. Надо же, какими добрыми иногда оказываются люди. Их пять лет не замечаешь, а они готовы все отдать, лишь бы помочь.