Чтение онлайн

– Пойдём со мной, - сказало оно, успокоившись, после чего одной рукой взяло Бенжи за руку, а другой махнуло перед собой, и прозрачная стена медленно поплыла.

Внутри было шумно - там стоял металлический лязг и шорох, а прогоняемый какими-то неведомыми путями воздух громко гудел и дрожал, выплёвываясь из узких, похожих на выпускные окна пневматических перфораторов, щелей. Энергозатратность, казалось, вообще никого не волновала.

Ая нашлась в небольшом круглом зале со стенами из таких же шевелящихся механизмов непонятного назначения. Она сидела в огромных наушниках перед большим конденсаторным микрофоном и пела на незнакомом языке.

То есть это Бенжи подумал так, что она пела. На самом деле с губ её срывались почти одни согласные, мало чем отличающиеся от шороха поршней или стука клапанных коромыслиц, а вся та металлическая братия, которая шевелилась вокруг неё, выползая на поверхность противоестественных стен и снова проваливаясь, внимала её голосу, словно загипнотизированная.

– Боже...
– сказал Бенжи.
– А я-то думал, она маленькая скромная девочка...

– Эй, псс! Амиго!
– прошептал, наклоняясь к самому лицу андроида, его долговязый спутник и подмигнул.
– Коды нужны?

Он раскрыл протянутый кулак, и с его руки на руку Бенжи перепрыгнуло нечто, похожее на крупную металлическую осу.

Нечто потопталось на ладони андроида, поискало подходящий разъём, пискнув, окунуло в него своё тонкое дрожащее жало и замерло.

В течение нескольких долгих секунд данные были слиты, проиндексированы, систематизированы, связаны и сохранены, и Бенжи удивлённо поднял глаза: пела не только Ая - пело всё.

– Тсс... Бесконечная ночь!
– пели стены вокруг.
– Говори, говори, говори! Всё, что будет озвучено, шансы имеет родиться. Всё, о чём мы молчим, наши боги считают по лицам. Помни, помни об этом, храни это вечно внутри...

– Отдай флешку, Бенжи, и я пошёл, - шепнул андроиду на ухо его проводник.
– Там всё равно ярлыки вместо папок.

На внеочередное экстренное закрытое заседание Совета безопасности ООН в нарушение его же собственных резолюций не были приглашены ни реализаты, ни морфы, ни машины. Также там не было ни журналистов, ни голокамер.

В зале Нью-йоркской штаб-квартиры, на теперь уже минус третьем этаже, за большим круглым столом собрались тридцать два человека в строгих деловых костюмах.

– Давно я не чувствовал себя клоуном так остро, - шепнул на ухо постпреду Великобритании его американский коллега.
– Неужели кто-то из собравшихся здесь всерьёз думает, что отсутствие приглашений остановит тех, кто способен вытворять с нами такое?

– Клоуном?
– отозвался тот.
– Это ещё по-божески. У меня лично ассоциации с младенцем, играющим с матерью в прятки - мы точно так же закрываем глаза и считаем, что спрятались.

Послышался стук деревянного молотка председателя.

– Прошу тишины, господа!

Народ встрепенулся. Кто-то из сидящих затих, кто-то заёрзал, кто-то потянулся дрожащей рукой за стаканом с водой, шёпотом сетуя, что это не виски. Сидящие за столом близнецы-телепаты переглянулись.

– Кхм, - прокашлялся в микрофон один из них.
– Заседание совета безопасности объявляется открытым. Предварительная повестка дня - глобальные изменения в структуре общественного устройства. Повестка дня утверждается согласно основному правилу процедуры Совета безопасности.

Он помолчал, обводя глазами присутствующих.

– Изменения слишком значительны для того, чтобы делать вид, что ничего не происходит. Я надеюсь, все сидящие здесь понимают, что предназначено всё это вовсе не для того, чтобы сравнять позиции - наши с вами и всех тех, кто тоже живёт на Земле, но по той или иной причине не в состоянии заявить о своих правах.

По залу прокатился приглушённый шёпот.

– Что вы имеете в виду?
– снова подал голос американский постпред.

– Что позиция человечества на собственной планете осталась прежней, - пожал плечами близнец.

– Господа, вы забываете, что для сидящих здесь способность к телепатии не является само собой разумеющейся. Поясните.

– Как бы оно ни выглядело со стороны, - сказал близнец, - происходящие метаморфозы всего лишь увеличивают площадь контакта. Иными словами, сейчас человечество получило не столько урок, сколько неплохой подарок - практически девственную планету и дополнительную экологическую нишу.

– То есть вы совсем не против того, чтобы ваши дети и дети ваших детей росли под землёй, как кроты?
– невозмутимо осведомился постпред ОАЭ.
– Или у вас нет детей?

Взгляд его был таким тяжёлым, что телепат смутился.

– Мне бы не хотелось, чтобы Абу-Даби, Доха или Манама тоже ушли под землю вслед за Гонконгом, Японией и...
– он обвёл рукой зал, - вот этим благословенным местом. Если это случится, там снова будет пустыня. Барханы - рай для верблюдов и змей, но мы с вами не верблюды и не змеи. Вы сможете сделать так, чтобы этого не произошло?

– Я всё это прекрасно понимаю, - сказал телепат и заёрзал на обтянутом кожей стуле.
– Но и вы тоже поймите. Я всего лишь э... переводчик, что ли. Я могу более или менее точно перевести вам чужие намерения, но я не могу ничего гарантировать.

Он с сожалением оглядел аудиторию и развёл руками:

– И боюсь, что этого сейчас не сможет никто.

– Тогда я не понимаю смысла этого заседания, - пожал плечами мужчина с надписью "France" на лацкане дорогого пиджака.

– Не надо сеять панику.

– Не сеять панику?
– показывая глазами на потолок, гробовым голосом спросил американский постпред.
– Предложите ваш вариант.

Телепат поднял глаза и увидел, что недавно ещё вполне нормальный потолок провис теперь густыми мохнатыми сталактитами, с вершины каждого из которых заинтересованно моргает круглый, похожий на птичий, глаз.

– Слушайте, - сказал он, всё ещё глядя вверх.
– За всё это время по их вине не умер ни один человек. Более того, я даже склонен считать, что за это время по их вине вообще никто не умер. Разве нужно ещё какое-то доказательство того, что войны никто никому не объявлял?