Чтение онлайн

Аладдин согласно кивнул, и Ребекка, пробежав немного по дороге, закричала:

— Эмма Джейн! Скорее сюда! Мы все продали!

Господин Аладдин поспешил подтвердить свое обещание, спустил все ящики из повозки на землю и попросил у девочек рекламный проспект, чтобы написать в компанию «Эксцельсиор» относительно премии.

— Теперь вы должны выдержать характер и никому не говорить ни слова. Это получится настоящий сюрприз, когда в День Благодарения лампа прибудет к Симпсонам! — Волшебник вновь уселся в свою качалку и положил на колени фартук.

«Агенты» с радостью согласились и принялись рассыпаться в благодарностях, а у Ребекки заблестели на ресницах слезы.

— Не стоит благодарности! — улыбнулся Аладдин. — Я ведь когда-то сам путешествовал в должности коммерческого агента. Я оценил вашу хорошую работу, мисс Ребекка Ровена. Желаю и вам всего лучшего, мисс… Эмма Джейн. Когда понадобится что-нибудь еще продать, заранее дайте мне знать. — Говоря это, он надел лежавшую на ступеньках шляпу, чтобы тут же снять ее перед юными гостьями.

— До свидания, господин Аладдин! Постараемся! — воскликнула Ребекка, откидывая назад черные косы и помахав рукой на прощанье.

— Ой, Ребекка, — взволнованно прошептала Эмма Джейн. — Он снял перед нами шляпу, а ведь нам еще нет тринадцати. Ведь еще только через пять лет к нам станут обращаться «леди».

— Ничего, — отвечала Ребекка, — мы начинающие леди.

— А как он красиво садился в качалку! — продолжала вспоминать детали Эмма Джейн. — Ведь правда же, он элегантный? Как он нам здорово помог с продажей! Они сразу получат и лампу и абажур. Ты рада, что у тебя теперь это розовое платье? Тебе очень идут красный и розовый цвета. А серое и коричневое никогда больше не носи — тебя так бледнит…

— Я это знаю! — вздохнула Ребекка. — Мне бы хотелось, чтобы мне шли все цвета без исключения — как тебе! — и Ребекка посмотрела с тоской на пухлые розовые щечки Эммы Джейн, на ее наивные голубые глаза, на правильный бесхарактерный носик и хорошенькие губы, с которых ни разу не сорвалось живое, остроумное слово.

— Не думай об этом, — пыталась успокоить ее Эмма Джейн, — все говорят, что ты яркая и умная, и моя мама считает, что когда ты подрастешь, то очень похорошеешь. Ты не поверишь, но ведь я два года назад была самая настоящая дурнушка, пока у меня волосы из рыжих не превратились в каштановые… А как зовут этого симпатичного человека?

— Ой! А я ведь даже не успела спросить, — воскликнула Ребекка. — Тетя Миранда сказала бы, что это «так на меня похоже». И в самом деле. Но я назвала его господин Аладдин, потому что он подарил нам лампу. Ты читала историю про Аладдина и волшебную лампу?

— Как ты можешь, Ребекка? Еще не знать имя человека, а уже давать ему прозвище.

— Аладдин — это не прозвище. Он улыбнулся, когда я его так назвала. Я почувствовала, что ему понравилось.

Ценою нечеловеческих усилий, храня обет, который нарушил бы самый терпеливый из смертных, подруги не выдали никому своей тайны, хотя все отмечали, что девочки пребывают в состоянии какого-то невероятного, ненормального нервного возбуждения.

И вот в самый День Благодарения лампу привезли домой к Симпсонам, и Сэм-Подсолнух, которому был вручен дар, сразу с восторгом и уважением подумал, какие молодцы его брат и сестры. До Ребекки быстро долетела весть о присылке лампы, но она подождала, пока немного стемнеет, и только тогда попросила разрешения пойти к Симпсонам, чтобы увидеть трофей уже в ореоле света, струящегося сквозь малиновый креп великолепного абажура.

В час дня стол в кирпичном доме стоял накрытый по случаю Дня Благодарения. Ждали двух сестер Барнхем. Сестры жили между Северным Риверборо и Шейпер-Виллидж, и в ноябрьские праздники они вот уже больше четверти века приезжали обедать к Сойерам. После обеда Ребекка перемыла посуду и уселась в углу с книгой, а когда часы пробили пять раз, попросила разрешения пойти к Симпсонам.

— Неужели ты не можешь найти для себя лучшей компании в День Благодарения? — осведомилась мисс Миранда. — Неужели нельзя посидеть спокойно и послушать полезные разговоры старших? Никак тебе не сидится на месте, всегда ты куда-то летишь.

— Дело в том, что Симпсоны обзавелись новой лампой, и я приглашена на вечер, который устраивают вокруг зажженной лампы.

— Зачем это им понадобилась лампа? И на какие деньги они ее купили? Это что, Эбнер вернулся из тюрьмы и где-нибудь украл ее по дороге? — продолжала мисс Миранда.

— Ребята успешно распродали партию мыла и в качестве премии получили эту лампу, — отвечала Ребекка. — Они работали целый год, и, помните, я вам говорила, что в тот субботний день, когда вы были в Портленде, мы с Эммой Джейн ездили им помогать.

— Что-то не помню. Я впервые слышу про эту лампу. Хорошо, на один час я тебя отпущу, но не больше. Сейчас рано темнеет. Хочешь, я пошлю им яблок к столу — это от Балдуина? Что это ты такое уже напихала в карманы нового платья?

— Я взяла со стола немного орехов и изюма, — призналась Ребекка, которой никогда ничего не удавалось утаить от тети Миранды. — Со своей тарелки.

— Почему ты их не съел а?

— Потому что я уже сыта, а орешки очень скрасят вечеринку у Симпсонов, — проговорила Ребекка, запинаясь. Она терпеть не могла, когда ее выспрашивали и распекали при посторонних.

— Это твоя доля, Ребекка, — вмешалась тетя Джейн, — и если тебе захотелось приберечь ее для подарка, то ты правильно сделала. На то и День Благодарения, чтобы радовать других, а не только ублажать себя.

Сестры Барнхем одобрительно закивали вслед Ребекке, когда она уходила, и выразили удивление, что девочка за короткий срок так повзрослела и исправилась.

— Ей еще исправляться и исправляться! — ворчала тетя Миранда. — Если бы она жила с вами под одной крышей, вы бы увидели, как много у нее недостатков. Что ни делается по соседству, она во все встревает, и не просто встревает, а ей надо быть впереди и во главе всех, особенно если где какая беда. А тут еще эти Симпсоны со своими глупостями, и эта лампа — уже верх всех глупостей. Надо же, я, однако, не думала, что у них хватит ума на то, чтобы что-то продать.

— Там одна какая-то девочка есть необыкновенно умная и деловая, — вмешалась мисс Эллен Барнхем. — На днях она приходила к Лэдам, Адам уж так ее расписал — и начитанная, и море обаяния.

— Это, должно быть, Клара Белли. Она умнее других, но неужели она заслуживает таких похвал?.. А что, Адам снова приезжал погостить?

— Да, несколько дней провел у любимой тетушки. Денег у него куры не клюют, всех соседей задаривает. Саму миссис Лэд разодел в меха. Вот как! А был ведь мальчишка, оборвыш, смены одежды не имел. Не знаю только, почему он не женится? И детей он так любит. А уж они-то как его обожают — гроздьями висят при каждом удобном случае.