Чтение онлайн

Прислушиваюсь к звукам в доме, но глухая тишина, царящая в помещении, ещё больше меня настораживает. По крайней мере, в ванной комнате не шумит вода, что говорит о том, что его там нет.

Прикрываю обнажённое тело простынёй, придерживая её, спускаю ноги с кровати, становлюсь на прохладный пол. Завязываю ткань на теле так, чтобы она не спадала, и иду к выходу из комнаты — искать свою пропажу, надеясь, что он внизу.

Но и там его нет, и я всерьёз начинаю беспокоиться. Сердце заходится в панике. Придерживая края лёгкой простыни, чтобы не упасть, несусь к своему телефону, чтобы набрать любимому и узнать, где он и что с ним.

Когда добираюсь до телефона и нахожу номер Яна — нажимаю на вызов, подношу аппарат к уху. Несколько секунду слышу только тишину, но потом пошли гудки. Один, второй, третий… Но ответа нет. Бергер просто не берёт трубку, и это настораживает, не нравится мне. От утренней неги не остаётся и следа, я начинаю копаться в себе — что я могла сделать не так, что он, ничего не сказав, не разбудив, просто исчез из дома и на мои звонки не отвечает.

Опускаюсь на стул, локти упираются о столешницу, а лбом утыкаюсь в ладони.

Не понимаю, что не так? Что я сделала? Или всё же он так хотел отомстить мне за то, что не сказала про ребёнка? Все эти годы молчала… Тогда почему он вчера остановил меня, не дал разбиться всем моим чувствам? Чтобы сейчас сделать больнее, чем вчера? Эта его месть мне?

— Ничего не понимаю, — слетает с моих губ.

И я вновь подрываюсь, хватаю телефон со стола и набираю номер, но уже совершенно другой. Первый гудок, потом второй… На пятом трубку снимают, и я слышу взволнованный голос подруги.

— Тея, что-то случилось? — Ада обеспокоена, значит, она может знать, где находится Ян, потому как Матвей — хороший друг Яна.

— Ада, Матвей дома? — спрашиваю в первую очередь о нём.

— Нет. Он час назад уехал с Яном куда-то. Тот пришёл, они поговорили и минут через двадцать вместе уехали. Что происходит? — подруга не на шутку забеспокоилась, и это передаётся и мне, потому что я так же ничего не понимаю.

Куда эти двое могли поехать, и почему Ян мне ничего не рассказал, не предупредил? В конце концов, даже записки не оставил, чтобы я не переживала и ничего не надумывала себе. А теперь не отвечает на мои звонки, что ещё больше настораживает меня.

— Ох, — с губ слетает судорожный вздох, и я вновь падаю на стул, не зная, что делать и думать.

Понимаю, что они мужчины и всё сами решат, что бы там ни было. Но я не могу не переживать. Хватает воспоминаний о багровых кровоподтёках на его теле, а в голове вновь всплывает его вчерашний разговор с каким-то мужчиной, где он говорил, что почти сразу же после операции собирается уехать в Россию на бой. Хотя он не может не понимать, что любой врач категорически запретил бы участие в каких бы то ни было боях!

Вот вроде взрослый мужик, а ума совершенно нет. И сейчас это ещё больше меня бесит. Хочется, чтобы в этот момент он находился здесь, чтобы хорошенько ему врезать, чтобы он понял, чтобы

до него наконец-то-таки дошло, что он вообще вытворяет! Накричать, да сделать хоть что-то, чтобы выбить из его головы всю дурь, что там находится.

— Тея, — слышу встревоженный голос подруги и понимаю, что до сих пор держу в руках трубку, а вызов так и не завершила. — Ты тут? С тобой всё хорошо?

— Да, — на секунду голос предательски срывается, но я беру себя в руки и говорю более уверенно. — Да. Да, Ада, со мной всё хорошо, но мне нужно поговорить — и это не телефонный разговор.

— Я могу прийти, — говорит она, и я не сомневаюсь в её словах ни на секунду.

— Нет, Ада, не надо. Ты одна с малышами. Я лучше сама к тебе сейчас приду. Хорошо? — думаю, по моей интонации Ада поймёт, что мне это сейчас нужно как воздух.

Я должна наконец всё рассказать. Всё то, что творится у меня в душе. И всё то, что было у меня в прошлом, чтобы наконец этот груз упал с моих плеч раз и навсегда. Но Яну ничего не хочу рассказывать. Он не должен узнать обо всём этом. Лучше пусть всё остаётся так, как есть сейчас. Тем более в том, что я потеряла малыша, вина только моя, он здесь ни при чём. Хоть он и должен об этом знать. Не хочу его ненависти в глазах, когда только-только привыкла к его любви и ласке, которую так долго не чувствовала.

— Хорошо. Я жду тебя, — отвечает Огнева и сбрасывает звонок.

А я сижу ещё какое-то время так, смотря в одну точку и думая, правильно ли я поступаю. А сердце в груди шепчет — я поступаю правильно. Так будет лучше и легче. Я должна весь груз снять с себя и ни о чём не думать.

Набираю воздуха в грудь и резко выдыхаю, будто окунаясь в ледяную воду. Затем встаю со стула и бреду осторожной походкой к себе в комнату. Как будто иду на казнь, а не к лучшей подруге, которая столько лет была со мной рядом, поддерживала, хоть и о многом не знала, но я всегда незримо чувствовала её поддержку, тепло, даже силу, и поэтому никогда не опускала руки. Шла с высоко поднятой головой и ровной спиной, не оглядываясь назад, что бы ни происходило.

Но именно пять лет назад всё незримо изменилось, стоило одному человеку появиться вновь в моей жизни. И я рассыпалась на мелкие кусочки. Я была уже не та Тея, что почти десять лет назад закрыла дверь в своё сердце и прожила такой до того момента, пока не встретилась грозовым небом во взгляде. В тот же миг я раскололась, превратившись в ту, что тогда, в далёком прошлом, была с ним.

Я всё понимала, но старалась как можно дальше оттолкнуть от себя, чтобы не разбить свою, его семью. Чтобы не чувствовать всего того, что было тогда, когда он исчез, не захотел меня видеть, знать. Когда он Тате сказал, что я никогда не была ему нужна. Что всё это была для него игрой.

Больно всё это вспоминать, чувствовать, поэтому я всеми силами пыталась отгородиться от него. Но тогда, когда он появился в моей квартире — фитиль подожгли, и я не смогла сдержаться, упав в бездну вместе с ним.

Быстро переодеваюсь. Хватаю со стола в коридоре телефон и ключи, выхожу из дома, закрывая дверь. Дом Ады расположен напротив моего, поэтому нам не приходится тратить много времени на дорогу, мгновенно появляясь у подруги, если вдруг что-то у одной из нас случится. И сейчас это именно та самая ситуация, когда случилось что-то такое, отчего мы обе не находим себе места. Переживаем, беспокоимся о своих мужчинах, которые даже не соизволили нас поставить в известность, что происходит. А просто скрылись в неизвестном направлении. И не отвечают на наши звонки, потому как — я уверена — Ада уже пыталась звонить Матвею, и он так же недоступен. Хоть и знает, что его жене нельзя нервничать.

Хоть сложная операция Ады в далёком прошлом, всё равно ей категорически запрещено сильно нервничать, потому как неизвестно что может случиться в тот момент, и как на это может отреагировать её организм. Вот безрассудный человек, хоть и переживает за своего Рыжика, как самый настоящий мужчина.

Матвей доказал свою любовь Аде, когда был рядом, привёз её сюда незамедлительно, стоило ему только открыть глаза на то, что она серьёзна больна и просто при родах может не выжить. Для него всегда было превыше всего её здоровье, нежели чьё-то ещё. Это, конечно, касается и их детей, которых он любит точно так же, как и их мать.