Чтение онлайн

Потом деревни отступают

От низких берегов реки.

Она всё ширится, еще не зная,

Что волны Вексы родственной близки.

И вот близ города Ростова

Река (от места «Три воды»)

Течет уже как часть иного

Потока, и ее следы

Скрывает Волга...

–––

У реки глаза омутувые,

Заблестеть от солнца готовые,

А ресницы и брови – пышные,

Камышом да осокой колышутся.

Лишь зимой холодной да снежною

Омута – как будто ослепшие.

Но реке не во вред снега кашица,

Слепота ее – только кажется.

–––

Твои воды всё те же, лишь берега

Изменяют их вкус. И станет ли горше

Вкус напитка, который так трудно испортить?

Он готовился долго – века и века.

Унесешь ли ты память домов и полей,

Всё, что с нами случилось, прочь, до самого моря,

Или каждая радость и каждое горе

Здесь останутся вместе с травою твоей?

Если так, то осока, камыш да тростник

Заскрипят, захрустят от скопившейся соли,

Потому что несчастий все-таки больше,

И тогда – твой засохнет язык.

А когда ты умолкнешь даже весной,

Собирая весь снег, что в округе скопился,

Это значит, что наш новодел отразился

На тебе,

И ты стала иной.

–––

Плотва обнюхивает воздух с интересом,

От носа рыбьего идут круги.

Она всё ждет, когда из поднебесья

Добыча свалится на зеркало реки.

Да, были времена, когда и мы ловили

Здесь всех и всё, что и без нас растет.

Но ловим и теперь, хотя почти забыли,

Как добывали белку, находили мед.

Зато готовы мы идти за урожаем

Грибов и ягод, лес не свой рубить,

В реке ничейной рыбу половить,

Везде – не сея, не сажая,

Как будто жить нам года два,

Как будто мы – плотва.

–––

Мост через Устью – деревянный.

Когда построен?.. Как сказать? –

Он строится все время, непрестанно,

И разрушается опять.

Кто разрушает? Нет, не время,

Не происки зловредных чужаков.

Нет, это – люди из деревни:

Водители безумных тракторов,

Грузовиков и... любопытные: их силы

Воистину безбрежны, а мечта –

Узнать, как крепко держатся перила

И как сквозь доски бедного настила

Войти во внутренности этого моста,

Проверить все проемы и разъемы,

Там что-то расшатать и выбросить долой,

Что поддается – превратить в обломки,

Тем насладиться и пойти домой,

Попутно посмотрев еще, как будет биться в речке

Среди травы доска с колесно-тракторной насечкой.

–––

А вот что говорит сама река –

Негромко, ненапористо (пока):

«Я – лицо твое, край мой росистый,

Посмотри на меня, – на себя:

Если ты здоровый и чистый,

Значит, буду такой и я.

Не грязните ручьи да колодцы,

И низины лесов и полей.

Я хочу быть чистой, холодный,

Чтобы радовать ваших детей.

Если цвет у ручьев, как вощины,

То в меня будут травы лезть.

Травы водные – это морщины,

Это старость моя и болезнь.

Не бросайте в воду осколков

Грязных дел, доходящих до дна.

Как добавить прозрачности Волге,

Если Устья будет мутна?

Не смертельны мои болезни,

Но и нет былой чистоты.

Не заводов – навоза железо

Ржавеет в толще воды.

Край мой милый, как жизнь обернется?

Не хочу быть, как старый ров.

За леченье никто не берется,

Нет еще для меня докторов».

–––

Ты весною полней – от снегов, не дождей,

А снега – с берегов долины твоей.

Пусть снега твои воды промоют,

И разлив, словно взрыв, из тебя унесет

Весь тот сор, что скопился за лето, за год,

Но не стал еще, Устья, тобою.

То, что здесь с берегов доставалось волнам,

Часто было чужим и самим берегам,

И тебя склоняло к измене.

Да и ты слишком вяло работала, знать,

Коль теперь тебя, Устья, почти не узнать.

Ты сама зарастаешь от лени.

Вот и пусть этот мальчик – весенний разлив,

Твои старые воды другими промыв,

Вместе с грязью наносной умчится,

Вкус же древней воды – сохранится.

–––

Твой путь известен в этом мире –

К реке большой,

Где ты окажешься и шире,

И чуть иной.

Твоя извечная дорога –

Прочь от оков:

Всё дальше, дальше от истока

И берегов,

Туда, где воля безгранична,

Где Русь – вдали,

Где воздух станет другом личным

Взамен земли,

Где нет препятствий для теченья,

Везде – вода...

Течь вниз – реки предназначенье,

Потом – куда?

И от избытка воли слезной

Ты будешь грызть

Землей навязанное лоно,

Ты станешь горькой и соленой,

Как чья-то жизнь.

А если вдруг ты обернешься

И вверх пойдешь,

К истоку, может быть, вернешься,

Но лишь – как дождь.

УРОЖАЙ

1. Здешний климат

Местность наша такая холмистая,

Словно мускулы у борца.

Кровь ее – это воды струистые,

Родники же – ее сердца.

Ну а нервы – дороги небыстрые