Чтение онлайн

Вскоре после публикации этого стихотворения в газете «Русь» она была закрыта полицией. Неизвестный корреспондент в марте 1906 года писал Амфитеатрову в Париж: «Ваш акафист графу Каменноостровскому, однако, продолжает продаваться на улицах» [191] . «Акафист» получил впоследствии широкое нелегальное распространение во многих городах России, а за его хранение привлекали к судебной ответственности [192] . Стихотворение, основываясь на уже сложившейся к тому времени репутации сановника, само в свою очередь подпитывало ее.

Стремление Витте одновременно и угодить старым порядкам, и приноровиться к новым обыгрывалось в известной карикатуре «Отставка и с левой и с правой», помещенной в журнале «Жупел». Граф изображался с двумя флагами в руках: в правой – российский трехцветный, а в левой – красный. Подпись под карикатурой в «Альбоме революционной сатиры» гласила: «Его двуличная политика репрессий и поблажек не удовлетворила левых, а после подавления революции не нужна стала и правым (самодержавию)» [193] . Рисунок поместили в журнале в качестве анонимного, но его автором был Б.А. Кустодиев [194] .

Как лицемерие расценивались и отдельные действия премьер-министра. В ноябре 1905 года Сергей Юльевич обратился к Петербургскому Совету рабочих депутатов с воззванием, начинавшимся словами «Братцы рабочие!» [195] . Оно не имело успеха, а Совет откликнулся на этот призыв телеграммой, выражая «крайнее изумление бесцеремонности царского временщика, позволяющего себе называть петербургских рабочих “братцами”. Пролетарии ни в каком родстве с графом Витте не состоят» [196] . По мнению камергера И.И. Тхоржевского, это обращение было одной из «политических безвкусиц» Витте [197] .

Этот эпизод дал повод для критики многим оппозиционным изданиям, и, в частности, на него откликнулся Саша Черный:

По-видимому, воззвание С.Ю. Витте все же повлияло на некоторых представителей рабочего класса, с пролетарской грубостью выразивших свое отношение к министру на стенах уборной Александровского сада в Санкт-Петербурге:

На мой взгляд, этот факт красноречив сам по себе: очевидно, обращение действительно достигло своего адресата, но имело прямо противоположный желаемому результат.

Примечательна карикатура «Я знаю, как спасти Россию». В цитируемом издании под рисунком размещена подпись: «Карикатура изображает графа Витте, за спиной которого находятся П.Н. Дурново в жандармской шапке, а также пушки и плетки, символизирующие карательные отряды» [200] . В карикатуре обыгрывается беседа между премьер-министром и делегатами от «Союза 17 октября», в ходе которой Витте якобы обронил фразу «Я знаю, как спасти Россию», усматривая рецепт спасения в союзе общественных сил с правительством [201] .

По поводу того, произносил ли премьер подобную фразу или это не более чем выдумка оппозиционной печати, мнения разделились. В.И. Гурко в своих мемуарах не ставит под сомнение, что слова эти принадлежат Витте [202] . А.С. Суворин в одном из «Маленьких писем», напротив, заявлял: «Я имею основание утверждать, что граф Витте никому не говорил этой фразы…» [203] Сам Сергей Юльевич в одном из недатированных писем Суворину, уже будучи в отставке, убеждал издателя: «Я вопреки газетным уверениям никогда и никому не говорил, что знаю, как спасти Россию» [204] .

Так или иначе, эта фраза неоднократно цитировалась на страницах либеральных газет и сатирических журналов, использовалась несколькими провинциальными газетами в откликах на смерть государственного деятеля [205] . Приведенные данные свидетельствуют о широкой известности сюжета.

Не добившись желаемой поддержки, граф был вынужден составить свой кабинет из представителей прежней бюрократии. Назначение на пост министра внутренних дел бывшего директора Департамента полиции П.Н. Дурново, пользовавшегося репутацией ретрограда, настроило общественность против правительства. «Мы не понимаем лишь одного, – вопрошали “Русские ведомости”, – как граф Витте не видит, что при таком управляющем Министерством внутренних дел, как Дурново, призывы к успокоению теряют всякий смысл» [206] . Сходным образом объяснил отказ сотрудничать с правительством А.И. Гучков: «Мы в этом отношении [в качестве членов правительства Витте. – Э.С.] бесполезны, потому что тот капитал, на который вы рассчитывали, будет в пять минут растрачен, если противник всякой общественности становится во главе министерства» [207] . Репутация, которую имели члены кабинета, неизбежно распространялась и на графа.

В ряде сатирических произведений Витте и Дурново «выступают» вместе. В одном из стихотворений П.Н. Дурново назван «пулеметным сродником» премьер-министра, а сам Сергей Юльевич величается «Его карательством» [208] . Вместе с тем, представляемые как единомышленники, они выполняют разные функции:

Примечательна карикатура М.Л. Шафрана «Министр-клоун и свинья». В виде свиньи изображен П.Н. Дурново, что отсылает к известной истории с его любовными похождениями. Бывший в то время директором Департамента полиции, Дурново заподозрил, что любовница изменяет ему с итальянским послом. Мучимый ревностью, он приказал перлюстрировать переписку дипломата. Посол пожаловался Александру III, который и наложил гневную резолюцию: «Отправить эту свинью в Сенат!» [210] «Клоуном» представлен Сергей Юльевич – карикатура воспроизводит закрепившуюся за ним к тому времени репутацию.

Оценка Витте как «клоуна» (или «жонглера» [211] ) была наиболее общей для критиков премьер-министра «слева». Его прагматизм рассматривался не иначе, как «виляние хвостом» [212] и политиканство: «Граф Витте поправел! Граф Витте полевел! То и другое делается с помощью языка» [213] .

«Министром-клоуном» назвал Витте и В.И. Ленин в одной из своих статей в октябре 1905 года. Расценивая действия графа как беспринципность и оппортунизм, лидер партии большевиков заявлял: «Витте потирает от удовольствия руки, видя великие успехи своей удивительно хитрой игры. Он сохраняет невинность либерализма. ‹…› А в то же время он приобретает вместе с невинностью и капиталец, ибо он остается главой царского правительства, сохраняющего в своих руках всю власть и выжидающего лишь наиболее удобного момента для перехода в решительное наступление против революции. Это – министр-клоун по своим приемам, “талантам” и по своему назначению» [214] .

Витте и Дурново часто воспринимались как представители ненавистного правительства и, стало быть, действующие заодно. Один из воинственно настроенных современников писал в перехваченном затем послании: «Реакция победила. И подлая компания Витте – Дурново и проч. сволочи, во главе со своим коронованным ослом [имеется в виду Николай II. – Э.С.], восторжествовала» [215] . Автор частного письма, датированного 1907 годом, называл Витте «всероссийским мошенником», при этом отмечая его «бравых сотрудников[,] Трепова и Дурново» [216] . Такие оценки правительства «Витте – Дурново» в просмотренных мной документах не единичны [217] .