Чтение онлайн

Тем не менее, отчёты и четыреста двадцать рублей Василий привёз.

– А ты знаешь, пока ничего не делай. Сейчас съездим, я тебя со своим стряпчим познакомлю, пусть он, от твоего имени должникам бумаги отправит.

– Думаете, испугаются и выплатят? – не поверил Полугрюмов.

– Думаю, нам с ними не по пути. Недоимку мы с ним в любом случае взыщем, а вот договора в конце года точно расторгнем. И их неплатежи, которые стряпчий зафиксирует, станут к тому основанием. А деньги пока у себя оставь. На того же стряпчего и, как запас на платежи нашим работникам и охране.

– Я, конечно, постараюсь заранее других арендаторов найти… – начал было Василий.

– Пока в этом нет необходимости. Всех планов сейчас тебе не расскажу, так как там не всё от меня зависит, но сдаётся мне – хорошие пахотные земли нам на следующий год не помешают.

– Я в сельском хозяйстве не слишком силён, но отец наверняка многое подскажет, – загрустил мой управляющий.

Я его прекрасно понимаю. Он коммерческое училище закончил, где вряд ли агротехнологию подробно изучали.

– За посевы и урожаи пока не переживай. Если всё сбудется – это станет не твоей заботой. Есть у меня в родственниках один профессор, который отлично стал разбираться в таких вопросах.

– А мне тогда что делать прикажете? – поинтересовался он с какой-то обидой.

– Ты же у меня управляющий? Вот и управляй. Посадки будут на нём, а ведение хозяйства на тебе. Обещаю, без работы не останешься.

На самом деле идея привлечь опального профессора к хозяйствованию на моих землях меня не отпускает. Перечитал я все его письма, которых набралось уже немало, и понимаю, что по многим вопросам мой дядюшка пусть и не впереди планеты всей, но в передовых рядах аграриев внутри страны.

И казалось бы – а в чём мой-то интерес, да ещё так сильно выраженный?

С этим всё вовсе не сложно. Магия бывает разной. И я, когда перечитывал письма Александра Николаевича Энгельгардта, частенько смеялся над тем, как легко можно было разрешить его проблемы при помощи магических знаний моего мира.

Нет, я вовсе не стану врать, что был лично знаком с друидами, но кафедрой природной магии у нас в Академии руководил друид – квартерон, или говоря попросту – внук самого настоящего друида. Если что, его многочисленные труды по адаптации магии друидов к магическим способностям обычных людей были переведены на пятнадцать языков в моём мире.

И пусть я в сельском хозяйстве абсолютный профан, но кое-что я во время усиленной подготовки запомнил и освоил на практике.

Я могу прилично усилить зерно, придав ему небывалую всхожесть и взращивание, заставить рассаду вымахать вдвое быстрей, на период цветения повлиять, а заодно изготовить несколько простейших артефактов, которые урожайность увеличат, почву от сорняков очистят, или поля от разных паразитов спасут.

Оттого-то мне крайне интересен тот кумулятивный эффект, который мы с дядюшкой можем получить на стыке знаний – с него химия и севооборот, а с меня магия и артефакты.

И вовсе не стоит думать, что я на выращенной ржи или пшенице решил разбогатеть. Не стоит принижать высоту полёта моих замыслов.

Имение Петровское – это просто зона экспериментов на ближайшую пару лет, а цель куда как более грандиозна – сельскохозяйственные артефакты для всей России, а может быть, и не только России.

И очень надеюсь, что со временем, лет через пять, счёт на такую продукцию пойдёт не на тысячи в год, а на десятки тысяч. А в перспективе я оцениваю рынок сельскохозяйственных артефактов более, чем в полмиллиона изделий в год. И это минимум.

Откуда такие цифры и надежды? Отчего бы им не быть, если на одну десятину* потребуется не меньше двух артефактов, а при более углублённом подходе, так и вовсе трёх – четырёх. А этих десятин в России – ого-го сколько!

* Одна десятина равнялась 1,09 га (гектара)

Судя по последним официальным отчётам сейчас в стране только арендный земельный фонд составляет двадцать шесть миллионов десятин, и что характерно – любой арендатор мечтает получить урожай в два раза выше, чем обычно. Вот и весь секрет успеха, который можно будет достигнуть при помощи магии.

А что даст синергия двух совместных факторов, трудов и знаний двух Энгельгардтов – для меня пока загадка великая…

Яма

– Ах, что такое движется там по реке,

– Белым дымом играет и блещет металлом на солнце. *

* Песня из репертуара Утёсова «Пароход». Автор слов: Д’Актиль (Френкель) Анатолий

Возвращался на погранзаставу я на барже.

Да, представьте себе, вроде бы я и барон, а устроился вовсе не куртуазно, под тентом среди гранитных плит, камней, стальных кольев и кирпича. Ещё и бригада работяг – строителей на корме расположилась.

И нет, меня вовсе не жадность и скупость мучают. Мне нужно защитные руны нанести на три с лишним десятка гранитных плит. Стену они изрядно укрепят.

В Саратове мне этим было некогда заняться, не успел. А на заставе уже не успею. Оттого и пришлось мириться с житейскими неудобствами. Баржу наш чахлый пароходик почти сутки тащить будет, вот и займу себя, благо весь нужный инструмент у меня куплен.

За световой день всё успел сделать, а вот под утро поспать мне не дали…

– Брат, так это как же так, он словно спящая царевна… – разбудил меня громкий шёпот.

Приоткрыв глаз, я понял в чём дело. От непогоды и ночного похолодания, я укрыл себя обычной Походной Сферой – далеко не сложным заклинанием из своего прошлого арсенала, которое мне уже вполне по силам. И всё бы хорошо, но утром выпала обильная роса, от которой тент не спас в полной мере. Представляю, как сейчас моё место ночёвки со стороны выглядит. Вполне похоже на хрустальную гробницу. Мне она никаких неудобств не доставила, а вот тем, кто подглядывает…

– Ветер, – отдал я мысленную команду, формируя новое заклинание, которого у меня не было в глифе.

Обычно мы им всякий дым и ядовитые облака от себя отгоняли, но и для росы, которая собралась поверх моей Сферы, оно тоже вполне пойдёт. И да, я чуть скорректировал фокус, чтобы на подглядывающих работяг обрушилось небольшое ведёрко свеженькой утренней водицы.

Кстати, вовремя они меня разбудили.

Чахлый пароходишко уже корячиться изо всех сил, стараясь притереть нашу баржу к причалу, но получается у его команды откровенно плохо.