Чтение онлайн

– Девочка моя, - простонал сдавленно.

– Андрей! – вскрикнула Мира, прижалась к нему, он же схватил ее как в тиски. – Все будет хорошо, мой хороший. Не мучь себя.

А сама проворно стягивает с него одежду и убирает волосы с его лба. Такой близости у них еще не было, печальной, неторопливой и горячей одновременно.

Она, проявив женскую мудрость, увела их обоих в домик в Предгорье (домик был летний, поэтому в осенние холода они уютно грелись под одеялами) и всю субботу не позволяла говорить о воскресенье, заставляя его замолчать самым приятным из всех возможных способов – целовала.

Утром воскресенья Мира не хотела открывать глаза, в тайне надеясь, что новый день все еще не наступил.

– Вставай, чудовище, - Андрей присел на кровать рядом с ней.

– Давай не будем никуда уходить отсюда, - смалодушничала она.

– Все это время ты была сильной за нас двоих. А сейчас? – удивился он.

– А сейчас я хочу обнимать тебя, - и уткнулась ему в колени, пряча накатывающие слезы.

Ее гладили по спине и голове и приговаривали, что горькая правда для них обоих будет лучше, чем сладкая ложь.

– Ты же магерик, - укоризненно произнесла она.

– Звучит как обвинение. Да, я магерик. Что ты хочешь этим сказать?

– Помоги в нашей ситуации.

– Если бы только мог…

– Я думала, что магерики – это супермены среди магов.

– Быть магериком – значит проводить разные виды энергии и уметь плести практически любые заклинания. Но не одновременно. Я словно слышу все ноты, но не могу повторить их тут же, как умеют маги с одной-двумя специализациями. Они всегда настроены на эти ноты. Мне же для настройки, или если хочешь перестройки, нужно время.

– Говоришь так, словно тебе это не помогает, а мешает.

– Так и есть. Я был зол на себя, потому что летом не почувствовал твоего появления раньше Монаха. В тот момент я был сосредоточен только на твоем физическом состоянии, опасаясь ухудшения. Постоянно сканировал тебя. И не мог, как он, слышать твои мысли, пока не настроился на этот навык.

– Но ты все-таки смог. И хорошо, что я не магерик.

– Не будь так скоропалительна. После случая на Источнике трое из присутствующих почувствовали улучшение своих магических способностей.

– То есть все, кроме нас с тобой?

– Ну, я уже супермен среди магов. А ты у нас темная лошадка, все продолжаешь поражать своими успехами.

Несмотря на эту, казалось бы, беззаботную беседу, завтракать не стали. Обоим от волнения кусок в горло не лез. Рихтер повел ее не к Следу домой, как она рассчитывала, а к многоэтажке, которая находилась неподалеку от Академии на площади Свободы и среди горожан называлась свечкой.

– Я купил тут квартиру, - объяснил он, впуская ее в новый светлый подъезд.

Они поднялись на самый верхний этаж, совершенно новая квартира. Из мебели только большой серый диван в гостиной, на окнах жалюзи.

– Когда ты ее купил?

– Когда ты сказала «да».

– Для чего?

– Чтобы в этом городе у нас с тобой было место для уединения.
– Он был прав. Общежитие – это все-таки общежитие.
– Кроме того, дом в Предгорье летний. А летающие псы уже устроились.

– А это для чего? – она указала на пачку документов на кухонном столе, в том числе загранпаспорт, визы для разных стран, на ее имя. Тут же лежал комплект ключей, видимо от квартиры, и несколько пластиковых карт тоже на ее имя.

– Деньги дают свободу. Почему бы этим не воспользоваться?

– Нет. Почему на мое имя? Все это. Что это?

– Документы на имущество, финансовые бумаги, - он замолчал. – Я был бы рад разделить с тобой свое богатство. Хотя и понимаю, что и без него я дорог тебе.

Почему-то эти находки заставили ее расклеиться. Ведь держалась же! Держалась!

– Андрей, - слезным голосом произнесла она, - мне страшно…

Договорить не смогла, ком встал в горле.

– Я знаю, Мира. Мне тоже, - он обнял ее и усадил на диван.

Через какое-то время в дверь позвонили.

– Может быть, вам нужен не я, а семейный психолог? – пошутил След при виде обоих, но две пары измученных глаз заставили его улыбку исчезнуть с лица.

Рихтер рассказал о посещении Синего мира, отдал сыщику оба камня.

– И не мог бы ты уйти сразу после того, как снимешь с нас плетение соединения? – завершил рассказ Андрей.

Мира в это время сидела, вцепившись в его руку, не слушала разговор и лихорадочно пыталась им надышаться, как умирающий перед смертью.

– Ну, братцы-кролики… - протянул След, он велел им сесть спинами друг к другу, создал плетение, которое окутало обоих светящимся коконом. – Не вставайте до того, как плетение рассеется, - предупредил сыщик и ушел.

Они просидели дольше. Гораздо дольше.

Мире было страшно обернуться и увидеть пустоту в его глазах. Или безразличие.

Страх буквально сковал ее всю: тело и мозг. Всю жизнь она учила себя быть сильной, за себя и за маму. А сейчас вот ослабла.

Почему не разворачивается? Чего она боялась? Снова остаться одной. И понять, что не нужна ему.

А она любит его. Да, любит. А если он уже нет, то отпустит его. Так будет лучше для обоих. Если получится, то останутся друзьями.

А она все равно будет его любить. Просто любить и желать ему счастья. С другой. Это сейчас больно думать о таком. А потом порадуется за него.

Все. Принять. Отпустить. Развернуться.

– Андрей, - протянула Мира, когда поняла, что за окном садится оранжевое солнце.

Сколько они так сидят?

– Я рядом, - тут же отозвался он.

Интонация мягкая, голос с хрипотцой. Таким голосом только с любимыми разговаривают. Он с ней.

Какая она глупая! Она ему все еще дорога! Иначе бы он уже ушел!

– Андрей!
– резко развернулась.

Он тоже. Глаза темные, фиолетовые. Он ее любит!

– Андрей… - хотелось сказать многое, но слова забылись.

– Да, я Андрей. Люблю, когда ты меня называешь по имени, дорогая. Иди ко мне, - а сам счастливо улыбается.

– Ты…

– Да, люблю тебя. Очень.

– Почему ты не повернулся сразу, как это понял?

– Дал тебе время. Хотел, чтобы ты убедилась в своих чувствах. Убедилась?