Чтение онлайн

Когда я вышла в коридор, в доме по-прежнему стояла тишина, но я услышала голоса на подходе к кухне. Несколько человек зажигали свечи. Я уже собиралась открыть дверь на кухню, когда из нее вышла Антония, вытирая руки о полотенце и раздавая кому-то указания, пока смотрела на них через плечо.

– Айви, ты рано встала, – произнесла Антония, удивившись при виде меня.

– Я... – я замолкла, когда мимо нас на кухню пронеслась горничная. – Это неловко, но у меня начались месячные, и... эм... у меня нет... – я прочистила горло и мысленно накричала на себя. Это же всего лишь чертовы месячные. – Мне нужны тампоны.

Я заметила на лице Антонии нечто такое, что заставило меня замереть, но в следующий миг она кивнула.

– Конечно. Пойдем со мной, дорогая.

Я последовала за ней через кухню, а затем по паре коридоров, пока мы не оказались возле двери, расположенной довольно далеко от центральной части дома. Антония отперла ее ключом, но я уже знала, что обычно она заперта, поскольку пробовала открыть ее во время одного из своих исследований дома. Дверь провела нас в коридор, резко отличавшийся от всего остального в особняке. Во-первых, тут ярко горел электрический свет. Во-вторых, эта часть была оформлена не так богато, как остальные.

– Что это за часть дома? – спросила я, наслаждаясь ярким освещением.

– Комнаты персонала. Здесь живут трое горничных, плюс вся охрана и я, конечно. Тут наша территория.

– О, – только и произнесла я, вспомнив приказ Сантьяго не заходить в комнаты слуг, однако лишь закатила глаза.

– Вот мы и на месте, – сказала Антония, отпирая одну из дверей. Стоило ей распахнуть ее, автоматически включился свет, и я поняла, что мы оказались в прачечной. Я почувствовала запах порошка и заметила уже запущенную стиральную машину.

– Здесь все словно в отеле, – прокомментировала я.

Улыбнувшись, она направилась к полке, где я заметила несколько коробок с тампонами.

– Особняк стар и требует большого ухода. Я только радуюсь, что твой муж способен управляться с ним. Хотя став главой семьи, он и закрыл несколько комнат. Когда здесь были лишь они с Мерседес, это имело смысл, но теперь... – она замолкла.

– Насколько велик дом? – спросила я, наблюдая, как Антония вытащила пять тампонов.

Она протянула их мне и что-то сказала, но я не услышала, поскольку только сейчас кое-что поняла.

Отсутствие тампонов не было оплошностью.

– Я просто возьму коробку. Уверена, мне понадобится больше пяти, – раздраженно произнесла я, но злилась вовсе не на Антонию. Я знала, что она лишь выполняла его приказ.

Антония замерла, а потом глубоко вздохнула.

– Я принесу тебе все, что потребуется, Айви. Стоит только попросить. Но... – она снова не смогла закончить фразу.

– Он хочет быть в курсе, – произнесла я. Мне стало нехорошо. Глаза наполнились слезами. Я ощутила собственное бессилие, ненависть. Ощущение будто я в ловушке.

– Сантьяго лишь мечтает завести настоящую семью. Вот и все.

Я выхватила у нее из рук тампоны.

– Тогда во время доклада проинформируй его, как я счастлива, что у него не вышло, – я отвернулась, вытирая лицо тыльной стороной ладони, чтобы избавиться от идиотских слез, вызванных новым унижением. Но чего я ждала? О чем думала? Что Сантьяго мучился после того, как отвез меня в резиденцию «Общества»? Сожалел о той ночи, когда заставил меня ползти на четвереньках обнаженной так, чтобы все могли меня видеть? Я даже не знала, кто там находился. Кто видел, как мой муж вел меня, словно собаку. Трахал, подобно какому-то монстру.

«Господи».

Я его ненавидела. Ненавидела собственного мужа.

И самое плохое в том, что я этого не хотела. Что думала...

«Черт!»

Я поспешила вернуться в главную часть дома, но была вынуждена остановиться возле лестницы, когда голова закружилась. Во время месячных приступы всегда были более сильными. Я схватилась за перила и принялась ждать, пока это пройдет. Горничная подошла и спросила, все ли у меня в порядке, но я ее проигнорировала, зажмурившись и моля, чтобы приступ поскорее прошел. Но он никуда не делся, хотя я мечтала как можно скорее оказаться в своей комнате. Своей постели. Пока стервятники снова не увидели мою слабость.

– Айви! – окликнула меня Антония.

– Я в порядке! – я буквально заставила себя двигаться дальше. Из-за испарины на моей коже перила стали скользкими, но я все же пошла наверх. На это уходила вся моя концентрация. Я хотела убежать. Не останавливаться, пока не доберусь до своей комнаты и ванной, где была единственная находящаяся в моем распоряжении дверь с замком изнутри. Там я и свалилась на холодный кафельный пол, прислонившись спиной к двери и опустив голову между коленей. Глупые тампоны рассыпались у моих ног.

Айви

Большую часть дня я пролежала в постели, наблюдая за убывающем прямоугольником света на полу. Антония принесла мне еды, но я спустила ее в унитаз, лишь бы она решила, что уже меня покормила и оставила в покое. Вероятно, Сантьяго тоже будет доволен, поскольку явно получал ежедневные отчеты. А может, и ежечасные. Для этого он достаточно помешан на контроле.

Я для него – лишь тело. Тело, которое Сантьяго мог унижать, трахать, а потом использовать для рождения детей. А что потом? Чем все обернется, когда я выдохнусь?

Нет. Гадать бессмысленно, ведь он сам мне об этом говорил. Потому я итак знала.

Я повернулась, когда услышала, как распахнулась дверь. Без стука. Мерседес вошла, словно она тут хозяйка.

– Ох, до чего же ты ленива, – снисходительно произнесла Мерседес.

– Что тебе нужно? Я не в настроение играть в твои игры, – я села.

За ней вошли две женщины. Одна с сумкой, полной какой-то одежды, а вторая с небольшим чемоданчиком.

«Торжественный прием».

«Дерьмо».

– Я не пойду, – произнесла я, прежде чем она успела вставить хоть слово, а затем поднялась, чтобы пойти в ванную. Хотя мои месячные в этот раз не такие обильные, как обычно, но противозачаточный укол, как оказалось, не помог мне избавиться от боли.

– А тебя не спрашивали, – отозвалась Мерседес, просунув носок своих кроваво-красных туфель в щель, помешав мне закрыть дверь. – Неужели мой брат не упоминал об этом? Ты делаешь ровно то, что тебе говорят. Точка.