Чтение онлайн

Тогда отступники-анданы, решили создать уникальный артефакт, способный отрезать всё княжество от любого божественного вмешательства. Стать Новыми Богами. Откуда они собирались после этого черпать свою силу, в книгах указано не было. Они собрались вместе, чтобы соединить свою силу в центре места, где пересекались многочисленные силовые потоки. Раньше здесь были владения семьи одного из шести отступников: небольшой городок, пару сёл, поле.

Глупцы, на что они рассчитывали, когда хотели обмануть самих Богов? Боги, разгневавшись, явили силу свою. Так и не наделенный мощью артефакт был разрушен, а вместе с ним — стерты с лица земли шесть анданов, город и селенья. Деревья стали камнями, но все люди и животные, как ни странно, остались целы и со временем разбрелись кто куда. Единственное, кто пострадал — близкие родичи зачинщиков, которые помогали с заговором.

В учебнике отступников назвали глупцами. Так и написали «Заговор шести глупцов».

Эрнан провел пальцами по волосам Кей, продолжая говорить:

— Всё это время по магической связи общался с прочими анданами и княжескими безопасниками по поводу обнаруженного в Злой равнине лагеря. Анданы встревожены. Понимаешь, на всей территории Злой равнины не действует магия. Но то, что там действовал защитный контур, связано с каким-то артефактом, причём божественного происхождения. Андана Арнита считает, что наше перемещение туда и оттуда в Храм, было ничем иным, как божественным вмешательством Улаары. Богиня показала нам, что происходит что-то, что может нарушить равновесие божественных сил в Дангоре.

— А лагерь?

— Грязные подпольные бои. Подобное случалось еще до моего рождения. Собирались отморозки, платили за право участия организатору, дрались до смерти, — фразы Эрнан были теперь рублеными, ему явно было неприятно говорить это, — Призом была девушка. Всегда читая, невинная, похищенная из соседних государств. Победитель насиловал её прямо у всех на глазах… — мужчина тяжело вздохнул, — Это было несколько поколений назад. В то время мой прадед пресек подобное, разыскав организаторов. Проблему с малым количеством женщин он решил, позволив дангорцам жениться на иностранках. Раньше подобное не дозволялось.

— И кто же был организатором?

— Купец и два капитана его кораблей.

*****

Очередной сон перенёс её в межмирье. Привычный туман ласкал босые ступни. Здесь, в этом мире, на ней была лишь серая жреческая хламида. Женщине казалось, что она идёт по мягчайшему ковру с толстым ворсом. Когда туман сформировал привычное кресло с высокой спинкой и мягкими подлокотниками, Кейлех привычно уселась в него, поджав под себя ноги. Она с нетерпением смотрела, как в нескольких метрах формируется зеркало. Через два таких бесконечно длинных удара сердца она уже смотрела через зеркальную гладь на сидящую напротив неё в таком же кресле Таиру в привычном образе седовласой жрицы.

— Поздравляю, теперь ты жрица. Источник принял тебя, — ласково улыбнулась бывшая андана Улаары.

— Спасибо, — Кейлех подалась вперёд, — Во время обряда, я кое-что поняла. Ты вложила в меня свои знания...

Невысказанный вопрос застыл в воздухе. Таира тяжело вздохнула, и на лице у нее появилось виноватое выражение.

— Я должна признаться тебе. В межмирье не лгут, но я утаила от тебя всю правду. Не знаю, простишь ли... не знаю, поймёшь ли… Когда я поняла, что больна, и годы моей жизни сочтены, то приняла этот факт с положенным смирением. Я прожила достойную жизнь, единственное, о чем я сожалела, это о ребёнке, которого так и не смогла сберечь. Да, я девятнадцать лет назад действительно родила девочку… но она не прожила и одного вздоха. Я так и не поняла, что было причиной её смерти: мой немолодой возраст, вечное присутствие смерти в моей жизни или обстоятельства, при которых она родилась… это неважно уже. Беременность свою я скрывала и не отходила от дел. Хотя, слухи и ходили, но доподлинно об этом знала только мать твоего Эрнана, дирата Ирвина. Тогда я находилась в её свите и сопровождала во время объезда земель. Думала, что у меня есть еще пара месяцев до родов… Но, — Таире было трудно говорить, она прикрыла глаза и сжала кулаки, — Ожидаемо, что на нас напали… я думала, что готова к бою в таком состоянии… но, кое-что произошло, что спровоцировало роды. Я спасла дирату, но не уберегла свою дочь. Преждевременные роды… И моя девочка… моя Кейла.. так я назвала её... она была слишком маленькой… слишком слабенькой..., — Таира с силой смежила веки, пытаясь сдержать слёзы, но одинокая слеза всё равно потекла по щеке, — Взамен я просила сохранить это в тайне. Тот, от кого я зачала, уже был мертв, и это была только моя боль, не хотелось, чтобы кто-то знал… У нас с матерью лотара сохранились добрые отношения. Кроме Айриссы, только её я и могла назвать подругой. Думаю, дирата Ирвина испытывала те же чувства и ко мне. Доверяла мне. Когда она узнала про тебя, то первым делом спросила у меня, как у жрицы самой Улаары, чьё второе имя Смерть, как тебя спасти, как обмануть смерть… И я солгала… своим одурманенным болезнью мозгом я думала, что смогу не просто спасти твоё тело, но и вложить туда душу своей дочери. Я связалась с другими анданами, преувеличила своё немощное состояние и попросила помощи в твоём спасении. Свою глупость я поняла уже во время обряда, когда мой разум прояснился, и ничего нельзя было изменить. Я поняла, почувствовала, что душа моей Кейлы уже реинкарнировала, что я ничего не могу сделать, и что сама Улаара готова наказать меня. Тогда я взмолилась своей Госпоже, и упросила вдохнуть мою жизнь в твоё тело. Душа еще не полностью покинула его, хотя привязка была совсем слаба. Сияние, которое видел маг Уго, было только началом отделения. Ты же еще не перешла даже в межмирье. Смерть нельзя обмануть. Но с ней можно договориться. В тот день она согласилась на равноценный обмен: одна жрица заменит другую. Улаара вложила в тебя не только мою жизнь, но и мою силу, мои знания, мою кровь.

Кейлех слушала. Когда Таира говорила, Кейлех чувствовала, что в ней нет ни злости, ни обиды.

— Кейлех, ты простишь меня?

Кейл пожала плечами.

— Мне нечего тебе прощать. Я уже знаю всё это. Когда Источник пробудил мою силу, ко мне перешла часть твоих воспоминаний. Мне очень жаль, что тебе столько пришлось пережить. Я всё также считаю тебя той, кто даровала мне жизнь, и благодарна тебе.

— Спасибо, моя милая.

— Теперь ты свободна, и можешь уйти на перерождение, — Кейлех улыбнулась.

— Еще не время, Кейлех. Я еще побуду рядом с тобой, порадуюсь за тебя.

Кейлех ощутила, как по телу проходит волна тепла. Складывалось впечатление, будто кто-то накинул теплый мягкий плед. Кейлех понимала, что это единственный телесный контакт, который позволит им межмирье. Но даже от него было хорошо и радостно.

Проснувшись утром, Кейлех поняла, что улыбается. Наверное, она всё-таки что-то хорошее совершила в своей жизни, раз ей даровали второй шанс. Шанс стать счастливой, создать семью. Она чувствовала поддержку той, что назвалась её матерью. И в груди зарождалось странное чувство к мужу. Неужели… любовь…?

Как же было страшно потерять это всё…

Утром все были немного напряжены. После завтрака в общем зале, Кейлех попрощалась с обучающими её данами, потом попрощалась анданой Эрнитой.

Утром Кейлех, как всегда, облачилась в жреческую скромную одежду. Но вместо кожушка и валенок сегодня Марика принесла ей дорогую шубу, подбитую серебристым мехом и удобные зимние сапожки. Похоже, эта одежда более сиротствовала жене лотара. Надевая её, женщина почувствовала, как плечи сами расправляются, а на губах появляется лёгкая снисходительная улыбка — надо было соответствовать статусу лотти. Пришедший за ней Эрнан, почувствовав настрой жены, одобрительно хмыкнул.

После недолгих сборов андана провела их в комнату для переходов. Кейлех уже знала, что её туман может перенести или в то место, в котором она бывала или в этот Храм. Об этом она прочитала, да «воспоминания» Таиры помогли прояснить. А приставленные к ней даны помогли попрактиковаться, выводя на прилегающие к Храму территории, и переносясь между ними.

Комната для переносов была похожа на обычную келью, только без окон и мебели. Стены на уровне глаз были испещрены слегка светившимися различными рунами и самоцветами с кулак. Казались, и камни, и руны были рассыпаны в хаотичном порядке, но это было не так. Всё здесь подчинялось системе. Подобные переходные комнаты строили жрецы Бога Треоса, они же и учили прочих пользоваться ими.

Андана Эрнита тепло попрощалась с Эрнаном и Кейлех, благословила их верных спутников, затем велела стать им в центр комнаты и нажала одной несколько рун и камней. В памяти Кейлех шевельнулись смутные воспоминания Тары — да, именно такая комбинация должна перенести их в зал стационарного перехода у столицы Дангора Аларесс-града. В целях безопасности, ближе ко дворцу переход открыть было нельзя.

Стены кельи пошли рябью. Миг — и они уже стояли в центре арочного строении. Шесть белых колонн поддерживали светлый купол. На каждой из колонн были чётко видны те же символы и камни, что и в келье. Стен не было. Вместо их было силовое поле, практически невидимое взгляду. Просто казалось, что между колоннами воздух чуть колебался, и всё, что было на этой невидимой преградой, казалось размытой картинкой. Эрнан сжал пальцы Кейлех и потянул её сквозь это марево. Они прошли спокойно, не встретив сопротивления. Кейлех тут же чуть прикрыла глаза — так ярко светило солнце, отраженное в белом снеге.

Их встретил молчаливый жрец Треоса в простом темно-сером теплом жреческом плаще с низко надвинутым капюшоном, скрывающим лицо. Он поклонился лотару и лотти и указал рукой в вязанной варежке в сторону ожидающих их людей. Эрнан поблагодарил его и, чуть сжав пальцы Кейлех, потянул жену за собой.

Стационарный переход находился на перекрестке по центру снежной пустоши. Озираясь, Кейлех отметила, что в нескольких часах ходьбы с одной сторону виднеется лес, с другой горы, с третьей — город. Видимо, летом пустошь превратиться в разнотравье или засеянное поле. Кейлех отметила, что дороги были очищены от снега. А на обочинах снег был утрамбован. Именно на такой стоянке их ждали эскорт из десятка вооруженных конных воинов и карета с княжеским гербом — силуэтом золотой мантикоры, ставшей на дыбы и расправившей крылья. В карету была впряжена двойка самых огромных вороных коней, которых Кейлех видела в своей жизни. Их мощные спины прикрывали черные попоны с вышитыми мантикорами, а шикарные грибы и хвосты были заплетены в косицы, уложенные так, чтобы не мешались при беге. Воины были облачены в кольчуги и шлемы с бармицами. Видимо под железным облачением были шерстяные одёвки, потому как воины совсем не выглядели замерзшими. Также каждый их них, был облачен в черный теплый плащ, застегнутый через плечо. Кони, на которых они восседали были меньше запряженных, но при этом нее внушительные. Темношкурые тяжеловесы неподвижно стояли, выделяясь на фоне снега. К седлу каждого был прикреплен меч, а у некоторых еще и арбалет. Один из воинов спешился и поклонился. Как и все, он был высок и широк в плечах. Но при этом он был старше всех, поверх бармицы выпуклую грудь спускалась черная с проседью борода, а усы были заплетены в две косы. Крупный нос явно когда-то был сломан и плохо сросся, но черный глаза-кляксы своей яркости не утратили.